Вероника Иванова - Свобода уйти, свобода остаться

Ознакомительный фрагмент

— Вам нужна наша помощь, светлый dan? — Баллиг касается моего плеча.

— А? Помощь? Нет, можете отдыхать. На сегодня я закончил с шалостями.

— Не перетрудитесь завтра, — по-дружески советует великан, и троица, шагнув за пределы освещённого факелами участка сада, растворяется в темноте.

Можно подумать, они ушли. Ххага с два! Тенями будут следовать за мной от Приюта до самого дома, по всем улочкам и питейным заведениям, которые я вознамерюсь посетить. Или не вознамерюсь? Пожалуй, отправлюсь прямиком в постельку. Устал что-то. Да и мало толку от выпивки, когда во рту заняла оборону дымная горечь, забивающая все мыслимые и немыслимые ощущения.

Ну не мог я позволить Олли сделать его любимую «вытяжку», пока в доме оставался хоть кто-то живой. Не мог. Потому что никому не пожелаю такой страшной смерти, как высушивание. Действенное заклинание, ничего не могу сказать против: извлекает из всего, что находится в определённом периметре, воду. Из ВСЕГО. А если воды, как таковой, нет, но есть необходимые для её появления компоненты, то занимается ещё и созданием этой благословенной жидкости. При большом желании и напряжении сил и я могу сотворить «вытяжку» и кое-что ещё, но предпочитаю отнимать жизни старым проверенным способом — прибегая к услугам звонкой стали.

Да-да, если нужно, могу мечом помахать, и довольно успешно. Правда, учили меня вовсе не придворным танцам, результатом которых может стать разве что тоненькая царапина на подбородке. Учили меня другому: как остаться в живых с минимальными усилиями. А чтобы жить самому, что потребно? Смерть противника и, желательно, скоропостижная. Для чего приходится постараться... Нет, охрана у меня есть, и неплохая. Более того, на удивление незаметная и надёжная. Настолько незаметная, что я привык к ней, как привыкают к воздуху, которым дышат. Привык. Но беспечным не стал, потому что когда дело дойдёт до прямого столкновения, мне никакие телохранители не помогут. Разве что, спину прикроют. А с фронта — это я сам буду стараться. Лично.

Всё надо делать самому. В идеальном случае. Но сейчас отдам дела на откуп Олдену: всё равно, дознаватели прибудут на место несостоявшегося пожара только поутру, потому что никто посреди ночи не пожелает выползать из постельки, чтобы дышать дымом в Приюте Немощных Духом. Ничего, завтра Олли разберётся. Если будет, с чем. Скорее всего, дурки поджог и устроили. Сколько раз просил их бережно с огнём обращаться... Не помогает. Но в этот раз следует прочитать им нотацию, и суровую. Да ещё ведь придётся пострадавшее имущество описывать... Ххаг! Уж с этим Олли не справится: ему Старый флигель всегда был неинтересен, и сколько там обуглилось стульев и столов, рыжик и смотреть не будет. Ладушки. Сам посчитаю и опишу. Когда время выдастся.

А-а-а-а-а...

Ну вот, уже зеваю. Пора отправляться домой.

Шестой день месяца Первых Гроз

Ка-Йи в созвездии Ма-Кейин, два румба от Солнца.

Правило лунного дня: «Разговаривая с человеком, помни, что ты разговариваешь и с самим собой, а потому, если судьба держит тебя в строгости, не кляни её: это она от отчаяния».

«Лоция звёздных рек» сообщает:

Одна из трудных стоянок звёзд, требующая умения отвечать за поступки, желания понимать своих собеседников, способности смириться с заслуженной карой, таланта делать правильные выводы из лежащих грабель. День, наилучшим образом подходящий для благоговейного внимания, уделённого небесам и их знамениям. Позвольте себе мечтать, слушать и отдыхать от дел... Поделившись трудами с тем, кто находится рядом».

Антреа, Остров, штаб-квартира Городской стражи,

утренняя вахта

Скучающий взгляд ре-амитера проводил долговязую фигуру до выхода из кабинета, подождал, пока тяжёлая дверь, натужно поскрипывая петлями, закроется за секретарём, и вернулся к просмотру моих каракулей. Спустя полминуты я услышал горестный вздох и поднял глаза от листков бумаги, на которых старательно выводил строки протокола.

Виг ещё раз вчитался, помолчал и снова вздохнул.

— Что-то не так?

— Ты о чём думал, когда писал?

— Вообще-то, ни о чём, — честно признался я.

А о чём можно думать, встав ни свет, ни заря и проплюхав через полгорода в сыром утреннем тумане, зевая так, что в отдельные моменты кажется: ещё чуть-чуть, и челюсть вывихнется из сустава?..

Что такое остров? Суша, окружённая со всех сторон водой. А наш местный Остров — крепость на клочке земли посреди Лавуолы. Точнее, крепостью это мрачное сооружение было раньше, во времена дикие и суматошные, а сейчас приобрело вид вполне светский. Виг даже заказал (в соответствии с желанием верховного амитера, разумеется, хотя злые языки утверждают, что это Её Величеству не пришлись по нраву унылые, поросшие мхом стены) новую облицовку, из бледно-розового гранита. Смотрится живенько. И служит поводом для насмешек, конечно же. Но только у тех, кто на Остров ни разу не попадал. Ни в качестве подследственного, ни в качестве свидетеля. Что же до меня, то я ухитрился испробовать все возможные роли. А сегодня явился для заполнения официальных бумаг. Как можно раньше явился, кстати. А меня за это ещё и ругают... Точнее, не за это, а за то, что я «плохо думаю»...

— Оно и видно, — мрачно подытожил Вигер Ра-Кен.

— Да в чём дело-то?

Начинаю нервничать, и мои опасения полностью оправдываются, когда в ответ звучит:

— Почему ты каждый раз пишешь установленные фразы по-разному? Неужели нельзя выучить? Вроде, у тебя в юности не было проблем с памятью.

Делаю вид, будто не понимаю, о чём речь:

— Что значит, «по-разному»?

— Ну вот, например... — Виг пробегает взглядом сначала по одному листку, потом по второму. — Здесь: «подросток женского пола», а там: «отрок женского пола».

— И?

— Почему бы не использовать одно и то же слово?

— Хорошо, буду внимательнее, — соглашаюсь, только бы поскорее расправиться с делами. Но старого друга так просто не проведёшь: серые глаза наполняются укором.

— Будешь, конечно. Когда заново напишешь вторую копию.

— Что?! Виг, ты издеваешься?

— Ничуть, — ре-амитер, с лицом приговорённого к пожизненной каторге, разваливается в кресле за своим рабочим столом, с другой стороны которого я пачкаю чернилами бумагу.

— Но это мне ещё полчаса работы...

— Знаю. И поверь: я от этого не в восторге, потому что всё это время буду сидеть рядом.

— Вовсе незачем тебе тут сидеть, — начинаю обход противника с фланга. — Лучше иди домой, к Лелии: она, наверное, заждалась! Ей так одиноко одной...

— Рэй, не пытайся казаться лучше, чем ты есть на самом деле, — строго осаживают меня. Но поединок ещё не закончен: