Тамара Воронина - Приносящая надежду

— Волки в Книге Лены есть? — спросил шут. Гарвин покачал головой.

— В Книге Лены — нет.

— А ты ж говорил, что в твоих видениях тоже не было.

— Не было.

— Значит, есть сейчас?

Гарвин перевел на нее взгляд, улыбнулся и кивнул.

— Волк — хорошее животное.

Гару обиженно гавкнул. Хорошим животным он небезосновательно считал себя.

Волк постоял немного, потом спокойно повернулся и неторопливой рысцой скрылся в лесу. Маркус вспомнил, как однажды всю ночь просидел в окружении волчьей стаи: они, конечно, на людей не нападают, если имеется менее строптивое мясо, а зима была лютой, весна голодной, и волкам очень хотелось кушать, но это не входило в планы Маркуса, потому он просидел ночь между двух костров и почти молился, чтоб хватило заготовленного хвороста. Утром волки убежали, но уж конечно, не потому что испугались грозного Проводника — учуяли другую дичь.

Утром Гарвин подвернул ногу, и она как-то мгновенно распухла. Исцелять себя сам не умел не один маг, так что Лена заставила его просидеть два часа, опустив ногу в ручей — где еще было взять холод? — а потом наложила тугую повязку. Ерунда. Обычное растяжение. В принципе, Гарвин мог и идти, но никакой необходимости не было, и они решили провести пару дней, или сколько понадобится, в этом лесу. Запасов еды у них было достаточно, причем такой еды, которая не водилась в лесу: хлеб, сыр, картошка, пряники и даже остатки восточных сластей. Шут подстрелил небольшого справненького кабанчика, а Маркус вспомнил рецепт свинины с грибами, и Лена с шутом пошли поискать грибов.

Он видел грибы чуть не под землей, но, чтоб Лене было не обидно, не спешил, давая ей возможность с гордым видом отыскать пару, а потом уж собирал целый выводок. Грибочки были просто чудо: крепенькие, аккуратные, похожие на боровички, но почему-то синие на срезе. Гарвин умел определять не только подсыпанные в тарелку яд, но и съедобность даров леса, потому они были спокойны. Полезно иметь в хозяйстве такого сильного мага. Гару неутомимо бегал кругами, гавкал на ежей и прочую мелочь, охотился на ящериц и даже поймал одну, но есть не стал — он еще лучше умел определять съедобность мяса.

— Стой смирно, — сказали шуту. Лена ойкнула — ну ладно, они прошляпили, но пес-то! Пес немедленно зарычал, и тот же голос предложит унять собаку. Лена тут же взяла Гару за ошейник. Хорошо, что наклоняться для этого ей не приходилось.

Их было четверо, но с взведенными арбалетами. Не разбойники, потому что ладная коричнево-бурая одежда была одинаковой и очень похожей на форму. Да и выправкой они были больше похожи если не на солдат, то на следопытов.

— Я стою смирно, — согласился шут. Ему велели отцепить кинжал и бросить лук. Он послушался. На Лену и внимания не обращали, хотя и у нее на поясе висел ее стеклянный стилет. Один из четверых подошел, ловко обыскал шута, не обнаружив, однако, мини-арбалет на предплечье. Потом он снял с пояса браслет и спросил шута, знает ли он, что это такое. Тот подумал и предположил, что, должно быть, штука, которая вынуждает арестованных вести себя хорошо. Да, сказал мужчина, особенно магов — эта штука направляет магию на самого мага. Шут чуть улыбнулся: я не маг. Очень хорошо, сказали ему и предложили следовать за ними и вести себя хорошо, тогда все будет в порядке. Шут кивнул, спросил разрешения взять мешок с грибами (заглянули, одобрительно покивали и разрешили) и повели в хорошем темпе, но таком, что выдерживала и Лена. Почему-то она не особенно волновалась. Но на всякий случай позвала Гарвина и рассказала ему, что случилось. «Буду рядом», — обещал он. Шут снова чуть улыбнулся и взял ее за руку.

Это было похоже на крепость, но крепость какую-то средневеково-славянскую: бревенчатую. Тяжелые ворота, тяжелая решетка (вполне металлическая), удивительно частая. Шута это тоже удивило, и один из коричневых коротко пояснил: «Звери». Волков имел в виду? Или они не встретили еще зверей?

Их провели в дом, этакая русская изба-пятистенок, приземистая, но под высокой крышей, темноватая и просторная внутри. Окна тоже были забраны решетками, хотя и деревянными. К ним вышел еще один, немолодой, седой, с лицом, так посеченным шрамами, что и сам, наверное, не помнил, как выглядел когда-то. Он не был ни пугающ, ни уродлив. Он присел на угол стола и спросил шута:

— Имя?

— Рош Винор.

— Маг?

— Нет, — улыбнулся он.

— Тебе страшно?

— Нет.

— Вот как? Почему?

— Я не чувствую за собой вины. Я встревожен, это верно, но тревога еще не страх. Я нарушил какой-то ваш закон? Или у вас предубеждение против полукровок?

— А ты полукровка? Ну-ка, покажи уши. И правда… Надо же… Редкость. Нет, у меня нет предубеждения против полукровок, эльфов или кого-то еще, похожего на человека. Что ты делал в лесу?

Шут показал глазами на мешок, который положил на пол:

— Собирал грибы.

Было спокойно. На Лену по-прежнему не обращали ни малейшего внимания. Похоже, уважения к женщине тут никто испытывать не собирался, потому как женщина, скорее всего, не считалась существом, похожим на человека. Как у южных варваров.

— Синявки? Сейчас их прорва. Пожарить над огнем — объедение… Женщина твоя?

— Моя.

— Давно вместе?

— Давно. Гораздо дольше, чем может показаться.

— Любишь? — не без удивления спросил мужчина.

— Да.

— Жена?

— Нет.

— Почему ж?

Голос стал суше. Ага. Не положено жить во грехе.

— Я не знаю ваших обычаев, — объяснил шут, — но у нас женятся только, если хотят иметь детей. А у нас детей не может быть.

— Тогда зачем тебе такая?

— Дело во мне. У меня не может быть детей.

— Что вообще делаешь в наших краях? — потеряв к Лене остатки интереса, спросил коричневый.

— Странствуем. Это нельзя?

— Можно. Почему ж нельзя. Только вот странствовать в Черном лесу — это очень опрометчиво.

— Мы не знали. Мы прошли пару деревень, и нам никто ничего не сказал.

— А тебе говорили, что утром непременно взойдет солнце? Или что трава растет на земле? Откуда ты такой забавный?

— Из Сайбии, — честно сказал шут. Наверное, рассчитывал на не особенную географическую образованность начальника лесной крепости. Тот и глазом не моргнул.

— А что означает эта вышивка у тебя на груди?

Шут невольно прикоснулся к потертой короне с кое-где вылезшими нитками.

— Собственность короны.

— Шут?

— Да. Бывший. Мой король отпустил меня в мир.

— Лгать не можешь… Ты из другого мира, я угадал? Где же твой Проводник?

— В лагере. Мы устроили привал на поляне, где растет такое смешное дерево с треугольными листьями.