Анастасия Парфёнова - Обрекающие на Жизнь

Зимний будет в ужасе. И вся остальная служба безопасности тоже, причём как наша, эльфийская, так и имперская. Собрать повелительниц эль-ин в помещении, куда доставят разномастную коллекцию отчаянных террористов… Террористов, конечно, жалко…

Эх, придётся мне выслушать всё, что господа профессиональные параноики подумают об этой идее.

Ну и пусть. Их работа — обеспечить безопасность. Вот пусть они в кои-то веки работой и займутся!

Я наклонила уши в сторону библиотекаря и сердечно поблагодарила его за помощь, чем, кажется, здорово напугала беднягу. Пусть Бесконечно Изменчивая будет милостива к его совести и никогда не позволит старику узнать, как он помог мне несколькими процеженными сквозь зубы словами и неодобрительными гримасами.

Потом…

Потом началась работа. Для начала — вызвала прямо сюда, в зал библиотеки тройку секретарей и известила их о планируемом Бале (хамить в ответ решилась только Дий-нарра): Продиктовала по памяти список гостей, приказала послать всем приглашения.

Надо было видеть лица бедняг, когда я оглашала список. И лица маячивших на заднем плане офицеров безопасности, как эльфийской, так и имперской. Ещё бы им не кривиться, когда Императрица к титулам министров и военных командиров стала открыто добавлять их звания в революционно-террористических организациях. Самое забавное, они испугались не того, что «Бал» превратится в очередную Бойню, а того, что я сама пострадаю. Я была тронута. И так им об этом и сказала. А потом, пока у кого-нибудь не случился сердечный приступ, поспешила добавить, что отлично понимаю: ничего личного здесь нет, они просто боятся дестабилизации обстановки и новой волны вендетт. И заверила, что бояться этого не стоит.

Они почему-то испугались ещё больше.

Потом пошло обсуждение самого Бала. У меня было несколько скромных пожеланий по декору и сценарию, но суть сводилась к следующему: поручить всё леди Вииале тор Шеррн и попросить её, чтобы атмосфера хоть немного напоминала традиционный Имперский Бал в честь Дня Сотворения. Ответственным за безопасность был назначен лорд Зимний из клана Атакующих. Надо же напоследок подложить ему хоть одну свинью! Тоже в рамках традиций!

Я решила, что пока с бедняг хватит, и попросила оставить меня в одиночестве. Затем, когда все ушли, рассеивающимся импульсом спалила все системы слежения. И долго-долго сидела, уставившись в одну точку. И пальцем раскачивала воткнутое в пластик-бумагу световое перо. Казалось, этот тонкий-тонкий клинок всажен прямо в мою плоть, что бесконечными мягкими движениями я бережу старую рану. Знаете, одну из тех, которые вроде бы уже так привычны, что почти не болят, но в то же время не дают и забыть о себе.

Ладно, хватит. Ты решила, девочка. Так будь добра быть последовательной в своих решениях.

Следующие полчаса были потрачены на составление приглашений для эль-ин. Невидимые и бестелесные, сен-образы отправились к Матерям кланов, отрезая мне последние пути отступления. Затем, хотя их уже должны проинформировать, — к Зимнему и Вииале. И наконец, отдельный образ-послание для Лейруору тор Шеррн.

Они поймут, что за смысл скрывается под короткими официальными фразами.

МолчаньеИ словаДве (грани) пустоты.Соединившись вместе —твёрдый камень.

Смысл под смыслом, река под рекой. Молчание и слова. Так откуда же эти неподъёмные камни в моей душе? Ауте, как надоело!

Усталый сен-образ вспорхнул с ладоней и растворился в одиночестве старой библиотеки. Книги не ответили, погружённые в свои собственные сны.

Всё.

Почти.

Отчаянно пытаясь потянуть время, я задумчиво водила пальцами между подставкой и световым пером. Сегодня. И День Сотворения. Две точки, между которыми заключены три коротких дня: вся бесконечность оставшейся жизни. Столько нужно успеть!

Разумеется, разобрать все завалы и привести в порядок дела, чтобы Лейруору не получила в наследство тот хаос, что свалился когда-то на меня. Уладить дела с аррами, подготовить оливулцев. Да, конечно, мне нужно будет отправить послания старым друзьям. Нехорошо уходить не попрощавшись, оставляя важное недосказанным. И как-нибудь выбрать время, повидаться с родителями. И… сколько же всего…

Нет, так дело не пойдёт. Нельзя последние часы собственной жизни носиться по Вселенной, точно курица с отрубленной головой, хватаясь за что попало и не успевая толком ничего. Нужно выбрать самое главное… Почему бы не заняться наконец приведением в порядок собственной кармы? Ага, спохватилась. Что называется, вовремя. Ну ладно, карме уже не поможешь — к чему мёртвому припарки? — но, по крайней мере, надо привести себя в соответствующее настроение. Конечно медитации. Поработать со снами. Потанцевать медленно, вдумчиво, с удовольствием. Чтобы переход в посмертие прошёл правильно, чтобы мой дух, когда он будет растворяться в Эль, не трепыхался и не мешал. Чтобы, когда будет решаться, быть ли моей следующей реинкарнации, я могла как-то повлиять на решение, а не оказалась засунута в первого же приглянувшегося Эль младенца…

И…

Ох, ну кого я пытаюсь обмануть?

Резкими, почти злобными мыслями начертала приглашение лорду Арреку арр-Вуэйн с просьбой-приказом посетить Бал, который даёт его супруга в честь Дня Сотворения. И не отправила, а швырнула призрачное послание на поиски мужа.

Вот теперь действительно всё. Теперь пути назад и правда отрезаны.

Приглашение к бою было послано. У меня не было ни малейшего сомнения, что Аррек его примет. Он принял его ещё тридцать лет назад.

Схватка началась.

И лишь Ауте известно, чем она может закончиться.

Танец второй,

Болеро

Клинки столкнулись в воздухе и зазвенели хрустальным смехом. По крайней мере в звоне Молчаливого, моего пребывающего в последнее время в довольно желчном настроении меча, слышались отчётливо насмешливые нотки. Критик. Ладно, допустим, этот удар я действительно парировала чудовищно неуклюже. Но смеяться-то зачем?

Тело действовало на полном автомате: единым движением отвести вновь устремившийся ко мне клинок, фиксируя его в дальней точке, а нога взлетает, пытаясь подъёмом стопы достать горло нахала. Разумеется, тот ушёл в сторону, а вот я, вынужденная менять стойку с мечом, всё ещё отведённым в блоке, оказалась уязвима. Чем тут же не преминули воспользоваться ещё два противника. Пришлось срочно принимать меры. Легчайшее движение кистью — и инерция моего стремительно несущегося в сторону меча исчезла, будто её и не было. Что позволило неожиданно для противника и вопреки всем законам физики без замаха нанести два мощнейших удара, прикрывшие меня, пока не удалось занять более устойчивую позицию.