Михаил Попов - Пророчество Золотого Перуна

Надевая накладки, он несколько раз легко подпрыгнул, встряхивая мышцы, заставляя их подготовиться к серьезной работе. Пора!

Противники подошли к краю татами, поклонились, и меряя друг друга глазами, застыли дожидаясь следующей команды рефери. Сергей внимательно смотрел на противника. С Борисоглебовым они встречались уже не раз. Посмотрим, что будет сегодня.

Рефери сделал жест по которому противники встали на исходные позиции. Сердце забилось сильнее, нагнетая кровь в рвущиеся в бой мышцы.

— Ака, Сиро, рей! — противники церемонно поклонились. — Цудзекет… Хаджиме!

Уходом назад, Сергей вышел в боевую стойку, внимательно следя за противником. Борисоглебов начал медленно приближаться, не переходя той невидимой черты, за которой Сергей мог бы его без труда достать. В отличие от Сергея, неподвижно застывшего в низкой стойке, он слегка пружинил на носочках, не отрываясь при этом от пола. Внезапно, сорвавшись с места, Борисоглебов бросился вперед. Его правая нога в стремительном маваши гери неслась в бок Сергея, а рука продолжая движение ноги целила в лицо. Ожидавший чего-то подобного, Сергей не принимая боя легко сместился в сторону и попробовал контратаковать. На какой-то миг казалось, что он уже достал противника кулаком, но тот так же легко переместился в сторону — ничья. И снова противники закружились друг против друга, не атакуя, но стараясь раздергать, вытянуть на атаку…

Внимательно наблюдая за противником, Сергей понял что тот готов атаковать, буквально в следующий миг. Опережая, ломая все его планы, нога Сергея метнулась вперед, как для прямого удара, но в самый последний момент, когда казалось, что противник уже отбил удар, нога описав полукруг смачно припечаталась в ухо, и так же резко отдернулась назад.

— Ямэ! — рука рефери вклинилась между бойцами.

Внимательно осмотрев Борисоглебова на предмет превышения контакта, рефери занял свое место на татами.

— Ака, Джодан гери, Иппон! — рука рефери взметнулась вверх, в сторону Сергея. — Ака но качи!

Зрители, с напряжением наблюдавшие за развитием боя, взорвались аплодисментами, поздравляя Сергея с победой.

Выйдя с татами, он дрожащими от нервного напряжения руками стащил накладки. В этот момент к нему подскочил Ручейников.

— Молоток! Красиво ты его на мае-маваши поймал! — Антона прямо распирало от радости за друга. — Я щас подходил посмотреть, у него там не ухо, а блин! Теперь с неделю красным будет.

— Да с этим-то просто… Вот когда я Краснова положу, тогда и поздравляй. — отмахнулся Сергей. Но сам был доволен — соревнования проходили удачно.

Спустя пять часов Сергей вышел в финал. Упорная подготовка не прошла даром. Он разделывал всех противников под орех, не испытывая особых затруднений. Если только не вспоминать того лысого башкира.

И вот — момент истины. Тот миг, ради которого был этот безумный год, эти девять лет занятий… Адреналин выделялся литрами. Последний бой. Как и следовало ожидать, противник — Краснов. Момент истины.

— На татами номер два начинаются финальные бои за звание чемпиона России, в весовой категории до семидесяти пяти килограммов. На татами вызываются: Краснов Сергей — ака, Яросветов Сергей — сиро.

Сергей медленно вышел на татами. Сердце билось так, словно пробежал многокилометровый кросс. Не дело это, промелькнула где-то далеко мысль. Взяв себя в руки, он восстановил сердцебиение.

— … Хаджиме! — единственное, что донеслось через шум в ушах. Все окружающее растворилось для Сергея. Во всем мире для него остался только противник. Ненавистный Краснов. Дрожь в коленях исчезла, организм мобилизовался полностью настроенный только на победу.

