Виктория Иванова - Два–в–одном

– Слушайте, а если их того, усыпить? – предложила я. – Тогда можно и всех.

Рэй нервно передернул крыльями.

– Можно попробовать, конечно, но я никогда такого еще не делал…

– Все когда–то случается в первый раз, – философски отозвался дан.

Темный хмуро кивнул и спрыгнул с его спины. Затем вышел на край взгорка, с которого мы и любовались «ожесточенной битвой». Почему в кавычках, да потому, что крестьяне и не думали защищаться, разбегаясь от захватчиков, как мухи от «Дихлофоса».

Крылатик чуть расставил ноги и мысленно обратился ко мне.

– Ну что, проверим, что у нас получилось?

Я согласно кивнула его головой и, достав Солнышко, мы принялись экспериментировать с магией.

Знаете, если смотреть со стороны, то выглядело это следующим образом. Стоит на взгорке тип, вздернув и распахнув крылья, и машет перед собой руками. В одной зажат посох. Затем посох вспыхивает, крылья хлопают – и все. Ни тебе завываний, ни громов–молний, ни прочих атрибутов «страшного и могучего» колдовства.

А вот если посмотреть изнутри… Такое впечатление, что за руками Рэя следовали тени, похожие на длинные ленты темной прозрачной ткани. Которые он переплетал в некое подобие полотна. А потом просигналил мне – «Давай!». И я… скорее всего – подсоединилась к посоху, не знаю, как это еще объяснить. Просто сквозь меня прошла волна тепла, и плетение заискрилось, как наэлектризованное. Вздрогнуло и рвануло к деревне, расширяясь. И рухнуло вниз, накрыв собою все.

В реальности это выглядело просто – народ заснул. Кто на бегу, кто на лету, а кто – спрятавшись под лавку. И вот в это спящее царство мы и вошли, поглядеть на незваных гостей.

А гости оказались теми еще… татарами. Зеленые, клыкастые, с плоскими рожами, когтями, громадные… Брр!

– Т'роши, – презрительно фыркнул Сури. – Те еще бандиты!

– Угу, – согласно протянул Рэй. – Интересно только, что они здесь делали?

– Чего бы они здесь не забыли, но их надо связать, а потом разбудить всех. А? – выдала ценные инструкции я, облизываясь на накрытые столы. Завтрак–завтраком, но день уже почти прошел!

– Ага, щас же! – возмутился крылатик. – Вот крестьяне их пусть и связывают!

«Я бы тоже не прочь перекусить» – пронеслось на заднем плане.

Достигнув согласия хоть в чем–то, мы направились к наибольшему скоплению населения, оказавшегося как раз возле накрытых столов. Темный взмахнул рукой, снимая заклинание и, пока селяне приходили в себя – занялся едой. Солнышко же был уложен на лавку в пределах досягаемости. А то мало ли, чего спросонья в голову прийти может? Да и придет ли… хоть что–то! Дан тоже околачивался поблизости, выхватывая наиболее привлекательные, на его взгляд, куски.

Жители деревни постепенно приходили в себя. Первым оклемался сидевший во главе стола здоровяк. Раза в полтора больше Рэя. Когда началась эта заварушка, он один не побежал, а подхватил скамейку и с ней наперевес ринулся на врага. И теперь он и спал поперек этой лавки.

«Пф, сравнила! Меня и этого мужика!» – насмешливо фыркнул крылатик, не отрываясь, впрочем, от еды.

А пока что герой битвы за деревню, кряхтя и позевывая, приподнялся и недоуменно оглядел место битвы, усеянное телами. Спящими. Потом его взгляд переместился на что–то жующего темного. Селянин икнул, протер глаза и еще раз оглядел Рэя с ног до головы.

– Ну, чего ты молчишь, поздоровайся, – мысленно зашипела я.

– Шдраште, – покладисто прошамкал крылатик, благостно поглядывая на мужика. – Пришоединяйтешь! Вкушно!

– Ик! – высказался житель деревни. – Г–госп–по–дин? – спотыкаясь на каждом слоге толи от икоты, толи от страха выдавил он.

– Мнум! – кивнул головой Рэй.

– Он самый! – влез в разговор дан, подкравшись со спины.

Селянин подпрыгнул на лавке и та, не выдержав такого издевательства, треснула пополам. В результате мы смогли наблюдать только округлившиеся глаза и взлохмаченные волосы. Все остальное скрыл уставленный яствами стол.

– Так это ж, вас же того, этого, самого, которого… – осторожно проговорил мужик, пытаясь задом отползти от стола. Но очень быстро уперся в передние ноги дана.

– Умгум, – согласно кивнул головой темный. – А потом я вошкреш, ум ням, ням. Чав, хлюп!

– Рэй! Прекрати грызть поросенка, когда разговариваешь! – мысленно возмутилась я.

Вот ведь! У него даже образы невнятно проносились. Как будто он и ими вцепился в зажаренную ножку не хуже неделю голодавшего Бобика!

– Не моху оторвашьшя! Кушать хошешьшя… – тоже мне, жертва голодомора выискался!

А пока мы любезничали, селянин уже окончательно пришел в себя и вспомнил, что же тут происходило. Заполошно оглянувшись, он зацепился взглядом за первого же, сладко похрапывающего зеленомордого. Мужик поднялся, осторожно подошел и попинал недовольно всхрапнувшее тело.

– Эта… Это вы их… того? – осторожно осведомился он у пьющего что–то из глиняного кувшина крылатика.

– А кто же? – ответил ему дан, поскольку темный был не в состоянии сказать хоть что–то, без риска захлебнуться.

Вокруг завозились остальные. Они поднимались, недоуменно оглядывались, не понимая, что произошло, а потом натыкались взглядом на мужика и успокаивались. Переводили взгляд дальше, видели Рэя и… И судорожно отползали куда подальше.

– И что дальше? – селянин задумчиво смотрел на слегка осоловевшего от съеденного крылатика, одновременно в задумчивости попинывая тело.

М–да, добрые тут жители… Никогда не знала такого способа борьбы с задумчивостью. А зеленый в ответ только похрапывал. Но просыпаться категорически отказывался.

– А я знаю? – пожал плечами темный. – Свяжите, что ли…

Мирную беседу прервал вылетевший из столпившихся за спиной у мужика людей парень. Держа на отлете длинную оглоблю, он, завывая, бросился к нам. Нет, ну это уже вообще, сплошное хамство!

Сури и Рэй считали точно так же. Во всяком случае, получивший пониже спины парень со свистом пролетел около вскочившего с лавки темного, совершенно случайно споткнувшись о подставленный посох.

Финишировала сия «птычка» головой в столб. Высокий, толстый и крепкий, как оказалось. Поскольку он устоял, а вот летун… летун тихо сполз вниз.

– Ходють тут всякие… – совершенно случайно вырвалось у меня и озвучилось Рэем.

Толпа настороженно подалась вперед, и нам пришлось слегка отступить и собраться вместе.

– Похоже, нам тут не рады, – пробормотал дан, отступая к нам.

– Сейчас, я их… – темный чуть согнул ноги в коленях, и собрался плести что–то уж очень убойное.

– Не надо, Рэй. Ну их. Давай лучше пойдем отсюда, – мне было не по себе и ужасно не хотелось драться. – Ну, пожалуйста…