Николай Волков - Верность ярости

- Это интересно, - сказал Оллет, когда она закончила свой рассказ – но мало. Кстати, почему ты нам не рассказала о том, чего тогда избегал Дайрус?

- А я не говорила? Вот балда.

Лена хлопнула себя по лбу, несколько шокировав этим жестом всех присутствующих.

- Ведь хотела же сказать…

Хорм деликатно откашлялся и поинтересовался:

- Извините, Елена, а зачем вы только что это сделали, и как вы себя назвали?

- Ой… - смутилась девушка – я совсем забыла, что здесь так не принято…

Ей вспомнилась глава, в которой она сама описывала, что хлопок по лбу обозначал готовность к тому, чтобы противник начал спарринг или бой. Ну, или просто готовность быть избитым.

- У нас – это жест, который означает то, что человек забыл что-то важное, и очень сожалеет об этом. А «балда»… Ну, в общем – так называют человека способного забыть что-то важное.

- Благодарю. Теперь – все стало намного яснее. И, кстати, нанять всю Гильдию – это очень интересный шаг. Но еще более интересный шаг – расплатиться за все деньгами Дайруса.

- Благодарю вас, Хорм.  Вы – как всегда, предельно тактичны. Надеюсь, что это принесет плоды…

Человек отошел в уборную, заперся в кабинке, и достал дешевый «вокслер».

- Сэр, это я.

- Слушаю.

- Они встретились, и, судя по всему, договорились о чем-то между собой. Отсутствовали оба долго, видимо разговор был серьезным.

- Она что-то сделала после этого?

- Съела «кловицу» и ушла в кабинет общаться с тройняшками.

- Ясно. Уходите оттуда.  Слежку снять.

- Снять?

- Да, то, что было нужно – достигнуто. Плату получите как обычно.

- Хорошо.

Он убрал «вокслер», и, выйдя из кабинки, вымыл руки, после чего неторопливо покинул заведение.

Глава 10

- Госпожа Валль, не надо мне ничего объяснять. В конце концов, я сам вам открыл кредитную линию, и сказал, что если вам что-то потребуется – вы можете это купить. Если вам нужен дом и машина – пусть так и будет.  Только подберите дом в приличном районе, а то машину у вас очень быстро уведут. Народ становится все более изобретательным, с тех пор, как Ильта поведала миру о плетениях.

- То есть вы не против?

- Ничуть. Более того, я удивлен, что вы так долго тянули. По моему мнению, вы предпочитаете жить собственной жизнью, и не очень хотите, чтобы в нее кто-то лез, а это подразумевает определенную степень независимости. В частности – собственное жилье и транспорт. Когда переберетесь в новый дом, я хотел бы, чтобы вы не поскупились на охранные системы. Мне было бы неприятно, если бы вас обокрали.

Лена и Дайрус сидели в гостиной выдержанной в бронзовых тонах, и разговаривали уже примерно с полчаса, неторопливо потягивая вино.

- Что же, благодарю. Скажите, Дайрус, а как вы стали таким?

- Таким?

- Ну… Таким. Вы подстраиваете события, которые кажутся случайными, и зачастую безо всякой магии. Выстроенная цепь приводит к крайне неожиданным результатам, которые невозможно предугадать заранее.

- Все не совсем так, госпожа Валль. Хотя, я допускаю, что со стороны это именно так и смотрится. Но если уж вы задали мне такой вопрос, то позвольте у вас поинтересоваться, как вы стали такой же?

- Извините?

Дайрус негромко рассмеялся.

- Вы, видимо, никогда об этом не задумывались. Хорошо, я попробую объяснить, что именно я имею в виду.

Он вызвал в комнате иллюзию, изображавшую человека сидящего за столом.

- Как вы видите, это писатель.

По небрежному движению пальцев человек принялся активно писать.

- Как и любой писатель, он стремится написать то, что хорошо себе представляет, но книгу он пишет, не выстраивая четкого плана от начала и до конца. Посмотрите, что он пишет…

Еще один жест пальцев приблизил к ним лист, на котором стояло одно слово «конец».

- Имея представление о том, что он хочет написать – он всегда начнет книгу с конца, а после этого  - будет раскручивать ее к началу. Еще не на бумаге, а только в своем разуме. На бумаге же он поставит себе еще одну точку отсчета.

Аналогичный жест приблизил следующий лист, на котором стояло слово «пролог». Лена с интересом наблюдала за разворачивающимся действом.

- Вот и все, границы произведения определены. Единственное, что ему остается – заполнить место между ними. Чем он его заполнит – дело другое, и это уже зависит от предпочтений каждого конкретного человека.

Дайрус неторопливо глотнул вина, и изящным взмахом руки развеял иллюзию.

- Вы – тоже писатель. Вы тоже писали книги, но действовали по другому принципу. Конечно, в данном случае на вас подействовала психическая сингулярность с Ильтой, но ведь не она подтолкнула вас все записывать. Что именно произошло такого, что заставило вас сесть за стол, и начать записывать ее похождения?

- Честно говоря – не знаю, - задумчиво ответила Лена – просто это было таким естественным…

Дайрус кивнул, и вновь пригубил вино.

- У меня – все точно также. Это было естественным – поставить перед собой цель, и идти к ее достижению. Только если вы писали свою книгу с начала, я все выстраивал все с конца. Второй временной рамкой для меня стало осознание того, что этой цели надо достичь.  Вот и все, никаких особых секретов.

- Но вы придумываете такие сложные, головоломные, комбинации, чтобы ее достичь… Зачем вам нужно, чтобы люди считали все случайностями?

Он кивнул, признавая вопрос интересным.

- Как вы думаете, если бы я подошел к Ильте, и сказал «Добудь Печать, я подскажу тебе как это сделать, но не отдавай ее никому ни за что на свете. Это слишком ценный и мощный предмет, чтобы им кто-то владел», что бы она сделала?

- Послала бы вас куда подальше. То есть, нет, Печать бы она добыла чисто из принципа, но потом продала бы тому, кто заплатит большую цену.

- Именно. Хотя, все намного сложнее. Она бы еще и Хранительницей не стала, и Печатью мог бы воспользоваться любой Высший Маг. А я хотел не допустить этого. Видите ли, очень многие люди забывают о человеческом факторе, но не я. Я слишком хорошо понимаю, что люди всегда делают только то, что они сами хотят сделать, и именно поэтому всегда выстраиваю цепь так, чтобы им самим это было необходимо. Только при таких условиях, можно добиться того, что они выложатся в достижении своей цели на полную, и достигнут ее. Разумеется, все надо контролировать, иначе человек может погибнуть в процессе достижения результата.