Стас Бородин - Погребальные костры - Книга полностью

- Когда мы вернемся в Лие, я попрошу у мастера Кеандра разрешения заняться "запретным колдовством", - сказал я, изо всех сил сжимая безжизненные пальцы друга. - И будь что будет, ведь это моя судьба.

Глава 5.

Буря продолжалась еще два дня, и все это время мы с Ашем провели запертые в номере гостиницы, наедине с телом оруженосца.

Аш уложил Корна в постель, снял с него доспехи, отмыл от крови, и переодел в лучшую одежду, которую сумел найти в вещевом мешке покойника.

Я сидел в кресле, и молча глядел на нехитрые пожитки оруженосца разложенные на столе. Книга мастера Далзиэля "Как победить в честном бою", потрепанная брошюрка "Дворцовый этикет" мастера Дагалда, и пачка романов в мягких обложках о приключениях рыцаря Леогара.

Рядом в кожаном мешочке лежало золотое кольцо с дарственной надписью от моего покойного отца, у которого Корн когда-то тоже служил оруженосцем, а чуть дальше лежали золотые шпоры, завернутые в шелковый платок.

- Он так ни разу их и не надел, - вздохнул Аш, перехватив мой взгляд.

Развернув пачку бумаг, стянутых засаленным шнуром, скаут принялся раскладывать их на бархатной скатерти.

- Будь я проклят! - лицо моего друга помрачнело. - Я только что нашел завещание...

Корн лежал в постели у забранного ставнями окна. Если бы не полотенце, закрывающее его изуродованное лицо, можно было подумать, что он просто спит. Я вздохнул, и поспешно отвел глаза. Смотреть на мертвого товарища не было сил.

- Свой домик на улице Лудильщиков 15, я завещаю моему дорогому другу Ашу, - скаут опустил бумагу на стол, и шмыгнул заклеенным пластырем носом. - Вот же мерзавец! Когда это он успел составить завещание?!

Я протянул руку, пододвинул бумагу к себе и посмотрел на дату.

- Перед самым нашим отъездом. Заверено королевским нотариусом.

Буквы в документе были красивые и ровные, с элегантными завитушками, и золотыми хвостиками. Похоже, что Корн заплатил за эту бумагу приличные деньги какому-то мастеру-каллиграфу.

- Госпоже Атес я завещаю восемь сторхов золотом, лежащих на моем счету в Королевском банке, и свои золотые шпоры...

Невидимая рука с такой силой сдавила мое горло, что строчки на мгновение поплыли у меня перед глазами.

- Моему господину Маркусу Гримму я хочу оставить фамильный меч Финбэйн и свою руку-протез...

Ветер ревел за окном как разъяренный зверь, раз за разом ударяя в запертые ставни. Громко тикали часы, но время, казалось, навсегда остановилось для нас троих.

Усевшись у окна под световой сферой, Аш достал из мешочка оселок и принялся править клинок.

- Они были так сильны, что у нас с Корном не было даже малейшего шанса, - скаут сплюнул на камень. - Ты только зря силы потратил, пытаясь нас защитить.

Я отложил в сторону трактат мастера Далзиэля, и покачал головой, скользнув взглядом по безжизненному телу друга.

- Не зря, - горло опять сдавили невидимые пальцы. - Что бы я без вас делал?

Аш провел мизинцем по отверстиям, просверленным в клинке, и хмыкнул:

- Не спорь, я знаю, что говорю, - скаут подбросил короткий меч в воздух и ловко поймал его за лезвие. - С парой-тройкой бандитов мы с Корном разобрались бы шутя. Маги, совсем другое дело! Ты, Марк, не забывай, что это мы твои телохранители. Это мы должны были тебя защищать, а не ты нас! Интересно, что бы на твоем месте сделал мастер Никос...

Я нахмурился. Никос наверняка предпочел бы пожертвовать телохранителями, но одолеть врага. Меня от этой мысли бросило в жар. Такая победа мне была не нужна!

Глядя на постаревшее осунувшееся лицо скаута, я понял, в чем моя слабость. В груди опять предательски защемило. Мои друзья были моей слабостью. Ведь я всегда искал у них поддержки в трудную минуту. Я ожидал, что рядом всегда окажется надежное плечо, на которое я смогу опереться.

Аш понимающе закивал. Мне даже иногда казалось, что скаут может читать мысли.

- Когда меня не станет, ты останешься один, Марк. Помни об этом, - Аш улыбнулся, увидев, как вспыхнули мои щеки. - Я не говорю, что это случится завтра, но ты должен быть готов к этому. Это как потерять родителей. Сначала ты будешь напуган, внутри тебя даже появится пустота, которую не чем будет заполнить, - скаут поднял руку, прежде чем я успел возразить. - Не спорь, Марк. Ты все поймешь со временем. Оборвав все связи с прошлым, ты станешь гораздо сильнее. Тебе больше не нужно будет оглядываться назад, и искать нашего одобрения. У тебя больше не будет учителей, от которых ты будешь ждать оценки...

Слушая рев ветра за окном, скрип ставен, и монотонное тиканье часов, я внезапно понял, что мой наставник как всегда прав. Время точно песок уходило сквозь пальцы, как крепко их не сжимай. Сегодня, завтра, послезавтра. Незаметно, неудержимо.

- Я не хочу этого, - пробормотал я. - Я хочу, чтобы ты всегда был рядом. Ты, Корн, Маш, мастер Данте, мастер Никос, король Кеандр, Айдиола...

- Так и будет, - скаут кивнул, прижимая руку к груди. - Мы будем здесь. В твоем сердце. Ты станешь по-настоящему сильным, Марк, и ни один чародей, будь то маг или волшебник, не посмеет встать у тебя на пути.

Я тут же представил себя глубоким стариком, у которого с каждым годом становится все меньше друзей, и мне стало так тоскливо, что слезы вновь подступили к глазам.

- Не этого я хочу, - я встал с кресла и зашагал по комнате из угла в угол, размахивая руками - Ты не сможешь этого понять! Ты же не чародей!

Аш шмыгнул носом и поглядел на зажатый в кулаке клинок.

- Марк, тут даже ты бессилен, - только теперь я заметил, сколько седины в волосах у моего друга. - Об этом тебе наверняка охотно поведает господин Айдиола. Уж он-то не раз видел, как маленькие девочки, которых он качал на коленях, превращаются в старух, а юные оруженосцы становятся беззубыми стариками. Век простого человека короток. Нужно просто помнить об этом. Нужно жить сейчас, ценить каждую минуту, дарованную нам Орвадом...

- Спасибо, Аш, - я вздохнул. - Об этом мы с тобой еще не говорили.

Скаут шутливо поклонился.

- Но ты не думай, - я скрипнул зубами. - Что я перестану ценить жизни своих друзей, от того, что они такие короткие! Кто знает, как сложится моя собственная жизнь? Вполне возможно, что она окажется куда короче, чем ты думаешь! Теперь, я буду ценить каждый день, и каждый час, как последний!

В комнате воцарилась гнетущая тишина.

- У тебя странный ход мыслей, Маркус Гримм, - Аш ухмыльнулся, задумчиво скребя пятерней в затылке. - Я вообще-то имел ввиду совсем другое...

Когда ураган стих, я настежь распахнул окно, впуская свежий воздух в пропитанную трупным запахом комнату. Зажмурившись от яркого солнечного света, я глядел на сияющую водную гладь далеко внизу, и на обрывки багровых облаков, медленно ползущих в чистом небе.