Джеффри Лорд - Крысы и ангелы

Сейра подбежала к нему — юная, улыбающаяся, чистенькая. Дилси и Кести тоже выглядели не в пример лучше — постепенно обычай умываться по утрам входил в жизнь обитателей Ньюстарда — Блейд с охотой объяснял всем и каждому, что именно такого правила придерживаются в Смоуте, а местные ни в чем не хотели уступать соседнему анклаву.

— Мы идем охотиться на земляных червей, — радостно сообщила Сейра. -Ты как?

Только теперь Блейд заметил, что все трое вооружены раздвоенными металлическими шестами и тащат с собой большие пластиковые мешки. Про охоту на червей странник был уже изрядно наслышан, но ни разу не принимал участие в этом увлекательном сафари. Сейчас он решил рискнуть.

— Конечно, девочка, я пойду с вами. Палки у меня нет, но я готов нести все мешки.

— Договорились, — Дилси ухмыльнулся. — Мы ловим, ты тащишь. Ну, вперед, червоеды!

Он явно чувствовал себя главным охотником.

Блейд кивнул, улыбнулся в ответ, и они углубились в один из проходов -тот, который вел прямиком к дичи.

Земляные черви действительно жили в земле, хотя вокруг был сплошной камень. Существовали, однако, обширные гроты, куда просачивалась вода, питавшая лишайники и мхи. Там эта подземная растительность цвела пышным цветом — куда активнее, чем в жилой пещере. Отмиравшие корни и стебли образовывали что-то вроде почвы, довольно толстым слоем покрывавшей дно каверн; в ней-то и водились черви, главный источник мясной пищи Ньюстарда. Они были потрясающе живучи; любого можно было разрезать бластером на куски, которые продолжали шевелиться и со временем вновь превращались в целых особей. Охотились на них чрезвычайно просто: раскапывали в подходящем месте грунт, прижимали изживающуюся тварь рогаткой, а затем совали живьем в мешок, откуда червь перекочевывая прямиком в кастрюлю. Главное, требовалось знать, где копать; но Дики был большим мастером по этой части, проявлявшим и охотничий азарт, и незаурядную интуицию.

— Ходят слухи, — начал он, поворачиваясь к Блейду, — что вы с Бронтой распотрошили кэша и обнаружили что-то интересное?

— Да. Там есть маленькие детальки, помеченными цифрами… обычными цифрами, вполне понятными любому грамотею вроде тебя.

— А зачем?

— Видишь ли, детальки внешне похожи, совсем неразличимы, можно сказать. Но по внутреннему строению каждая отлична от другой, каждая выполняет свою функцию. Вот их и пронумеровали, чтобы знать, какая для чего служит.

— Кто? — голос Дилси был серьезен.

— Те, кто делает кэшей-убийц, я думаю.

— Люди?

— Может быть, люди, может быть, машины… Очень сложные машины, которые умеют собрать что угодно — хоть кэша, хоть бластер.

Дилси помрачнел, мысль о том, что где-то находятся люди, посылающие в Ньюстард и другие анклавы убийц, ему явно не нравилась. Обитатели крысиных нор Дыры в одном радикально отличались от крыс — между собой они не грызлись. Тут существовал иной способ выплеснуть свою ненависть.

— Если кэшей делают машины, Чарди, — те сложные машины, о которых ты говоришь, — то зачем помечать цифрами детальки? Эти штучки, которые Бронта называет мокрицами? Ведь такие пометки больше подходят для людей, а? Как ты полагаешь?

«Ну и Дилси! Молодец!» — подумал Блейд. Он сам долго ломал голову над этим вопросом. Цифровая маркировка предполагала, что кэшей собирают люди, для полностью автоматизированных поточных линий можно было бы придумать что-нибудь пооригинальнее. Впрочем, не исключалось, что микросхемы производят по древней, давно отработанной технологии, когда-то рассчитанной на ручную сборку. Тогда строителями убийц могли оказаться и машины, с тупым упорством воспроизводящие все операции некогда заданного цикла.

— Я сказал, что не знаю, кто делает кэшей, — произнес странник, — и вряд ли мы сумеем это выяснить, если не доберемся до самих мастерских.

— Ты хочешь?..

— Да. Я собираюсь раскопать это дело до конца. — Блейд помолчал, потом спросил: — Пойдешь со мной, Дилси?

— Хм-м… Нелегкая дорога… За Гладкими Коридорами можно нарваться и на кэшей, и на что-нибудь похуже… — он задумался. — Но я пойду, Чарди, я пойду! Очень уж хочется узнать, кто шлет сюда эту пакость! Чтоб им дьявол яйца открутил!

— Я тоже пойду! — Сейра просунулась вперед, подтолкнув Блейда под локоть. — И Бронта хочет, я знаю!

— Ну, тогда остался последний вопрос… — странник повернул голову. — Кести, что ты скажешь?

Тот покачал головой.

— Кэши — творения Сатаны, и тот поставил на них свои дьявольские отметки, чтобы ввести нас в заблуждение. Не поддавайтесь на его лукавство!

Блейд усмехнулся

— Я рад, что ты крепок в вере, дружище. Будем считать, что мы отправимся прямо к черту на рога. Ты пойдешь?

— А ты что, сомневаешься? — Кести даже фыркнул от возмущения.

Воздух заметно потеплел, насытился влагой и неприятными запахами гнили и сероводорода, путники добрались до местных лесов и саванн. Перед ними лежал огромный грот, освещенный гораздо щедрее жилой пещеры Ньюстарда: фосфоресцирующие мхи полностью покрывали стены и потолок, а под ними недвижно застыла на удивление высокая растительность — человеку по колено. Блейд ступил на этот подземный луг, заметив, что почва ощутимо прогибается под нотами После твердости камня это казалось непривычным, он сделал шаг, другой и оглянулся на своих спутников. Их лица в призрачном неоновом сиянии отливали синевой.

Дилси уверенно двинулся вперед.

— За мной, червоеды! Сейчас мы его достанем! Отличного крупного червячка! Тут! — он притопнул ногой, погрузившейся в гниющий лишайник по щиколотку — Начинаем копать! А ты, Чарди, готовь мешок.

Троица охотников заработала шестами, влажные стебли полетели во все стороны, и вдруг Сейра вскрикнула.

— Вот он! Держу!

— Аг-га! — Дилси отбросил свою рогатину, наклонился и ловко подцепил обеими руками нечто белесое, бесцветное, извивающееся. — Мешок!

Блейд подставил мешок, и добыча тяжело плюхнулась на дно. Червь был длиной с мужскую руку и соответствующей толщины, выглядел он премерзко, и страннику совсем не хотелось его есть — ни в вареном, ни в тушеном, ни в жареном виде. Впрочем, диета из лишайника и грибов тоже не вызывала у него энтузиазма.

Его спутники с азартом рванулись дальше, на самую середину просторного грота. Дилси, воодушевленный первым успехом, стал внимательно изучать поросль, то тыкая в нее шестом, то принюхиваясь, то ковыряя почву носком башмака. Он походил сейчас на гончую, берущую след зайца, и Блейд, вспомнив о зайцах — а также о кроликах, енотах, барсуках и даже мышах, — тоскливо вздохнул. Любая из этих тварей была куда аппетитнее той, что сидела сейчас в его мешке.