Юля Фирсова - Другая реальность

 - Ну, можно так сказать, познакомились, когда я начала в  первые часы своего пребывания в этом месте вляпываться в истории… - ответила я, одновременно уйдя от ответа и дав его.

 - Ладно, не хочешь рассказывать, не нужно, - сказал он. – Он получил своё прозвище, потому что до этого работал на фабрике мармелада и тут нес про него полную чушь, крыша у человека поехала от этого места с непривычки, а потом уже нормальным стал, адекватным. Сначала всем про то, как мармелад спасает от радиации и что он очень полезная и нужная как витамины вещь гнал, вот и прозвали Джо. Герой такой был, если знаешь, Мармеладный Джо, ну и Джо считается американской версией Жени.

 - А про Вишню много знаешь? – решила я пока сидеть не без дела и собирать компромат.

 - Ой, что-то ушли от темы… Так о ком я обещал рассказать?

 - О Доке, - кивнула я.

 - А, точно, - немного наморщив лоб и вспоминая информацию, ответил он. – Ну, не знаю, что про него можно особенного сказать, такой же как и многие был сначала и особо ничем не выделялся. Старался не выглядеть слишком самоуверенным выскочкой, здесь таких не любят и не показывал себя как тихоня. Почему-то на редкость у него быстро получилось завоевать симпатию здешних жителей, как людей, так и нелюдей. Их как магнитом к Доку тянуло… -  он вздохнул и глянул на меня. – Хотя, до сих пор и тех и других тянет.

 Он закончил рассказывать и принялся разглядывать меня, что ж, придется, молча это терпеть, я же его разглядывала спокойно.

 - А что ты можешь сказать про Смерча? – загадочно спросила я.

 - А какое до него тебе дело? – прищурив глаза, ответил вопросом на вопрос Белый.

 - Просто интересно, - вздохнув, отозвалась я, глянув на секунду в глаза Белого и уставившись в маленькое окошко.

 Для чего я решила его рассматривать непонятно и мне самой. Грязь, размазанная по стеклу, уходившему немного под землю и несколько травинок завершающих картину. Прям художество.

 - У тебя глазки загорелись огоньком, когда ты спрашивала, - вздохнув, сказал Белый. – Нехорошим таким огоньком…

 - Думаешь,  у меня огненный взгляд? – усмехнувшись, спросила я, стараясь как можно более незаметно перевести разговор в другое русло.

 - Нет, но очень хитренький бывает, - улыбнувшись, сказал он. – Так, а ты тему не переводи… какое тебе дело до Смерча?

 - А может, влюбилась! – неожиданно для себя выпалила я, ну что ж, на войне все средства хороши.

 - Ну, тогда это другое дело, - деловито сказал Белый. – Но захочешь, сама у него спросишь, - вредно заявил он.

 - Что, совсем секретная информация? – сделала я жалобную моську.

 - Могу сказать, что это очень известная личность. Отличный боец, главарь нашей группировки и поговаривают самый волевой и способный выжить из всех в Ночи.

 - Он получается самый-самый?

 - Ну, типа того, самый лучший стрелок, умеющий при этом пользоваться другими видами оружия, - Белый вздохнул. – А сейчас я тебя покидаю, должны скоро принести обед, поешь, поспи.

 - А врагов у него много?

 - Достаточно чтобы уже лежать в могиле, - бросил он долгий тяжелый взгляд на меня и вышел.

 Еду принесли довольно скоро, минут через семь-восемь, к этому времени я не успела проголодаться, и надеялась отмазаться от еды, сделав вид что голодная. Ну, а когда человек уйдёт вылить её куда-нибудь.

 Тарелку супа с ложкой и какой-то котлетой на другой тарелке мне принес парнишка не больше двадцати лет на вид, явно боявшийся меня. Руки нещадно тряслись, выдавая его, да и сам он выглядел ужасно хрупким, малейшее движение с моей стороны и он сломается как прутик. Ну что ж, постараюсь вести себя более дружелюбно.

 - Я же поставлю вам на стол тарелки? – спросил он, боясь, приблизится, что ему такого про меня успели наплести?!

 Детское личико с пестрыми веснушками, темные курчавые волосы, бледная болезненного цвета кожа и светло карие глаза. Детский голосок и рост примерно метр семьдесят пять, совсем уж похож на ребёнка.

 - Да, - улыбнулась я, в ответ, на что он слегка улыбнулся тоже. – Поставь их на стол.

 Немного успокоившись, и видимо решив, что я ещё пока не совсем монстр и не собираюсь причинять ему зла, он поставил тарелки и аккуратно сел за стул.

 - Приятного аппетита, - сказал мальчишка, одну ногу подтянув к груди, и посмотрел тоскливо в окно.

 - Спасибо, а ты что будешь здесь сидеть? – немного недовольно сказала я, хоть и пыталась сделать голос радушнее.

 - Ага, - расслабившись, сказал он, не отвлекаясь от окна, можно подумать мальчишка, ушел в прострацию. – Ой, извините пожайлуста, - опомнился он.  – Мне сказали, подождать пока вы не поедите, извините, если я вас смущаю.

 - Да нет, что ты, - улыбнулась я и хотела потрепать по голове как и всех маленьких деток.

 Он с опаской посмотрел на мою руку и замер, а я мысленно отругав себя, а то, что не сдержалась, взяла в руки ложку.

 Суп был обычный, что-то особенное я в нём не заметила.

 Мальчишка всё смотрел, не отрываясь как я ем, может голодный? Как бы то ни было, взгляд немного смущал, когда смотрят в рот.

 - А правда, что ты пристрелила Вишню? – спросил он с непонятной смесью чувств в глазах. Там было и сожаление, и страх и ещё что-то.

 Вот значит, на девушек наезжать можно?! Мол, они трындят бесповоротно, а то, что я буквально пять минут об этом одному человеку сказала об этом, а уже половина знает, это-то есть нормально?!

 - Неа, не правда, - рассмеявшись, ответила я, глядя на него, на лице сразу же выразилось разочарование. – Только немного повредила руку.

 - Только руку? – надежда отразилась в глазах, что Вишня достал мальчишку, стало ясно без слов.

 - Ну да, - промычала я, хлебнув ещё супа, почему-то проснулось чувство вины, я не отомстила за мальчишку. Ну, значит, у меня ещё есть стимул выжить.

 -Сильно хоть?

 - Неа, только так, для вида, вспыльчивость плохое качество, - сказала я.

 - А мне кажется вполне себе хорошее, - уверенно сказал парнишка. – Разозлился, бац, и покромсал всех врагов в кубики.

 Такой ребёнок ещё…

 - Не, лучше кубиков можно сделать салат, - рассмеявшись, сказала я. – А что, салат и полезно и вкусно, а тут ещё и мстительно …

 - Ну, что, правда, то, правда, - ответил он, слегка покраснев.

 - Ой, знаешь, я объелась, может, съешь за меня котлету? – сказала я, схватившись за пузо и немного преувеличивая действительность.

 - Нет, ты что… - ответил он, по глазам было видно, как он хочет есть. – Меня же потом на кухне убьют…

 - Не убьют, - рассмеявшись, сказала я, но взгляд мальчика не изменился после этих слов. Страх и немного ненависти, он боялся их.

 - Убьют, убьют и еще, как… - отрешено, сказал он, опять разглядывая окно.