Светлана Литвакова - Зона особого влияния

Ознакомительный фрагмент

— Может, и правда вернемся? — с сомнением спросила подруга, вслушиваясь в затихающий голос.

— А если помощь нужна? — возразила я и решительно двинулась дальше.

Лариска, вздохнув, поплелась за мной.

Вскоре мы вышли к болоту. Голос был едва слышен, как будто женщина теряла последние силы.

Прыгая с кочки на кочку, мы подошли почти вплотную к тому месту, откуда слышался голос, когда нога Лариски соскользнула, и она почти по пояс увязла в трясине.

Пытаясь помочь, я потянула ее за руку и сама оказалась в липкой грязной жиже. Нас медленно, но верно стало затягивать в болото. От страха мы позабыли все заклинания и только беспомощно барахтались, цепляясь за редкую болотную траву, вырывая ее с корнем и увязая все глубже и глубже.

Мы уже стали задыхаться, когда пришла неожиданная помощь. Болото под ногами вдруг затвердело и нас буквально выкинуло из липкой трясины.

Очутившись на тропинке, мокрые и грязные, мы увидели Эльвиру. Она стояла на краю болота и осуждающе качала головой:

— Ну и куда вас понесло?

— Мы хотели помочь, — стуча зубами от холода и страха, едва произнесла я.

— Кому?! — Эльвира засмеялась.

— Там женщина в болоте т-тонет, — сообщила я, с трудом разжав зубы.

— Женщина? Это болотная мавка! Хорошо, что я вовремя подоспела! Вам же объяснили, что кроме нас, людей в Зоне нет! Не может никто тонуть в болоте!

— Нам лесавки сказали, что лобаста мужика в омуте утопила! — возразила Лариска.

— Какого еще мужика? — рассердилась Черепанова.

— Мы н-не знаем! — Лариску трясло, как в лихорадке.

Рядом расхохоталась болотница. Эльвира щелкнула пальцами и болотница, поперхнувшись, замолкла.

— Скажите спасибо, что Ванюша не растерялся и сообщил, что вы в болоте увязли.

— А как он узнал? — недоверчиво спросила я.

— Ты же сама сигнал опасности передала, вместе с картинкой! — удивленно сказала Эльвира.

— Не заметила, — призналась я. — Наверное от страха все из головы вылетело!

— Давайте сушиться, ведьмы-недоучки! — усмехнулась она.

Эльвира сотворила заклинание и наша одежда мгновенно высохла. Кое-как согревшись на солнышке и счистив с одежды грязь, мы, уже вместе с ней, двинулись дальше, искать пристанище Яси Звездной, а попросту — Бабы Яги.

— Ягодинич дал вам хороший совет, — сказала Эльвира. — Если она не знает, что происходит с Зоной, то не знает никто! Только вот где ее искать? Людям это почти не под силу!

— А правда, что Яга людей в печи сжигает? — спросила Лариска.

— А кто тебе сказал, что она должна быть доброй со всеми? — вопросом на вопрос ответила Эльвира. — Она, своего рода жрица, разделяющая мир на добро и зло. Она действует по своему разумению и ее очень сложно понять неподготовленному человеку. Кому-то поможет, а кого-то сожжет в очищающем от скверны пламени! Обращаться к ней можно только в случае крайней необходимости. Чтобы найти у Яги помощь и получить совет, мотивация должна быть значимой, иначе она разгневается!

— А у нас крайняя необходимость? — на всякий случай поинтересовалась я. Как-то совсем не хотелось гореть в пламене, даже очищающем!

— Думаю, что да, — немного подумав, ответила Черепанова. — Может погибнуть уникальный мир!

Солнце клонилось к закату. Лес потемнел и еще больше затих. Он стал густым и недобрым, пугая редкими вскриками птиц.

Под ноги то и дело попадали старые коряги, замедляя наш, и без того нелегкий, путь.

Мы порядком устали, но о возврате на базу никто не думал, времени у нас было немного, а результатов никаких. Расширение и непредсказуемость Зоны реально угрожали нашему миру. Мы были просто обязаны узнать причину такого изменения.

Остановившись для очередного отдыха, мы поняли, что окончательно заблудились. Вокруг — сплошной бурелом и ни одной, даже едва заметной тропинки.

— Эльвира Петровна! — взмолилась Лариска, — вы ведь уже не первый раз в Зоне, неужели не можете найти дорогу?

— К сожалению, не могу, Зона меняется. Там где раньше были тропинки, теперь болота, там где был лес — поляны. Придется просить помощи. — Эльвира была невозмутима.

— У кого? — удивилась я, — здесь же никого нет!

— Так только кажется, — улыбнулась Эльвира. — Лесовик-хозяин, может, выручишь? — негромко спросила она.

Подул ветер. Деревья зашумели, и к нам вышел юноша в белой рубахе с красным поясом, черных штанах и зеленой шляпе. Левый сапог был надет на правую ногу, а правый — на левую. Из-под широкополой шляпы выбивались светлые кудрявые волосы, почти закрывая лицо. Помахивая свежей веткой березы в руках, он спросил:

— Зачем звала, Петровна?

— Заблудились немного, батюшка, — с почтением поклонилась Эльвира лешему. — Ягу Виевну ищем, вопросы к ней есть. Поможешь?

— Азовушку не так просто отыскать. Ушла она с границы, на темную сторону переселилась. Лес поменялся, тропинки перепутались, — он покачал головой и превратился в глубокого старика, сгорбленного и седого. — Придется вам самим постараться, а я, ежели что, помогу. Позвать меня знаешь как. — Он вдруг вырос метров до трех и с легким хлопком исчез, оставив нас стоять с раскрытыми ртами.

— Ничего себе! — восхищенно проговорила Лариска.

— А чему вы удивляетесь? — спросила Эльвира. — Лесовик, Лешок, Лешак, Лисун, Пущевик, Волчий пастырь и так далее, — решила прочесть она короткую лекцию. — Способен менять свой рост, может выглядеть, как обычный человек или принять любой облик. Живет в глуши, подальше от людских глаз. Оберегает лес от напастей, перегоняет с места на место белок, зайцев и другую живность, управляет волками. Не переносит грубости. Иногда может помочь человеку, если его вежливо попросить.

— Блуждает по лесу, качается на деревьях, свищет, хохочет. Хлопает в ладоши, громко кричит разными голосами, иногда обзаводится женой и детьми, — добавила я.

— Совершенно верно, — подтвердила Эльвира. — Теорию вы помните, а на практике теряетесь, не сразу понимаете то, что видите.

— Мы исправимся! — дружно пообещали мы, разглядев едва заметную тропинку, оставленную нам Лесовиком.

К ночи лес совсем изменился. Верхушки деревьев засеребрились в лунном свете, приняв совершенно волшебный вид. Звездное небо казалось усеянным светлячками, таким высоким оно было.

Лес разговаривал сам с собой — по краям тропинки то и дело слышались шорохи, повизгивания и невнятное бормотание. Где-то ухал филин, вызывая невольную дрожь в спине.

Тропинка привела нас к реке и пропала.

— Река Смородина, — Эльвира сбросила с плеч рюкзак, и устало опустилась на траву. — Здесь, пожалуй, и передохнем. Только не спать, пока я не поставлю защиту! — предупредила она. — К воде близко не подходить! Не хватало, чтобы вас русалки в омут утащили!