Сергей Ким - Огнём и сталью

— О-о-о! — вырвался дружный, восхищенный возглас.

Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд.

— По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Харальд и Рон оказались в одной лодке с Гермионой и Невиллом. Грейнджер сразу же от них отвернулась, а её спина выражала прямо-таки космическое презрение к новообращённым нарушителям дисциплины. Лонгботомм же напротив горячо поблагодарил Поттера за помощь в поимке жабы-беглянки — Тревор был выловлен аккурат около туалета.

— Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка, выделявшаяся словно линкор среди эсминцев. — Тогда вперед!

Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.

— Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу.

Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.

— Эй, ты! — крикнул Хагрид, обращаясь к Невиллу. Великан осматривал пустые лодки и, видимо, что-то заметил. — Это твоя жаба?

— Ой, Тревор! — радостно завопил Невилл, протягивая руки и прижимая к себе свою жабу.

— Да тут не в амфибии дело, по ходу… — мрачно прокомментировал ситуацию Поттер.

Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Еще один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью.

— Все здесь? — поинтересовался Хагрид. — Эй, ты не потерял еще жабу?

Убедившись, что всё в порядке, лесничий поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.

Ворота распахнулись. За ними стояла высокая черноволосая волшебница лет сорока в изумрудно-зеленых одеждах и в остроконечной шляпе. Лицо ее было очень строгим, и Харальд сразу подумал, что с такой лучше не спорить и вообще от нее лучше держаться подальше.

— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей великан.

— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю.

Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — размером с футбольное поле пожалуй. На каменных стенах горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи.

Первокурсники шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу, восторженно оглядываясь по сторонам. Более-менее спокойный и равнодушный вид изо всех сил пытался сохранить только Поттер, пытаясь доказать в первую очередь самому себе, что он уже не просто маленький восторженный ребёнок…

Неплохая попытка для одиннадцатилетнего мальчишки, верно?

Проходя мимо закрытой двери справа, Харальд услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рэйвенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, так что я советую вам собраться с мыслями.

Ее глаза задержались на мантии Невилла, которая сбилась так, что застежка оказалась под левым ухом, а потом на грязном носу Рона.

— Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.

— А как будет проходить этот отбор? — подал голос кто-то из девчонок.

— Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — произнёс Рон. — Мой брат сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.

Последнюю фразу он, правда, произнёс крайне неуверенно.

— А мне брат говорил, что там нужно просто победить тролля…

— Рехнулся? Тролля и не каждому взрослому волшебнику завалить под силу!

«Тролль? Завалить? Это же ведь очень просто — крупнокалиберный пулемёт, гранатомёт или при достаточном умении — хорошее охотничье ружьё крупного калибра», — механически подумал Харальд, ощущая некоторое волнение. Разумеется, он как и многие новички знал, что ничего страшного в распределении нет, но…

Всё-таки было несколько боязно.

Грейнджер, которая стояла рядом с Поттером, шепотом рассказывала всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, и вслух гадала, какое из них ей понадобится на церемонии отбора. Харальд решил, что в случае чего она просто взорвёт мозг своим противникам бесконечной словарной очередью…

Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Харальд даже чуть не подпрыгнул от неожиданности.

Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки — их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, переговариваясь между собой и, кажется, вовсе не замечая первокурсников или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили.

— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнес один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс…