Эн Варко - Тень Дракона

Ознакомительный фрагмент

— Лапуля, — проворковала хозяйка, за поводок подтаскивая упирающееся существо к себе.

Лапуля захрипела и бросилась на спину. В отчаянной попытке вырваться, она затрясла своими обутыми в вязаные пинетки лапками. Девушка подхватила ее и, нежно чмокнув, с умилением произнесла:

— Мой отважный песик!

А застывших в изумлении молодых людей успокоила:

— Вы его не бойтесь, я его держу.

— Сыра хочет, — заметил Коросс, с трудом сдерживая смех. — Откуда у тебя это чудо?

— Всемилостивейший господин Уоросс подарил. За беспокойство учиненное вчера, — девушка многозначно посмотрела на Коросса и с гордостью добавила. — Сказал, что это розовый полонез. Последний писк моды у столичных придворных дам. Очень просил заботиться о нем и не спускать с поводка.

— Господин Уоросс ввел тебя в заблуждение, дорогая, — осторожно произнес Шэрон. — Это не розовый полонез. Он водится в кросских подземельях и считается довольно редким животным. В Ордене Архивариусов[30] таких, как твой Лапуля, очень ценят. У них крайне отвратительный характер, но они незаменимы в нахождении скрытых проходов к тайникам Древних. Тебе подарили катакомбную крысу[31].

— Крысу! — взвизгнула девушка. — Мне подарили крысу!!!

Она брезгливо отшвырнула Лапулю подальше от себя. Завертевшись волчком, крыса отлетела к стене, теряя пинетки. Срикошетив, легкое тельце бумерангом устремилось назад к девушке. Перепуганная Донна взлетела на стол, сметая с него все, что на нем стояло. Одна из ножек предательски обломилась под далеко не невесомым грузом, и девушка полетела на пол.

— Поймал, — шепнул Коросс, осторожно ставя ее на пол.

— Донна, ты в порядке? — встревоженный Шэрон нежно привлек ее к себе.

— Кажется, — пробормотала она. — Испугалась просто очень.

Коросс, не выдержав, расхохотался, следом засмеялась Донна, а за ней и Шэрон. Насмеявшись от души, Донна вытерла выступившие на глазах слезы:

— А крыса-то убежала. Надо теперь будет крысоловки покупать… Как же я так попалась!

Хозяйка быстро убралась и принялась готовить яичницу, а молодые люди, принеся новый стол из зала, как могли, помогали ей. Резали, бегали в подвал за новыми продуктами и во двор за дровами, разводили огонь.

Когда все было готово, гости почувствовали голод с новой силой. Они с удовольствием предались радостям чревоугодия, не забывая подкладывать Донне самые лакомые кусочки и наполнять бокал, когда он пустел. Девушка сначала смущалась и отнекивалась, но вино быстро растопило все предрассудки. Вскоре под серебристые переливы мандолины подвыпившая и сытая троица уже вовсю самозабвенно распевала песни весьма фривольного толка, перемежая их веселыми рассказами и шутливыми словесными баталиями. Но время шло, за окном светлело, песни становились грустнее и протяжней, а паузы в разговорах все длительнее…

Громкий стук в дверь заставил незаметно уснувших прямо за столом балагуров подскочить на своих местах.

— Кто там в такую рань? — спросила девушка дрогнувшим голосом.

— Какая рань, Сладенькая! Время к полудню, — послышался развязный голос Уоросса. — Открывай. Я к тебе с подарочком.

Донна побледнела и затравленно посмотрела на Коросса.

— Скажи, чтобы подождал, и проводи нас к себе, — шепотом подсказал Коросс.

— Одну секунду, всемилостивейший господин, я уже бегу. Наброшу на себя лишь что-нибудь, — проблеяла девушка, но потащила их вовсе не в девичью спальню, а в кабинку, уже хорошо знакомую Короссу.

— В погреб, — торопливо прошептала она.

Переглянувшись, молодые люди отодвинули стол и, открыв люк, быстро спустились по лестнице.

— В углу связка факелов и огниво, — бросила им напоследок девушка, захлопывая люк над их головами.

Беглецы оказались в кромешной темноте.

Шэрон выбил искры и поджег один из факелов, освещая подвал, плотно уставленный бочками, ящиками, мешками.

— Очень похоже на ловушку, — грустно констатировал Шэрон.

Коросс внимательно осмотрел складируемые вещи.

— Контрабанда, — уверенно заявил он. — Нигде ни одной печати начальника городской стражи. И отсутствуют штампы погранслужбы. А я-то все думал, зачем содержать трактир, если нет ни одного посетителя. Это просто прикрытие. Ищи рычаг. Он должен открыть скрытую дверь… А вон, смотри — что это?

Они уставились на невзрачную серую коробочку с тремя рычажками. Один из них был опущен вниз.

— Митрильская штучка, — уверенно констатировал слуга. — Я слышал про это. Чертовски дорогое приспособление. Может передавать сигнал на расстояние до нескольких километров.

— Вот, Стабл, хитрец! — восхитился Коросс. — А я не мог понять, зачем он все норовил спуститься в погреб в нашем присутствии. Вот как он предупредил Клиосса, что встреча отменяется….

— О чем вы?

— Да, так. Мысли вслух. Почему дверь не открывается? Мы же нажали рычаг.

— Может надо в какой-то определенной комбинации?

Они принялись по-разному опускать и поднимать рычаги, но все было бесполезно — невидимая дверь не открывалась.

Над головой послышались приглушенные голоса, и молодые люди затаились.

— Донна, что за истерика! Только не говори, что весть о безвременной кончине кузена тебя так расстроила. Тебе он никогда не нравился. Кроме того, он совершил ошибку, а за ошибки полагается платить. Уверен, что такая умненькая девочка, как ты, подобного никогда не совершит. Зато ты теперь единственная наследница. Ого! Смотри-ка, над твоей головой засветился нимб богатой невесты! Короче, можешь меня не благодарить. Лучше сходи, переоденься во что-нибудь попрактичнее и принеси Лапулю. Пришло время показать тебе что-то очень интересное.

Что сказала девушка, слышно не было, но ее ответ Уороссу явно не понравился.

— Ты разочаровываешь меня, Донна. Сильно разочаровываешь… Да, ладно, не трясись. Я девушек не обижаю. Смотри лучше, что я тебе принес! Целуй меня, сладенькая, крепче. Видишь, как эти камушки чудно подходят к твоим глазкам? Ну, вот глазки и засияли! Давай-ка еще один лечебный поцелуй…

Наверху наступила тишина. Шэрон в бессильной ярости пнул то, что подвернулось под ногу. Мешок упал, рассыпав крупу и затаившуюся в ней розовую крысу. Явно сильно переевшая Лапуля опрокинулась на спину, делая попытки перевернуться, но вздувшийся животик мешал ей. Можно было бы посочувствовать созданию с намечающимся заворотом кишок, но взбешенному Шэрону было чуждо сострадание. Еще один пинок отправил крысу в полет. Зверек на лету с перепугу освободился от каловых масс и, приземлившись, шустро помчался прямо по отвесной стене. Каменная кладка дрогнула, выпустив клубы пыли, и крыса нырнула в открывающийся темный проход. Опомнившись, Коросс метнулся следом, успевая поймать крысу за конец поводка.