Дьяченко Нина - Детектив-чародей

Джон постыдно кинулся бежать, но его лошадь, подстреленная из лука, выбросила его из седла на груду камней, - принц свернул себе шею.

Когда Люмис вернулась домой, усталая, раненая, окровавленная, но, - победительницей, собственный отец, король Сол, едва её не убил, услышав о смерти сына. Возможно, худшей новостью для надменного короля стала трусость бывшего наследника престола. Разумеется, для народа была преподнесена щадящая версия, что Джон погиб в пылу погони за врагами. Только она и Сол знали правду.

Люмис и раньше с трудом скрывала злость на отца, заточившего в монастыре её мать, после того как королева родила ему сына и двух дочерей. Сол без стеснения окружил себя молоденькими фаворитками. После смерти сына король стал блудить ещё охотнее, надеясь заполучить сына. А благодаря дочерям Сол мечтал породниться с правителями двух соседних держав, чтобы обеспечить поддержку соседей при нападении врагов. Глупышку Сьюзи - голубоглазую блондинку с послушным нравом - выдали за короля Ала, не принеся ему в приданное ничего, кроме слабой надежды заполучить трон после смерти Сола, если тому не получится "родить" сына, и если сына не родит Люмис. Но Ала покорила неземная прелесть, жизнерадостность и полная покорность невесты. К тому же вокруг было не слишком много королевств, и не слишком много принцесс.

"А я, будучи такой же красавицей, должна была достаться некрасивому седовласому садисту, безумному королю Брэму", - с горечью вспоминала Люмис прошлую боль.

Пробираясь между деревьями по узкой тропе, ориентируясь только на ощупь, она продолжала погружаться в море воспоминаний, иногда пекущее, как лава, иногда - обжигающее холодом.

Она вспомнила начало той страшной истории, которая сперва привела её в тюрьму, а затем - в нынешнее жалкое положение.

Всё началось с бала по поводу их с сестрой шестнадцатилетия. Точнее, главным поводом для бала стал поиск женихов. Слава о необычной красоте двойняшек, которых прозвали день и ночь, разнеслась устами молвы далеко за пределы ближайших царств, но Солу не нужны были столь далёко живущие родичи.

"Разве успели б они вовремя прийти на помощь в случае войны? " - размышлял король.

Поэтому особенно любезно принял Брэма и Ала, которые являлись его ближайшими соседями. Люмис вспомнила, как стояла на балконе, окружённая молодыми, разодетыми мужчинами, превозносившими её неземную прелесть. Как отец с каменным лицом насильно вывел её из компании потенциальных женихов и оставил возле Брэма в столовой, где служанки торопливо сервировали стол.

Хромой на правую ногу - неудачное покушение; седой, с торчащими чёрными усами, - король был неприятен. Особенно страшили его дикие чёрные глаза, впивающиеся в собеседника с несдерживаемой жестокостью и слепой яростью хищника. Ходили упорные слухи о его бешенстве. Многих людей замучили в его чёрных темницах, прямо в его замке томилось больше двухсот красивых детей обоего пола - его гарем. Каждые несколько месяцев изувеченный труп ребёнка тайком выносили из замка и ночью сбрасывали в озеро.

Кинув на него всего один взгляд, она твёрдо решила, что лучше смерть, чем жизнь со старым уродом.

"Ты действительно прекрасна, Люмис, как сама ночь! В тебе столько жизни… но жизни тёмной, скрытной, грешной, как в самой ночи, - начал он, ощупывая взглядом все её прелести. - Ты станешь моей женой - твой отец мне уже отдал твою руку. Мне стоило только попросить".

Она смотрела на него, не в силах скрыть отвращение: толстый, обрюзгший, в бархатном костюме, обшитом огромными драгоценными камнями. Затем перевела взгляд на свою изящную руку с длинными пальцами.

"Это - моя рука! И только я одна распоряжаюсь ею! - гневно воскликнула она тогда, в тот роковой час. Но даже сейчас, ощущая всей шкурой последствия своего поступка, она понимала, что всё равно бы так поступила. " А вы - слишком стары для меня!"

"Я могу объявить войну твоему отцу! - брызжа слюной, верещал уродец, сжимая корявыми, проросшими седыми волосками пальцами свою трость.

"Это - как вам угодно! Посмотрите на себя - вы ходите с трудом даже с тростью! Вас уже могила ждёт! - почти в истерике вопила она".

Вспоминая свою реплику, девушка невольно улыбнулась.

"Но ты умрёшь первой!" - вне себя от бешенства заорал старик и швырнул в неё тростью.

Ловко увернувшись, она подняла упавшую трость - её буквально распирало от омерзения и ярости - и изо всех сил швырнула её владельцу. Точнее, во владельца.

Недоумённо выкатив глаза, король Брэм встретил свою смерть - огромный алмаз на верхушке трости разбил его череп.

Люмис вспомнила свой дикий крик: восторга и страха, как она в исступлении боролась со слугами Брэма, затем ей на помощь бросились её верные слуги, прибежала сестра со своим женихом, и тут же упала в обморок при виде трупа.

… Затем её заточили. "Добрый" отец объявил народу и Сьюзи, что Люмис сошла с ума. По-своему она даже понимала папу: ему оставалось либо казнить дочь, либо заточить. Навсегда.

"Но я не желаю всю жизнь гнить в тюрьме!" - с яростью подумала девушка, сжимая кулачки и останавливаясь.

Она дошла до домика лесника, сейчас пустующего. В нём она прятала своего коня и мужскую одежду, когда охотилась тайком от отца, сестры и слуг. Только один верный слуга приходил ухаживать за лошадью, тот, кому она сделала много добра. Но в окнах горел свет - это могла быть ловушка. Если он её предал…

"Я рискну", - решилась Люмис от отчаянья. "Всё равно мне больше некуда идти, назад я не пойду, а без одежды и оружия я всё равно далеко не уйду".

Решимости ей придало то, что она здорово замёрзла. Она резонно подумала, что голая, красивая женщина - желанная добыча для любого мужчины. А также дикого зверя в лесу. Сейчас у неё хотя бы были силы для борьбы. А через несколько часов на холоде с ней могу сделать всё, что захотят. Любой, кто пожелает.

Девушка тихо подошла к домику, стараясь не наступить на какую-нибудь ветку, и осторожно заглянула в окошко. На кровати лежал молодой, довольно красивый парень с длинными каштановыми локонами. Он лежал в небрежной позе храбреца, который одинаково спокоен и в своём доме, и в чаще леса. Рядом с ним находился обнажённый меч - молодой мужчина был наготове. Возможно, ждал врага. Люмис понадеялась, что не её.

Возможно, она бы никогда не решилась войти, если бы знала его, но парень был ей совершенно незнаком.

Постучав в двери, она вошла, щурясь от света камина и медного подсвечника; попыталась обворожительно улыбнуться: - Можно войти?

Парень был красив, и её совершенно не пугало возможное изнасилование.

– Кто ты? Ты эльф или лесная фея? Дриада или русалка? Ты не можешь быть обычной девушкой - обычные девушки не так красивы, и не ходят ночью по лесу почти голыми.