Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 2

Далее этот озабоченный хрен собрал в кучу всех девушек, безошибочно назвав каждую по имени, и испарился вместе с ними. Надо полагать, скоро он не вернется, будет утешать красоток.

Терин одарил меня холодным взглядом, обнял за плечи и переместился вместе со мной в Зулкибар.

— Что, ругаться будешь? — спросила я.

— А поможет?

— Нет.

— Значит, не буду.

— А что будешь?

— Запрещу Вам появляться в лагере.

— А я не послушаюсь.

— Придется поставить защиту на Вашу магию, чтобы Вы не могли туда телепортироваться.

— А вот я сейчас как решу, что у тебя там любовница спрятана и как закачу скандал! — пригрозила я.

— Дульсинея, я не поверю, что Вы ревнуете. Вы никогда…

— Забыл уже воблу эту — Миларку?

— Дуся!

— Что Дуся? Что Дуся-то? Ты зависаешь в этом лагере каждый день, я не знаю, чем ты там занимаешься, а ты…

— Это не повод являться туда с выпивкой и гулящими девицами.

— Мне их жалко стало.

— Дуся, это солдаты, а не детский сад! Твоя выходка это…

— Глупо да?

— Да.

— Еще скажи, что я дура!

— Не скажу. Но если бы ты дождалась, пока я закончу с Дораном, я бы показал тебе весь лагерь, в том числе и ту его часть, где проживают маркитантки.

— Вот еще скажи после этого, что у тебя там никого нет! Наверняка и свою там же поселил!

— Дусь, если ты не хочешь признавать, что не права, то так и скажи. Не надо устраивать сцену ревности.

— Но я действительно ревную! — пискнула я, но получилось неубедительно. — Ладно, хрен с тобой! Я не права! Откуда мне было знать, что у вас там свой бордель персональный имеется? Я всего лишь хотела развлечь твоих солдатиков.

— Поверь мне, они не скучают.

— Ну и ладно. Зато Кирдык был в шоке.

— Он еще не привык к твоим выходкам.

— А ты?

— Я? А ты как думаешь?

— Думаю, что я тебя еще не раз удивлю.

— Только без вреда для здоровья.

— Для моего?

— Нет, Дусь, для моего. Я с тобой скоро поседею окончательно.

— А тебе идет седина, — утешила я и взъерошила его волосы.

В общем-то, мы вроде, как и не ссорились, но это не помешало нам организовать примирение по всем правилам. Прямо здесь — в кабинете Вальдора, на его королевском столе.

Глава 6

Проснулся я рано. Солнце только раздумывает: вставать — не вставать, а я уже на ногах. Лицо холодной водой ополоснул, причесался, оделся — все сам. Боец у моей двери кивает, приветствуя.

Спускаюсь по лестнице. Думаю. Второй день в Альпердолионе, а пользы — ноль. Если не считать информации к раздумью. Ввоз продуктов по лицензии, презрение к чужакам и явная попытка унизить меня, как государя — есть над чем поразмыслить. Хотя на голодный желудок плохо думается.

К моему удивлению, Лин и Саффа уже в столовой.

— Не спится? — спрашиваю.

Саффа аж подскакивает на месте.

— Доброе утро, Ваше величество.

— Ага, привет. Что у нас на завтрак?

— Овес, — бормочет Лин.

Пытаюсь улыбнуться, но, когда понимаю, что княжич не шутит, улыбка моя превращается в оскал. А на завтрак у нас, оказывается, молоко, травяной настой, булочки и злаки какие-то. Овес.

— Они всерьез это жрут? — интересуюсь я, наливая себе молоко. Тоже, прошу заметить, сам, потому что хозяина дома поблизости не видно.

— Это очень полезно, Ваше величество, — шелестит Саффа.

— Лошадям, — добавляет Лин.

Кажется, Рахноэль перебарщивает.

— Здравствуйте все, — слышу я жизнерадостный голос. Шеоннель. Причем улыбающийся. Даже странно.

— Ой, — добавляет он, — кулам! Я по нему соскучился!

Насыпает себе в чашку пшеницы этой, или что оно там такое и начинает это весело лопать.

— Сынок, — с жалостью произношу я, — не ешь эту дрянь.

Шеон поднимает на меня порозовевшее лицо.

— В… Вальдор, мне это нравится. Вы бы попробовали…

— Я мясо люблю, — вздыхаю я.

Что? Он назвал меня по имени?

— Мы очень редко едим мясо, — отвечает Шеоннель и снова улыбается.

— Что-то я по твоей матери этого не заметил, — недовольно буркаю я. Улыбка мальчика испаряется. Молодец, Вальдор! Умница! Взял и настроение ребенку испортил.

— Мы его любим, но оно — большая редкость в Альпердолионе. Я не знаю, почему, — поясняет Шеон.

После небольшой паузы он тихо спрашивает:

— Когда Вы отдадите меня ей?

— Да никогда! — восклицаю я.

Эльфенок вздыхает, а я только собираюсь вкратце высказать ему и всем присутствующим, что я думаю по поводу поведения его матери, как в столовой появляется наш старый знакомый, как его там, Наливай. Весь в кружевах, завитый и надушенный. Куколка, а не эльф.

Раскланивается. У эльфа красные губы, и он ими как-то плотоядно улыбается.

— Я Вас слушаю, борэль, — холодно проговариваю я.

— Ваше величество, я пришел пригласить Вас на небольшую экскурсию, — мурлычет он.

— Я предпочел бы большую аудиенцию.

— Ах, простите меня, Ваше величество, решение этого вопроса вне моей компетенции. Я прошу Вас и Ваших спутников проследовать к каретам.

Собираюсь было сообщить, что предпочитаю путешествовать верхом (а если уж совсем честно — то магически перемещаться), но понимаю, что мой ропот не будет услышан. Не стоит, пожалуй, помогать эльфам унижать меня. Они и так хорошо с этим справляются.

Желание увидеться с Рахноэлем становится прямо-таки удушающим. В том смысле, что я почти задыхаюсь от ярости. Лишь бы только сдержаться и не нахамить ему при встрече. То, что встреча состоится — не сомневаюсь. В противном случае, все, что сейчас происходит — теряет смысл. А может, мне все же с Лиафель поговорить? В самом деле, вдруг случится чудо, и чудовище это добровольно отдаст мне ребенка? Надо будет попробовать. После экскурсии.

Выхожу из дома. Нас и в самом деле ждут кареты. Три штуки. Вполне приличные на вид. Золотом они, конечно, не изукрашены, но и на развалюхи не похожи. И лошадки в них запряжены крепенькие, сытенькие. Хорошие такие лошадки. Я бы прикупил штук шесть.

Борэль Налиэль распахивает дверцу одного из транспортных средств.

— Прошу Вас, Ваше величество!

— Дамы вперед, — заявляю я. Мало ли что, вдруг там какая-то магическая гадость? Саффа идет первая. Лин остается. Понимаю, что расстояние между ними уже несколько превышает пять метров. Смотрю на Эрраде-младшего. Стоит, губы кусает. Глаза расширены. Держится пока. Быстрым шагом преодолеваю расстояние до кареты.

— Лин, Шеон, за мной! — командую я, и княжич послушно срывается с места.

— И в самом деле, щенок, — мурлычет Налиэль под нос по-эльфийски, бросив на Лина ехидный взгляд. Что, "поводок" саффин разглядел? А я иду и радуюсь тому, что щенок этот эльфийский не понимает. Знает ли борэль о том, что я владею этим языком? Конечно, знает. Значит, это было сказано специально. Значит, я не могу не отреагировать.