Личия Троиси - Новое королевство

Все четверо на мгновение подняли головы.

— Вы отправитесь в Затонувший Мир и привезете мне Сана.

— Он в Залении? — спросил один.

Иешоль кивнул:

— Он там вместе с Идо. Делайте с гномом что хотите, он — ваш, но мальчишку нужно доставить живым любой ценой.

Они опустили головы в знак слепого и безоговорочного подчинения. Это было как раз то, чего ожидал от них Верховный Страж.

— Идите, — сказал он, поворачиваясь лицом к статуе Тенаара. Все четверо встали и, тихо ступая, вышли за дверь. Иешоль закрыл глаза. Впервые за многие годы он так боялся потерпеть поражение. Им овладел страх: зверь начинал выходить из-под их контроля, и смерть Реклы стала тому доказательством. Да и Сан оказался более неуловимым, чем они думали. А если это был не зверь? Назрела необходимость срочно рассмотреть запасной вариант, и он уже занялся этим вопросом. Несколько дней тому назад Верховный Страж Гильдии встречался с Дохором и обсуждал сложившуюся ситуацию.

— Мне нужны книги, — обратился Иешоль к своему собеседнику.

— А мне нужны новые жертвы, — с ехидной улыбкой парировал король.

— Это называется совпадение интересов, — ответил Верховный Страж, наклоняя голову.

— Тогда объясни мне, что тебе нужно.

Иешоль начал перечислять: рукописи Астера, древние эльфийские книги, утерянные во время разрушения Энаара, древнего города на территории Большой Земли. Тиранно совершил это злодеяние еще в самом начале своего кровавого правления. Один только Дохор имел доступ к этим реликвиям: дело в том, что крепость, которую он возвел, стояла на древнем фундаменте исчезнувшего города. Иешоль в это время продолжал подстрекать убийц к насилию и даже обратился с просьбой к королю принять участие в некоторых ритуалах, проводимых в их храме. Пользуясь случаем, Верховный Страж Гильдии заявил королю, что не будь тот столь прагматичен и амбициозен, то стал бы наверняка самым преданным сторонником его веры. Но как раз этим грешил и он сам в своей безудержной жажде власти.

4

ТОРГОВЕЦ ЖИВЫМ ТОВАРОМ

Дубэ проснулась, когда солнце было уже высоко. Приближалась весна: она определяла это по наполнявшим воздух ароматам травы и цветов. Их караван был в пути вот уже два дня, и Сельва наверняка была уже где-то совсем рядом. Длинная цепь, сковывавшая двух пленниц, была прикреплена к железным прутьям решетки, в которой они сидели, но, несмотря на это, разбойнице удалось вытянуть немного онемевшие руки.

Теана, погруженная в свои мысли, неподвижно сидела перед ней. Кто знает, что было у нее на уме. Должно быть, она встала на рассвете и наверняка молилась про себя: после их спора о Тенааре девушка-маг больше уже не восхваляла вслух своего бога. Она стала более кроткой и даже не пыталась противиться своим тюремщикам. Теана в конце концов смирилась со своим положением, стараясь воспринимать все превратности судьбы с максимальной бодростью духа. Дубэ оценила это по достоинству.

— Доброе утро, — произнесла девушка-маг с улыбкой.

Дубэ ответила ей кивком. Она чувствовала себя значительно лучше; ее тело набирало силу, в голове также прояснялось. Первым делом она оглядела свою спутницу. С виду все было в порядке: их прикрытие еще срабатывало.

— Я выгляжу так же, как и пару дней тому назад? — спросила она, пытаясь подняться.

Теана кивнула.

— Очень хорошо, потому что будет довольно сложно приготовить снова все эти мази.

— В любом случае через девять дней необходимо снова повторить ритуал над твоим клеймом.

Дубэ резко повернула голову. У нее вовсе не было больше желания снова подвергать себя этой пытке: она только начала восстанавливать свои силы.

Теана улыбнулась. Должно быть, она заметила ее волнение.

— Не бойся, все пройдет значительно легче, чем в прошлый раз. Твое тело уже приспособилось к такой встряске, и ты будешь мучиться самое большее дня два.

— Надеюсь, — ответила Дубэ. — Потому что к тому времени наверняка мы снова будем в бегах.

Неожиданно дверь клетки отворилась.

— А ну, красавицы, пора мыться. — И с этими словами один из солдат резко схватил разбойницу за руку.

Девушки сразу же смолкли, и каждая из них была снова готова выполнить отведенную ей роль.

Это случилось десять лет тому назад. Тогда будущее все еще казалось полным надежд и солнце так же высоко светило в небе, как и сейчас.

Когда солдаты отвели Дубэ к реке, она сразу же узнала тот самый камень, возле которого дралась с Горнаром. Он все еще лежал на своем месте, такой же абсолютно круглый, как и раньше. На мгновение девушка явственно вспомнила все произошедшее. Дубэ держала голову Горнара в руках, но никак не могла осознать случившееся, тем более поверить в то, что она кого-то убила. Это казалось ей невероятным.

— Ну так что, будем шевелиться?

Солдат толкнул Дубэ к воде, и она закрыла глаза. При выполнении задания ей нельзя было допускать ни единого промаха, а для этого нужно вычеркнуть из памяти все воспоминания: Сельва — всего лишь первый этап на пути, ведущем ее к Дохору. Она попыталась собраться, но руки девушки нервно тряслись.

Краем глаза она увидела, как Теана изучающе смотрела на нее. Дубэ, не обращая внимания на свою спутницу, окунула лицо в воду, в то время как дрожь все сильнее колотила ее тело.

— Раздевайтесь, — приказал солдат, когда обе девушки закончили умываться.

Дубэ замерла от неожиданности.

— В этих лохмотьях вас на рынке никто не купит. Так что хорошенько вымойтесь и наденьте вот это. — Солдат небрежно бросил на землю пару довольно коротких жилетов и юбки танцовщиц, сшитые из вуали.[2]

Теана посмотрела на вещи, а потом перевела взгляд на Дубэ: ее глаза были полны отчаяния. Разбойница нервно сглотнула. Она поднесла руки к груди и, расстегивая петли на блузах, стала снимать их одну за другой. Затем девушка повернулась спиной к солдату.

«Ну, смелее, пришло, наконец, время доказать твою готовность следовать за мной».

Несколько секунд Теана стояла неподвижно. Затем она также отвернулась и, закрыв глаза, с чувством полной безнадежности стала медленно раздеваться. Впервые с самого начала их совместного пути Дубэ почувствовала истинное восхищение ею.

Обе девушки остались в одних очень коротких и прозрачных нижних рубашках.

К несчастью, во взгляде солдата отчетливо читались его истинные намерения.

— Черт возьми, вас продадут… А я так надеялся, что никто вас не купит, — сказал он, приблизившись.

Он засунул руку под рубашку Дубэ — она закрыла глаза, пытаясь оставаться невозмутимой. Слепая ярость сдавила ей грудь. Ей, должно быть, хотелось выхватить кинжал, спрятанный в потайном кармане лежавшей на земле юбки.