Мелисса де ла Круз - Застывшие (ЛП)

— Попроси помощи у кого-нибудь, да выбирай с умом, — неохотно посоветовал Мэнни. — Беглецы легко дают обещания и легко забирают их, они могут доставить тебя, куда захочешь, но большинство из них, в конце концов, кидают своих пассажиров или продают их в рабство. Или их опережают работорговцы, что, по сути, то же самое. Или они бросают их, когда заканчивается еда. Чтобы понять, нужно побывать в их шкуре, кто быстрее, тот и выиграл.

Она выбрала Уэса, и, пока не угробила себя, лучшим вариантом оказалось отправиться вместе; но она не была уверена, доверить ли ему тайну о своём камне, что на цепочке вокруг её шеи; она нашла дорогу, и в этом его заслуга.

«Но нам все еще предстоит долгий путь, — монстр в её голове напомнил о себе. — К счастью, я терпелив».

Её счастье испарялось от осознания, что каждый шаг ведёт её ближе к воплощению тьмы её мыслей. На мгновение она увидела лицо своего бывшего командира. Снова.

«Ты не используешь даже части своих возможностей, — говорил он ей. — Даже не пытаешься».

Она представила, насколько усерднее он пытался бы сломать её, если бы догадался, что её что-то гложет, если бы узнал о чудовище в её голове.

— Ты в порядке? — спросила она Уэса.

Он быстро кивнул ей, но его лицо исказила гримаса боли.

— Пройдёт. Это всего лишь шок. А ты?

Она пожала плечами.

— Как далеко до границы?

— Пара блоков. Мы должны быть не заметны, — сказал он, грузовик продолжал путь дальше от сверкающих огней Нью-Вегаса, и стало сложнее ориентироваться по заснеженной местности.

— Хорошо.

Несмотря на то, что не было физического барьера, защищающего город от пограничных земель, граница была так реальна, как невидимый электрический ток, который убивает каждого, кто рискнул прикоснуться к нему. Нэт обратила внимание, что все затаили дыхание, когда они молча перемещались в темноте. Но Фарук сделал свою работу, и всё прошло без происшествий. Позади границы раскинулась гора мусора. Веками мусор вывозили за границу, забывая о нем, и оставляли гнить на бесконечном холоде.

— Неудивительно, почему это называется Трэш-Пайл, — сказала Нэт, слегка шокированная странной ржавеющей электроникой, сгоревшими машинами и горами пластика, картона и стекла.

— Моя семья родом из Кали, — сказал Уэс, выглядывая из окна через её плечо. — Мой прадед рассказывал отцу, как прелестно было спускаться с гор к песку, к берегу. Затем, конечно, пришлось бежать от наступающей воды. Вегас остался единственным городом на поверхности. По семейная легенде, они отправились прямиком в казино.

Он откинулся назад и усмехнулся. Она видела, что ему всё еще больно, но он пытается это скрыть.

— Что это? — Фарук внезапно прервал их, указывая на мерцающие огни далеко в темноте, выглядящие как размытые фигуры, передвигающиеся через ледяную долину свалки.

— Не обращайте внимания, — отрезал Уэс. — Там не на что смотреть.

Нэт молчала, вглядываясь в движущиеся огоньки, и думала о том, как много Уэс должен рассказать своей команде, с чем им придётся здесь столкнуться.

— Долго до второй границы? — спросил Уэс.

И напарник снова уставился в своё устройство, утопая в работе. LTV катился по скалистым дорогам. Следующий барьер приближался. Они должны были преодолеть его или поджариться.

— На нем код, но я не могу взломать. Думаю, это немецкий код, самый сложный, — пробормотал Фарук.

— Должно быть, они поменяли его с нашего последнего визита, — предположил Шейкс.

— Немецкая кодировка? — хмуро спросила Нэт.

— Армия использует пароли прошедших войн. Никто ведь не может создать новые. Им очень повезло найти эти, — пояснил Уэс.

Нэт знала, та же самая история касалась всего. Поколение, которое пришло в тепловых костюмах и открыло морозостойкий сплав было далеко в прошлом: выжившие из мира До, кто помнил те времена, когда мир еще был зелёным и голубым, мобилизовали ресурсы и знания, выясняя, как выжить в холод. Но осталось очень мало учёных тех дней, остались только книги по физике, которые датированы прошлым XXI веком.

— Можно я попробую? — спросила она Фарука. Он передал ей устройство, маленький чёрный телефон с крошечной клавиатурой.

— Он передаёт информацию на старое устройство Энигма, используя радиосигналы. Граница заблокирована на определённой передаче, но я не могу с этим разобраться. Мне нужно отправить сообщение на машину, которая управляет стеной. Но это всё, что он мне выдаёт, — сказал он, указывая на экран с цифрами.

Она пристально смотрела на последовательность, на шаблон, который он составил и вывел на экран.

— Попробуй снова, — сказала она Фаруку.

Он посмотрел, что она сделала, и нажал на кнопку отправить.

— Ничего не происходит, — пробормотал он. Но спустя пару минут Шейкс азартно крикнул с водительского сидения: — Граница взломана!

Он кричал, проверяя электромагнитный сенсор.

— Как ты сделала это? — спросил Фарук.

— Я только посмотрела, — она пожала плечами.

Числа легко пришли к ней. Шаблоны. Она могла взломать код, прочитав его простой запрос. ОТКРЫТЬ ВОРОТА, СКАЗАВ ПРИВЕТ. Она просто напечатала слово «ПРИВЕТ», и граница открылась для неё.

— Хорошая работа, — сказал Уэс. — Ты почти член нашей команды.

Он улыбнулся.

— Эй! — воскликнул он, обратив внимание, что Даран и Зедрик открыли пакеты с едой. — Парни, вам лучше поделиться.

Зедрик бросил ему что-то в упаковке из фольги, и Уэс ловко это поймал.

— Ммм, буритто с карри, — Уэс расплылся в улыбке. — Хочешь немного? — предложил он. — Лучший МакРоти в Вегасе. Похоже, парни ещё взяли МакРамен.

— Нет, спасибо, — Нэт покачала головой. — Я не голодна.

— Я оставлю тебе кусочек на случай, если ты передумаешь, — сказал он.

Уэс протянул ей свои палочки для еды.

— Вытяни на удачу.

Она взялась за одну половину, палочки сломались, большая часть осталась в её руках.

— Ты победила.

Уэс ухмыльнулся. Он был обыкновенным парнем из Вегаса, суеверным во всем, включая игру в палочки на желание. Он начал разворачивать еду, насвистывая знакомую мелодию.

— Что это?

— Не знаю. Моя мама обычно пела её, — объяснил он, и его лицо немного смутилось.

— Слушай, я знаю, ты родом не оттуда, откуда я, но мне кажется, мы раньше встречались, — вдруг заговорила она.

Девушка была уверена в этом, только не могла точно вспомнить, но в голове что-то всплывало. Эта мелодия, которую он насвистывал… если бы только она могла вспомнить, но её память была серой, как её глаза, облачной; она могла сложить вместе части и кусочки, но не целый отрывок, не всю свою жизнь…