Родерик Гордон - Глубже

Слепящие лучи скользили взад-вперед и освещали участок, где прятались ребята, разрисовывая землю черными тенями от менгиров.

Уилл еще немного высунулся за край валуна. Ему пришлось выключить линзу, чтобы не спалить элемент, а мощный свет прожекторов только мешал; но мальчик все-таки смог разглядеть кого-то, очень похожего на Ребекку. Она стояла на открытом пространстве между двумя менгирами. Уилл откинулся назад и посмотрел на Эллиот — девушка лежала ничком, расставив в пределах досягаемости взрывчатку и огневые ружья. Она не выпускала винтовку из рук, и, казалось, готова выстрелить в приблизившуюся фигуру, даже не прицеливаясь.

— Не делай этого. Не стреляй в нее, — шепотом взмолился Уилл. — Ищейки!

Эллиот ничего не ответила, все так же держа винтовку наготове.

— Уилл! У меня есть для тебя маленький сюрприз! — выкрикнула Ребекка. И прежде чем она закончила говорить, ее голос прозвучал снова, словно она чревовещала: — Да еще какой сюрприз!

Уилл нахмурился. Он не смог сдержаться и опять выглянул из-за валуна.

— Познакомься с моей сестрой-близнецом, — объявил Ребеккин голос. Точнее, это произнесли два голоса, в унисон.

— Осторожно! — предостерегла Уилла Эллиот, когда он встал на ноги, чтобы лучше видеть.

У него на глазах одинокая фигура раздвоилась, второй человек до этого стоял прямо позади первого. Две девушки повернулись друг к другу, и Уилл увидел одинаковый профиль; их лица были абсолютно идентичными, как отражения.

— Нет! — У мальчика от удивления перехватило дыхание. Он сначала отпрянул, но затем снова наклонился вперед.

— Как тебе такая сенсация, братик? — прокричала Ребекка слева.

— Все время нас было двое, полностью взаимозаменяемых. — Ребекка справа злобно хихикнула, словно маленькая ведьмочка.

Глаза его не обманывают.

«Здесь их двое… две Ребекки, бок о бок! Как такое возможно?»

Оправившись от потрясения, мальчик попытался убедить себя, что это — трюк, какая-то оптическая уловка или, может быть, второй человек носит маску. Но стоило присмотреться внимательнее, как он понял — нет никакой ошибки. Их движения, их голоса были абсолютно одинаковыми.

Они продолжали тараторить, так быстро сменяя друг друга, что Уилл даже не мог понять, кто из них говорит в данный момент.

— Твой самый страшный ночной кошмар — две маленьких надоедливых язвочки. Верно?

— А как, ты думаешь, мы могли работать здесь, если одной из нас всегда нужно было находиться в Верхоземье?

— Мы присматривали за тобой по очереди.

— Одна там, другая здесь, и так дежурили все эти годы.

— Мы обе знаем тебя настолько хорошо…

— Мы обе готовили твою паршивую еду…

— …подбирали твою грязную одежду…

— …стирали твои мерзкие вонючие трусы…

— Ах ты грязная собака! — с отвращением ухмыльнулась одна из них.

— …и слушали твой рев во сне, когда ты звал мамочку…

— …но мамочке было все равно…

Несмотря на весь ужас сложившейся ситуации, теперь Уилл испытывал глубочайший стыд. Ему за глаза хватило бы и одной Ребекки, произносящей такие слова, но когда двое знают о нем все самые интимные подробности и, более того, обсуждают их между собой, — такого он уже вынести не мог.

— Заткнись, подлая сука! — закричал он.

— О-о, какой обидчивый, — насмешливо проворковала одна близняшка.

Уилл неожиданно вернулся домой в Хайфилд, припоминая, как все было до исчезновения приемного отца. Они с сестрой постоянно скандалили из-за всяких пустяков. Сейчас он чувствовал себя так же, как и во время их яростных ссор, когда она заводила его бесконечными подколками и меткими насмешками. Итог всегда был один: он выходил из себя, а она, стоя в сторонке, злорадно и самодовольно улыбалась.

— Думаю, ты хотел сказать — «подлые суки», — сказала Ребекка справа, другая же не переставала разглагольствовать:

— Но у мамочки не находилось времени на ее маленького Уилла… потому что его не было в программе телепередач…

— …его не показывали по телевизору.

Обе безудержно расхохотались.

— Какой грустный, грустный мальчик, — запричитала одна из Ребекк.

— Уилл-Без-Друзей копает свои дурацкие норы, совершенно один.

— Копает ради папочкиной любви, — усмехнулась другая, и они опять громко засмеялись.

Уилл закрыл глаза. Они словно рылись в его голове, выуживая и грубо высмеивая самые сокровенные тайны и страхи. Ничто не осталось неоскверненным, близнецы все выставили напоказ.

Затем заговорила близнец слева, и ее голос был совершенно серьезен:

— Мы хотели сказать тебе и тому неуклюжему олуху Честеру, что очень скоро не будет никакого дома, некуда будет возвращаться.

— Не будет больше верхоземцев, — радостно заливалась вторая.

— Ну, или их станет куда меньше, — поправила ее сестра напевным голосом.

— Что они такое говорят? — Честер требовал ответа. С мальчика пот тек градом, а лицо стало пепельно-серым под пятнами грязи.

С Уилла было достаточно.

— Чушь! Это все чертово вранье! — закричал он, его трясло от злости и страха.

— Ты сам видел в Вечном городе, какие мы трудолюбивые пчелки, — сказала Ребекка. — Дивизия годами вела там поиски.

— И наконец выделила тот самый вирус, который мы искали. Наши ученые поработали над ним, и вот здесь плоды их трудов.

Уилл наблюдал, как одна из близнецов подняла что-то, висящее на шее. Оно сверкнуло в свете прожектора. Предмет напоминал маленький стеклянный флакон, но точнее с такого расстояния было не рассмотреть.

— Тщательно отобранный, это… заключенный в бутылку… большой папочка всех эпидемий прошедших веков. Мы называем его Доминион.

— Доминион, — повторила вторая.

— Мы намереваемся проредить им Верхоземье и…

— …Колония вернет себе дом, принадлежащий ей по праву.

Одна из близнецов подняла флакон к сестре, словно предлагая тост.

— За новый Лондон.

— За новый мир, — добавила вторая.

— Да, мир.

— Я не верю вам, дряни! Все это бред! — шипел Уилл. — Вы врете.

— Зачем нам так утруждаться? — ответила Ребекка справа и помахала вторым флаконом. — Видишь… у нас есть вакцина, старый дружок. А вы, верхоземцы, не сможете раздобыть ее вовремя. Вся страна будет выведена из строя и сдастся прямо нам в руки.

— И не льсти себе, что мы здесь только ради тебя.

— Мы провели генеральную уборку в Глубоких Пещерах, освобождая их от грязных вероотступников и предателей.

— А еще провели последние испытания Доминиона, и некоторые из твоих новых дружков сами это видели.