Александра Первухина - Cтранник ночи

Поспать, как следует, ему не удалось. Его снова разбудил Скирн.

– К дому приближаются люди с факелами. - Дениэл сел и вопросительно посмотрел на него.

– Жечь. - Коротко пояснил он.

'Так. Снова проблемы'. - Древний совершенно забыл о намерении селян сжечь предполагаемые трупы и дом заодно. - 'Пора отсюда убираться!' Он встал и жестом пригласил Скирна занять свое место у него на левом плече. С улицы доносились крики. - 'Ну что там еще случилось!? Ага, деревенские увидели, что Ваэла жива, и уже голосят о колдовстве, пора вмешиваться'. Древний решительно вышел из-за занавески, и встретился с десятками испуганных, ненавидящих глаз, пялящихся на него в открытую дверь дома. На пороге беспомощно застыл Дирк, было видно, что он пытался переубедить селян, и что ему это не удалось. На кровати, прижимая к себе ребенка, сидела Ваэла и с отчаянной надеждой смотрела на Дениэла. По взглядам селян Он понял, кого они обвиняют в колдовстве. Стоило ему появиться, как по рядам прокатился, набирая силу, шепот 'Дэвол прислал своего прислужника! Дэвол помог своим слугам!' Нужно было что-то делать, из задних рядов уже выкрикивали проклятья и первые сумерки расцветились огнем факелов.

– Что здесь произошло!? - грозно вопросил старческий голос и вперед протолкался сутулый старик в грязном залатанном одеянии жреца Единого бога. 'Что ж' - Дениэл усмехнулся про себя, - 'придется сказать им правду, иначе они не успокоятся'.

– Здесь не случилось ничего предосудительного. Я обладаю познаниями в медицине, и помог разродиться этой женщине!

– Да как ты посмел пойти против веления Единого Бога и спасти грешницу! - казалось еще немного и старика хватит удар.

– Если я смог ее спасти, значит, Единый Бог против этого не возражал! - не даром Кэтрин учила Дениэла искусству спора, в рядах селян послышался неуверенный ропот. 'Может быть еще удастся убедить их в том, что все происшедшее не противоречит желаниям их придуманного бога'. -Мелькнуло в голове у Древнего. Однако он рано обрадовался.

– Только жрецам дано знать желания Единого Бога! Сжечь их всех и пусть страданиями безмерными своими они искупят свои грехи! - выдав эту сентенцию, жрец развернулся и резво исчез в толпе. Проклятье! Дениэл понял, что ему остается только драться. Толпа, вооруженная кольями и вилами стала с глухим ворчанием надвигаться на него, медленно окружая дом. Древний вытащил меч и, проклиная себя за глупость, приготовился дорого продать свою жизнь, ему оставалось надеяться, что скупые селяне не тронут животных, и у его спутников есть шанс спастись. Но как только Дениэл подумал об этом, как позади него плеснул магический импульс, и Скирн встал рядом с ним, размахивая топором, который подобрал тут же у порога. Увидев произошедшее превращение, толпа завыла, в дом полетели факелы, и тут новый всплеск оповестил Древнего о том, что к нему присоединился Ваулен. 'Дэвол! Зачем!?' - от его ментального крика парни поморщились. 'Мы тебя не оставим'. - Пришел спокойный ответ Скирна, и тихое ворчание Ваулена подтверждало его согласие с высказыванием друга. Вой толпы все нарастал, но сквозь этот животный звук отчетливо доносился голос жреца, выкрикивающего проклятья колдунам. Холодная волна бешенства затопила Дениэла с головой, мир обрел кристальную звенящую ясность, и из этой сверкающей ледяными алмазами звезд ясности до него донесся бесстрастный голос Учителя.

– Маги Древних способны забирать всю жизненную энергию у человека в двух случаях: если человек добровольно жертвует собой, отдавая силу, или если маг испытывает к нему смертельную ненависть. Это тоже позволяет установить канал между магом и человеком, только человеком запомни это и выпить его до дна. Но второй способ опасен. Он никогда не применялся на практике, так как по такому каналу ты можешь вытянуть силу у всех, кто хоть как-то связан с этим человеком или испытывает к тебе неприязнь, если конечно не будешь жестко контролировать процесс передачи силы. Ни один Древний не рискнул совершить массовое убийство ни один…

А затем в сознании всплыла формула заклинания. И Древний, собрав остаток энергии, бросил его в эту формулу, заставляя ее ожить, засветиться холодным мертвым светом смертельного заклинания, а затем шагнул вперед и выпустил его на толпу, одновременно раздвинув границы своей ауры, стараясь охватить ей весь дом. Неужели не получилось…

Вдруг в голове Дениэла раздался тягучий звон, и сознание окутал мерцающий вихрь, вокруг него закружили десятки сущностей, бывших мгновения назад людьми, а затем они обрушились на него, ослепляя и оглушая. Каждая сущность несла с собой боль своей смерти и заряд ненависти к своему убийце. Они давили, стараясь утянуть Древнего за собой, уничтожить, разорвать на части его душу, чтобы навсегда погрузить в небытие без права на посмертие. Собрав всю свою волю, Дениэл отчаянно боролся с ними, используя все свои знания о душах и контроле над ними. Но они словно не замечали его попыток отправить их в посмертие и кружили вокруг него, стараясь пробить щиты, окружающие Древнего. Стиснув зубы Дениэл сопртивлялся их наскокам, пытаясь припомнить хоть какой-нибудь способ избавиться от разъяренных призраков. Энергии полученной от заклинания уже не хватало, и тогда ему в голову пришла спасительная идея. Собрав все силы, он снова прикоснулся к заклинанию смерти, которое неразрывно связало его со всеми этими людьми и вместо того чтобы пытаться разорвать связь начал использовать ее как канал для передачи энергии. Он поглощал энергию призраков, медленно, но верно, заставляя их уйти, и вот, наконец, последний из них отправился на встречу своему посмертию. А Древний, наконец, смог выйти из транса и осмотреться.

По всей деревни лежали трупы. Дениэл прислушался, а затем просканировал деревню, пытаясь уловить биение жизни, но напрасно. Деревня была мертва, только в доме Дирка оставались живые. Древний посмотрел на своих спутников и увидел в их глазах сдерживаемый интерес и уважение. Они приняли все произошедшие абсолютно спокойно. В который раз Дениэл убедился, что все оборотни воспринимают живых существ сугубо индивидуально. Им понравились приютившие их люди, и они сопереживали их беде. А остальные селяне, для них не представляли ни какого интереса и поэтому не заслуживали жалости или сострадания, так как их поведение доставило им неудобство. Дениэл приподнял уголки губ в усмешке. Учитель смотрела на мир точно так же и его смогла к этому приучить. И теперь подобное отсутствие морали казалось ему гораздо более честным, чем людское лицемерие. Вот Дирк с женой смотрели сейчас на Древнего в суеверном ужасе. Словно и не их собиралась сжечь озверевшая толпа. Дениэл пожал плечами, приступ неожиданного человеколюбия уже прошел, и сейчас они его совершенно не интересовали. После произошедшего, у него прибавилось сил. Теперь он мог двигаться дальше, не падая в обмороки через час скачки.