Жан-Луи Фетжен - Сумерки эльфов

Редко кому выпадало счастье его увидеть. Мьоль- знал о нем только по рассказам других. Даже Болдуин, в чьих жилах текла королевская кровь и кому Тройн приходился двоюродным братом, никогда не держал Каледвх в руках. Потомки Двалина относились к одной из самых благородных гномовских семей, и утрата талисмана легла бы несмываемым пятном на честь всего рода.

Болдуин продолжал говорить, не открывая глаз.

— Ты понимаешь, Цимми, почему я не стал говорить об этой краже на Совете. Если эта весть распро странится, то весь род Двалина и правители Черной Горы будут опозорены навеки. И еще…

Болдуин медленно покачал головой и наконец открыл глаза. Взгляд его был пустым, потерявшимся в сумраке его ужасных мыслей.

— Все это было так давно… В глубине души я, кажется, перестал верить в Дану и ее талисманы. Да и кто еще в них верит, кроме эльфов? Люди придумали себе единственного Бога, а что до монстров… Но вдруг это правда? Что если это нечто большее, чем золотой меч? Если это действительно талисман гномов?

Говоря это, Болдуин пристально смотрел на Цимми, словно хотел убедить в первую очередь его.

— Ты думаешь, это простое воровство? Меч Нудда, без сомнения, — одно из самых ценных сокровищ, которыми обладают Свободные народы… но это было бы…

Болдуин горько усмехнулся.

— …это было бы слишком хорошо! Простая кража. Вор будет наказан, и все вернется на свои места… Нет, не так все просто. Говорят, что богиня Дана скрылась под землей, оставив свои талисманы четырем племенам. Конечно, это легенда, но это означает что в талисманах заключено божественное начало и каждый из наших народов частично обладает им. Что может произойти, если в руках одного племени окажутся сокровища всех четырех Народов Даны? Что будет с нами, если эльфы, украв наш меч, объединят его силу с силой своей Чаши? Сколько времени гномы смогут просуществовать без своего талисмана?

Высокий гном в красной одежде глухо простонал и уткнулся лицом в колени. Мьольнир снова пристально взглянул на него. Его рост был необыкновенным для гнома — почти такой же, как у короля Пеллегуна или сенешаля Горлуа. Длинная рыжая борода была заправлена за пояс, с которого свисал кинжал — оружие, не слишком распространенное среди гномов. Рыцарь с трудом удержал презрительную гримасу, отвернулся и, встретившись взглядом с Цимми, обратился к нему с немым вопросом. Но тот, со своим обычным спокойствием, лишь покачал головой и продолжал курить трубку из белой глины.

— Род Двалина, однако, еще не угас, — продолжал Болдуин. — Мне сообщил об убийстве Тройна один из членов семьи покойного.

— Значит, у Черной Горы будет новый король! — воскликнул Мьольнир.

— Пока нет, — отвечал Болдуин. — Согласно обычаю, принятому в Казар-Ране, потомок Двалина не может претендовать на трон, если он не обладает Мечом Нудда. В этом и заключается ваша настоящая миссия. Найдите меч, где бы он ни был, и принесите его мне. Постарайтесь, чтобы люди и эльфы, которые поедут вместе с вами, не догадались об истинной подоплеке событий.

— Но… а как же Гаэль? — спросил Мьольнир.

— Не беспокойся об эльфе. Наследник Тройна сам позаботится о том, чтобы отомстить за своего родича.

— А кто его наследник? — спросили одновременно Цимми и Мьольнир.

— Я.

Оба гнома подскочили на месте и резко обернулись к пажу, одетому в красное.

— Я Рогор, племянник Тройна и наследник Черной Горы, — сказал он мощным раскатистым голосом, вызвавшим эхо в огромной пустой комнате. — Я найду Каледвх и убью Гаэля. Клянусь в этом.

Гном встал в полный рост, и Мьольнир невольно вздрогнул при мысли о том, что вел себя недостаточно почтительно. Рогор медленно распахнул красный плащ с вышитыми на нем рунами Болдуина. Под плащем оказались доспехи с изображением черного щита и золотого меча — герб рода Двалина. К ним был прикреплен мощный топор, который оставалось лишь насадить на топорище, чтобы он стал гораздо более грозным оружием, чем простой кинжал.

Рогор снова запахнул плащ и заправил длинную рыжую бороду за пояс.

— Я прошу прощения, государь, — сказал Мьольнир со всей почтительностью, на которую был способен. — Я не хотел тебя оскорбить.

Ты меня не оскорблял, Мьольнир. Кто меня действительно оскорбил, так это Гаэль. Но благодаря вам и доброте короля Болдуина это пятно с моей чести скоро будет смыто. Если королю будет угодно доверить мне охрану Меча, я буду править Черной Горой и сделаю тебя и Цимми своими пэрами…

— Будешь, будешь править, — проворчал Болдуин. — Цимми и мой рыцарь помогут тебе чем смогут, но прежде всего они должны найти золотой меч. Смерть Гаэля для них менее важна.

— Но она необходима, — перебил его Рогор.

Старый гном задумчиво покачал головой. В течение нескольких секунд было слышно лишь потрескивание дров в камине и свист ветра за окном.

— Да, справедливо, что ты хочешь наказать Гаэля, если он виновен в смерти твоего дяди. Но будьте осторожны… Будьте очень осторожны, дети мои. Нам ведь не нужна новая война с эльфами, не так ли?

Он повернулся к Цимми и Мьольниру, и оба отрицательно качнули головами. Но Рогор, судя по его лицу, думал иначе.

— Дело серьезное, но это не повод для войны, — настаивал старый король. — Не забывайте об этом. Ты, Мьольнир, способен усмирить любого из этих воображал с голубой кожей, если они встанут у вас поперек дороги. А ты, Цимми…

Болдуин замолчал. Его глаза из-под кустистых бровей весело блеснули, плечи затряслись, и из густой бороды послышался смех, похожий на кашель.

— Ты должен будешь скрывать свои тайные знания как можно дольше. Пусть в тебе видят всего лишь обычного придворного из королевской свиты.

Цимми отложил трубку и низко поклонился.

— Повинуюсь, повелитель камней.

— Это твой титул, и ты это знаешь, — отвечал Болдуин. — Ты владеешь искусством говорить с камнями и можешь воздвигнуть гору перед своими врагами. Об этом не известно ни людям, ни эльфам. Они считают, что древние деяния мастеров-каменщиков — всего лишь искусный вымысел, и не верят в их могущество. В один прекрасный день они чертовски удивятся… Но до того, как он настанет, не используй ни свой боевой молот, ни пращу, ничего другого!

— Повинуюсь, — повторил Цимми.

На сей раз Болдуин откровенно расхохотался, откинувшись на спинку кресла.

— Кроме того, благодаря нашей уловке вас будет трое, а не двое! Повелитель Рогор останется в своей одежде пажа и ничем не выдаст себя во время путешествия. Всем будет казаться, что он вооружен простым кинжалом и больше ничем. Тем хуже будет для эльфов, когда они поймут, что это просто маскировка!

Гномы засмеялись все, один за другим, глядя на мускулистые руки Рогора и думая о волшебном могуществе Цимми. В самом деле, тем хуже для эльфов…