Противники кружили друг напротив друга. Краснов известный своей осторожностью, плавно скользил по кругу. Сергей же, зная что в случае ошибки потеряет все, выжидал подходящий момент. Дело осложнялось тем, что Краснов, будучи тренером Сергея, знал все его слабые стороны. И теперь просто подводил к ошибке. Время шло. Ни тот ни другой не предпринимал никаких попыток атаковать. Сергей — зная что не успеет, Краснов — не рискуя нарваться на встречный удар.

— Отоси бараку — прозвучала команда рефери означающее что до конца боя осталось тридцать секунд. При первых звуках голоса, Краснов надеявшийся что это отвлечет хоть на долю секунды противника, бросился вперед, проводя отвлекающую подсечку, а рукой нанося прямой удар в голову. Поймав короткое, почти незаметное движение плеча, Сергей мгновенно подтянул ногу под себя, и развернувшись спиной, начал наклоняться, уводя голову от удара. Одновременно нога ударила назад, за спину — классический уширо гери. Как на тренировке. Почувствовав, как кулак Краснова распорол воздух над головой, Сергей с ликованием понял, что его пятка почти уперлась в грудь противника — победа! В этот радостный миг, в голове взорвалась бомба, перед глазами запрыгали искорки и ничего не понимающий Сергей погрузился в непроницаемую темноту…

Рефери недоуменно смотрел на сидящего на татами Краснова. Тот, не менее обалдевший встал и медленно вышел с площадки.

— На татами номер два начинаются финальные бои за звание чемпиона России, в весовой категории до семидесяти пяти килограммов. На татами вызываются: Краснов Сергей — ака, Борисоглебов Кирилл — сиро! — секретарь недоуменно потер лоб. Что-то в протоколе было не так, но что… Устал наверно, подумал он, перерыв короткий, отдохнуть не успел. Скорей бы соревнования закончились…

Яросветов Сергей без следа пропал из этого мира.

Глава 4

Пробуждение было тяжелым и долгим — голова трещала, во рту привкус солдатских портянок смешанный с ароматами общественной уборной. Открывать глаза не хотелось. Состояние такое, словно вчера случилась грандиозная пьянка, судя по тому, что и не вспомнить что пили… Вчера… А что собственно было? Мысли ползли подстать состоянию — такие же медленные и корявые. Из тумана начали выплывать какие-то обрывки. Соревнования, бой с Красновым… Блин, мелькнула мысль, неужели он меня-таки достал?

Яркий солнечный луч мазнул по глазам, сквозь неприятный шум в ушах послышались какие-то звуки. Нехотя Сергей приоткрыл один глаз…

То, что он увидел, заставило подскочить над кроватью самое малое на метр, и широко распахнуть оба глаза. Из стены прямо напротив, таращился маленькими злыми глазками огромный кабан. Клыки, в палец длиной, зловеще желтели на черной, покрытой короткой жесткой щетиной, морде. Ё-мое, — ошалел Сергей, — да это же чучело! За хрена его сюда повесели? И собственно, где я нахожусь? Он осмотрел приютившее его помещение. Первое, что бросилось в глаза — это стены. Какие-то странные, темные, волнистые. Присмотревшись повнимательнее, он аж подавился. Стены сложены из бревен, совсем как деревенский дом, даже печка присутствовала в углу. Только теперь он обратил внимание, что лежит не на кровати, а на широкой деревянной лавке, с подстеленным для мягкости, ворохом мохнатых шкур. Да и вся остальная, кстати довольно скудная, обстановка разнообразием материалов не блистала. Деревянный стол, еще одна лавка, вот и все. Только на стенах висит пара медвежьих шкур да окно… Окно так заинтересовала Сергея своим необычным видом, что преодолев некоторый страх перед неизвестностью, он встал и подошел рассмотреть поближе. Вместо привычного нормальному человеку прозрачного стекла, окно затягивала какая-то непонятная, мутная пленка. Потрогав ее пальцем, Сергей убедился, что она твердая, но вот из какого материала…