Григорий Райхман - Черные гремлины

   - Там плановый ремонт, понятное дело.

   - Ремонт не бывает таким долгим.

   - Думаешь, начальница что-то скрывает? - насторожился гремлин.

   - Угу. Информацию о состоянии других станций.

   - Все уладится, Ая. Вот увидишь.

   - Мне страшно. Солнце больше не поднимается, стена постоянно вибрирует, поломок стало гораздо... - она застонала. Гремлины снова запыхтели и засопели. Я свернулся клубком у двигателя и постарался уснуть, зажав уши.

   Они убежали перед приходом механика с проверкой двигателя. Весь день я не спал, прислушиваясь к их мурчанию. Обрывков редких фраз хватило, чтобы понять, что происходит на станции "Кра". То же, что и во всем мире. Время уходило.

   Когда механик ушел, я снова подошел к стене с зарубками. Несмотря на то, что поспать не удалось, я продолжил тренировки. Вспомнилось, с какой скоростью восстанавливал силы Оникс. Нескольких сотен вздохов после приема пищи ему было достаточно, чтобы оправиться от полного истощения. Как ему удалось развиться до такого уровня? Могу ли я достичь того же?

   - Как дела? - спросила Ву, вернувшись после окончания работ. Сунув мне зефирку, она принюхалась и покраснела: - Чем ты тут занимался?

   - Я тренировался. Ву, а это правда, что...

   - Никаких вопросов, Ла. Продолжай упражняться, - она собралась уходить, раздраженно махая хвостом. Я схватил ее за лапу.

   - Ву, пожалуйста. Это правда, что станция стала давать меньше зефира?

   - Я не собираюсь рассказывать вору о том, сколько зефира дает станция! - вскипятилась Ву и отстранилась: - Не трогай меня!

   Я хотел спросить еще, но синяя гремлинша поспешно прыгнула и залезла в шахту на потолке. Ну вот.

   Присев, я изо всех сил отпружинил лапами и подпрыгнул почти на ту же высоту, на которую прыгала Ву. Осталось совсем немного. А пока можно посжимать ту побрякушку, которая укрепляла хватку.

   Прошли девять суток. Ву больше не спускалась ко мне, только интересовалась прогрессом, который, несмотря на все мои усилия, замедлился, а потом сбрасывала зефирку и уходила. Каждый раз я пытался расспросить свою надзирательницу про станцию, но она игнорировала вопросы.

   Практически все время я проводил за тренировками. Моя шерсть уплотнилась, лапы стали цепкими, как клещи, а прыгал я почти так же высоко, как и Ву. Но этого все еще было недостаточно. Две ночи назад я попробовал залезть в шахту и чуть не свалился в пропасть, оставив длинные борозды царапин на стене.

   Влюбленная пара приходила еще три раза. Любопытство взяло верх, и я начал наблюдать за парой, пока они спаривались. Самца звали Ак, он управлял реконструктором, что бы это ни значило, а самку - Ая, и она занималась расчетами. Я сидел на расстоянии одного прыжка, невидимый и тихий. Наверное, это было не совсем честно, но они такое вытворяли. Например, иногда Ак притворялся насильником и даже понарошку кусался и дрался, а иногда то же самое делала Ая. Один раз они едва не обнаружили меня, пока играли. Если бы они поняли, что я все время подсматривал, то выдрали бы мне весь мех.

   Из их разговоров я узнал, что работа приближалась к завершению. Дыра в Мегастене значительно уменьшилась - синие гремлины почти залатали ее. Они работали невероятно быстро. Если механизм выдачи зефира в станции был схож с механизмом Железного острова - это значило, что скоро я получу ответы на вопросы, хочет того Ву или нет. К тому времени нужно закончить тренировки.

   На четырнадцатую ночь я проснулся от воплей и шума. Где-то наверху ссорились гремлины, но отсюда слов было не разобрать. Выглянув в окно рядом с двигателем, я увидел полностью залатанную Мегастену.

   Голод даже хороших гремлинов толкает на плохие поступки. Когда зефир закончился на Железном острове, Раг-Баг уплыл на корабле, бросив нас умирать. А куда пойдут синие гремлины, если откажет их станция? Они казались упитанными и здоровыми, но наблюдая за влюбленной парой, я понял, что это лишь иллюзия, порожденная их пушистой шерстью. Синие гремлины голодали. Удивительно, что Ву до сих пор делилась со мной сладостями.

   Я исчез и начал ждать.

   Ву пришла поздно, она выглядела подавленной и встревоженной. Никого не увидев, моя надзирательница занервничала еще больше и спрыгнула вниз, принюхиваясь и оглядываясь. Я появился перед ней и схватил за передние лапы.

   - Как?.. - Ву чуть не задохнулась от удивления.

   - Ву, расскажи, что происходит. Я могу помочь.

   - Ты... - она совсем растерялась, но вдруг разозлилась и начала вырываться: - Отпусти меня!

   Но я не отпускал, и мы упали на пол. Мы боролись и катались по полу, едва не падая в ведущую наружу шахту. Ву была сильной, она царапалась задними лапами, но при этом совсем не умела драться. После десяти вздохов возни мне удалось выкрутить ей лапу и усесться сверху.

   - Не убивай, пожалуйста, - испуганно заверещала она. Я почувствовал себя ужасно.

   - У-у-у, тут уже занято, - расстроенно сказал Ак, выглядывая вместе с Аей из хода в потолке. С любопытством и довольными улыбками на мордах они смотрели на нас с Ву.

   - Вовсе нет... - начал оправдываться я, но они поспешили скрыться в проеме.

   Ву захныкала и прижала уши. Я отпустил ее и отполз в сторону. Было так стыдно, словно я был худшим гремлином в мире.

   - Прости. Я просто хотел узнать, что происходит.

   - Ты хочешь ограбить и нашу станцию? - сквозь слезы спросила Ву.

   - Нет.

   - Не верю тебе.

   - Гляди, - я сменил цвет шерсти на белый, потом на оранжевый, потом на зеленый. Ву завороженно за мной наблюдала.

   - Если бы я сказал, что умею так, ты бы поверила? - я исчез и появился вновь.

   Она вытерла слезы и помотала головой.

   - Ву, я не вру. Далеко внизу есть Белое море. Оно как Мегастена, только жидкое и горизонтальное. По Белому морю плавают острова, такие же, как ваша станция. Они тоже давали зефир за работу. Я жил на одном из них. Но однажды острова перестали кормить гремлинов.

   Ву закрыла глаза и недоверчиво прижала уши. Я снова взял ее за лапы, на этот раз аккуратно и мягко.

   - Меня зовут Лак-Лик, а не Ла. Я никогда не жил на станциях и не грабил их. Я поднялся снизу, с Белого Моря, на сотнях островах которого жили тысячи гремлинов. Сейчас там нет ничего, кроме ядовитых испарений. Рассвет больше не наступает. Скажи, Ву, ваша станция перестала давать зефир?

   У Ву задрожала нижняя губа. Она спряталась в лапы, произнесла едва слышное: "Да" и зарыдала. Я обнял ее.

   - Все будет хорошо, Ву, - сказал я то, во что сам не верил: - Мы придумаем здоровский план и всех спасем. Видишь, я же выжил, хотя мой остров тоже перестал давать зефир. Ву, расскажи мне все, что ты знаешь о станциях, и я обещаю, что буду помогать и ничего не украду.