Владимир Васильев - Натиск на Закат

— Кранты всем нашим боезапасам! — со вздохом сказал капитан, поднимаясь с земли. — Так кто мне доложит, что здесь произошло?

— Сёдня Серёга герой. Ему докладывать, — сказал сержант.

— Вы ж, таащ капитан, приказали: серых сразу в расход, — с виноватой улыбкой напомнил Сергий. — Та огромная тарелка зависла над нами — и из люка серые посыпались. Я за стеной был с местными. Те только-только успели закопать рыцарей. Снизу тот люк тарелки хорошо был виден, и я по нему из подствольника три раза влепил. Видать по всему, удачно. Затем разобрались с теми, кого десантировали. Опять-таки, удачно: перекрёстным огнём всех уложили. Герой у нас сержант: из разбитого дома ласточкой выпорхнул — и к баньке.

В подтверждение слов Сергия южный небосклон осветился мощной вспышкой, и чуть позднее по земле пронёсся ураган от далёкого взрыва. От этой волны согнулись кроны деревьев и притух на какое-то время пожар, чтоб чуть позже разгореться с новой силой. Сержант лишился пилотки: её подхватил ветер и унёс куда-то в запредельную даль.

— Видно, до моря дотянули, — предположил Сергий.

— Благодарности — на построении. Соберите оружие у десантников, а я гляну, кто они такие.

Очевидно, погибшие десантники в серых комбинезонах не ожидали столкновения с воинами, вооружёнными аналогичными пушками и мушкетами. Сергий устроил им встречный бой и буквально растерзал серую десантуру своим огнём. От ближайшей груды убитых несло странным запахом псины. «Уделались козлы» — воскликнул капитан. На каждом десантнике был странного типа жилет, из карманов и карманчиков которого выглядывали разные вещицы. Впрочем, целых жилетов капитан так и не увидел.

За полчаса десантуру полностью обобрали и, всё-таки, нашли и сняли пару жилетов, что Сергий не уничтожил. Короче говоря, приумножили боевой арсенал.

— Думаю, та чертовка, что нас сюда забросила, вовсе не чертовка, а ангел. Ангел и помощница Яровита! И не спорьте со мной! — сказал капитан, обращаясь к Сергию.

Тот, услышав имя языческого бога, готов был возмутиться.

— Раз уж оказались, чёрт знает где, наша задача — помочь братьям-славянам. Или ты, Сергий, желаешь, чтобы их, наших предков, в пыль обратили?

— Никак нет, таащ капитан.

— Тем, кто историю не учил, с уроков сбегал, поясню: у наших предков была не только история, о которой забыли, но и своя цивилизация. Ровно через сто лет немецкие бароны в броне уничтожат все славянские княжества на западе, сожгут их храмы, а память о наших предках сохранится лишь в сказках. А потому наша легенда такая: нас всех в Каменных горах нашёл Яровит, бог войны, и сюда, незнамо как, доставил.

— Я ж, таащ капитан, из Иркутской области, — вставил Сергий.

— Иногда думаю, Сергий, ошибся я. Но ещё не поздно тебя назначить бывалым солдатом.

Сержант Копылов хохотнул.

— Наполеоновских планов строить не будем, но у славян нынче князь Крут. Как местная разведка доложила, по воле волхвов Крут сразил в поединке князя Готшалка, прихвостня немцев. Затем он со дружиной взял Гамбург. Вот ему и поможем, а повезёт, так и до Берлина дойдём. Хотя нынче Берлин, полагаю, ещё не столица. С шевалье или без него, но найдём путь-дорогу до славянских княжеств. Будем бить баронов и герцогов.

Капитан увидел робкие фигуры местных пейзан, выглядывающих из пролома в крепостной стене.

— Сергий, дай команду тушить пожар. Трупы пока не трогать. Ты, сержант, охраняй наш новый арсенал. Позже посмотрим, может что и сохранилось из наших вещей и оружия. А сейчас, давай-ка, сержант, снесём всё в баньку.

За три ходки они перенесли мушкеты десантников и прочий хабар в баньку, и капитан отправился в башню, где Геруа, вероятно, изнывал от неизвестности.

В башне ничего не изменилось. Шевалье Иван смотрел бешенным волком. Командир, вручив рядовому нож, приказал:

— Развяжи всех.

Ратники стали разминать затёкшие руки, готовые в любую минуту вновь броситься на врагов по слову хозяина.

— Пока вы здесь отдыхали, мы отразили нападение серых. Твоих врагов. Так, думаю, о тебе прознали не только люди короля Гарольда. Что-то выведали про тебя, шевалье, серые люди Папы Римского, а возможно, серые под началом кого-то иного, нам незнакомого. Мои бойцы не успели похоронить людей шерифа, как вынуждены были вступить в новый бой. Весь огород вновь завален трупами. Враги сожгли гостевую избу. Вот видишь, мы исполняем наказ Яровита: защищаем тебя. Так что, с твоего позволения, мы переселимся в баньку. Как думаешь, шевалье, кому ты дорогу перешёл? Почему за тобой такая охота?

Шевалье дал знак рукой — и бравые ратники удалились.

— Думаю, за картой идёт ловитва. В Константинополе дама моего сердца, близкая подруга супруги базилевса, позволила мне взять ту карту. Я еле ноги унёс от ромеев, и грусть-тоска берёт, когда вспоминаю о судьбе моей дамы. Я с той картой пришёл. Где она?

— Э-э, шевалье, когда мы дрались, та карта в камин улетела и сгорела.

Шевалье, яростно глянув на Геруа, выругался, да так, что бедный Геруа покраснел.

— Извиняй, шевалье! Несчастный случай! — сказал Геруа со вздохом.

— Да ладно, шевалье, не грусти. У тебя ныне есть мы. Твои защитники. А карту, даже весь атлас я тебе дарю, — капитан достал атлас и вручил его шевалье Ивану: — Пользуйся!

Шевалье, не долго думая, бросил атлас в камин, и там в жару от брёвнышек, что, видимо, добавил в камин бывалый солдат, атлас мгновенно занялся огнём и сгорел.

— Врёт твоя карта, — повторил шевалье. — Считай, за зло отплатил злом.

— Да бог с ней. Я не в обиде, — сказал капитан. — Пойдём, шевалье, глянем на трупы серых. Но прежде, может, скажешь, чем так важна была та карта?

— На карте всё было ромейскими буквицами, коих не ведаю, и лишь одно слово — по-латыни: некий город на крайней земле к закату, за большим морем-окияном, а название тому граду BASE.

— Басе? — переспросил капитан и посмотрел на толмача.

— Думаю, что по-русски это слово означает «базу», — ответил Геруа.

— Если та база серых за океаном, то нам их не достать. Ваши корабли или ладьи, шевалье, вряд ли ходят морем к Америке?!

— Не слышал о такой земле.

Когда шевалье увидел трупы серых на дворе, он поморщился и спросил:

— Пошто от стерв псиной несёт?

Белов ухмыльнулся при мысли о том, что в его мире стервами называют живых, а не мёртвых, причём внешний облик таких созданий, как правило, весьма обманчив. Вспомнив о своём первом впечатлении от груды кровавого месива, ляпнул:

— Есть такая поговорка: сер козёл, сед козёл, а всё псиной несёт.

— Глупости речешь! — воскликнул шевалье Иван. — Скажи своим: пусть стащат эту кучу стерв.