Сара Дж. Маас - Двор шипов и роз (ЛП)

Только дурак будет бежать без пищи и сил.

В таком состоянии я и полмили не пройду. Как и обещал, он порвёт меня на куски прежде, чем я преодолею хотя бы полмили.

Я сделала длинный и дрожащий вдох. Еда — сначала достать пищу, затем бежать в следующий подходящий момент. Это уже больше похоже на план.

Когда у меня было достаточно сил, чтобы идти, я оставила лошадь у подножья лестницы и медленно, шаг за шагом, направилась вверх. Дыхание в груди спёрло, я прошла в открытые двери навстречу теням дома.

Внутри дом был ещё богаче. Под моими ногами сиял чёрно-белый клетчатый мрамор, стремящийся к бесчисленным дверям и широкой лестнице. Длинный коридор тянулся к огромным стеклянным дверям на другом конце дома, сквозь них я увидела второй сад, ещё более грандиозный, чем у главного входа. Никаких признаков подземелья — никаких криков о помощи из упрятанных под землю камер. Нет, только низкое рычание из соседней комнаты, настолько глубокое, что звенели переполненные пышными гроздьями гортензий вазы на столиках в коридоре. Будто в ответ, из множества открытых полированных деревянных дверей качнулись створки той, что слева от меня. Команда идти.

Мои пальцы дрожали, когда я тёрла глаза. Я знала, что когда-то Высшие Фэ строили себе дворцы и храмы по всему миру — здания, которые мои смертные предки уничтожали от злости — но я никогда не задумывалась, как они могут жить сейчас, какими богатствами и элегантностью могут обладать. Никогда не ожидала, что фэйри — эти дикие монстры, могут жить в лучших поместьях, чем кто-либо из смертных.

Войдя в комнату, я насторожилась.

Длинный стол — длиннее, чем какой-либо из нашего бывшего поместья — заполнял большую часть пространства. Стол ломился от еды и вин — так много еды, что рот наполнился слюной, над некоторыми блюдами ещё поднимался пар. По крайней мере, не странные деликатесы фэйри, а знакомая пища: курятина, хлеб, горох, рыба, спаржа, баранина… это мог бы быть банкет в любой смертной усадьбе. Очередной сюрприз. Зверь занял огромный стул во главе стола.

Я замешкалась на пороге, уставившись на еду — всю эту парующую, восхитительную еду — которую я не могла съесть. Первое правило, которое мы заучивали ещё детьми, обычно — в песнях или мелодичных строчках: если тебе не повезло встретиться с фэйри, никогда не пей их вин, никогда не ешь их пищи. Никогда. Если ты не хочешь, чтобы они поработили твой разум и душу — если не хочешь оказаться в Прифиане. Ну, вторая часть уже случилась, но у меня всё ещё есть шанс избежать первой.

Зверь плюхнулся на стул, древесина заскрипела, и, во вспышке белого света, он обратился в золотоволосого мужчину.

Я подавила вскрик и заставила себя сдержаться от порыва скрыться за обшитой панелями стеной рядом с дверью, ухватившись за дверной наличник, я пыталась оценить расстояние между мной и побегом. Этот зверь не человек, не мелкий фэйри. Он один из Высших Фэ, один из их правящей знати: прекрасный, смертоносный и беспощадный.

Он молод — или, по меньшей мере, те части его лица, что я могла видеть, казались молодыми. Его нос, щёки и брови полностью скрывала изысканная золотая маска, инкрустированная изумрудами в форме изогнутых листьев. Очевидно, какая-то абсурдная мода Высших Фэ. Я могла видеть только его глаза — такие же, как и в зверином виде, сильные челюсти и губы, сжатые в тонкую линию.

— Ты должна что-то поесть, — сказал он.

В отличие от изящества маски, его тёмно-зелёная туника выглядела довольно просто, единственным акцентом была кожаная перевязь через широкую грудь. Она была больше похожа на боевую, чем дань стилю, хотя я и не могла заметить на нём оружия. Не только один из Высших Фэ, но… ещё и воин.

Я не хотела вдумываться, что могло вынудить его носить одежду воина и старалась не слишком пялиться на сверкающую кожаную перевязь в льющихся из ряда окон за ним солнечных лучах. Уже несколько месяцев я не видела такого безоблачного неба. Он наполнил бокал вином из гранёного хрустального графина и выпил залпом. Будто он в этом нуждался.

Я медленно двигалась к двери, сердце билось так быстро, что я думала, меня стошнит. Холодный металл дверных петель уколол пальцы. Если я буду двигаться быстро, я смогу выбраться из дома и добежать до ворот за несколько секунд. Вне всяких сомнений, он быстрее — но опрокинутые на его пути симпатичные вещи и мебель в коридоре смогут его замедлить. Хотя изящно заострённые уши Фэ поймают малейший шорох с моей стороны.

— Кто ты? — удалось мне спросить.

Его светло-золотистые волосы так похожи на оттенок шерсти его звериного облика. Наверняка гигантские когти всё ещё просто таятся под его кожей.

— Сядь, — грубо сказал он, обведя жестом руки стол. — Ешь.

Заученные строчки снова и снова проносились в голове. Это того не стоит — утоление моего волчьего голода определённо не стоит риска разумом и душой.

Он низко зарычал.

— Или ты предпочтёшь упасть в обморок?

— Для людей это не безопасно, — выдавила я, опасаясь быть проклятой.

Он фыркнул от смеха — и в этом было больше звериного, чем в чём-либо ещё.

— Еда не отравлена, человек. Можешь поесть.

Странные зелёные глаза пригвоздили меня к месту, как будто он мог заметить каждый мускул в моём теле, готовый к бегству.

— Уходи, если хочешь, — добавил он, сверкнув зубами. — Я не твой тюремщик. Ворота открыты — ты можешь жить где угодно в Прифиане.

И, конечно, быть съеденной или замученной проклятыми фэйри. Несмотря на цивилизованность, чистоту и красоту этого места, я должна выбраться, должна вернуться. Обещание матери, какой бы холодной и самолюбивой она не была, всё, что у меня есть. Я не приблизилась к еде.

— Хорошо, — сказал он с рычанием, и принялся за еду.

Кто-то прошёл мимо меня, направляясь во главу стола, и мне не пришлось столкнуться с последствиями отказа.

— Ну? — сказал незнакомец — ещё один Высший Фэ: рыжеволосый и одетый в тонкую приглушённо-серебристую тунику.

Он тоже был в маске. Изобразив поклон сидящему мужчине, он скрестил руки. Я всё ещё жалась к стене и, каким-то образом, он меня не заметил.

— Что «ну»? — мой похититель склонил голову, движение животного, а не человека.

— Значит, Андрэс мёртв?

Мой похититель или спаситель, кем бы он ни был, кивнул.

— Мне жаль, — сказал он тихо.

— Как? — потребовал незнакомец. Костяшки его пальцев побелели, когда он сжал мускулистые руки.

— Стрела из ясеня, — ответил другой.

Его рыжеволосый собеседник зашипел.

— Зов Договора привёл меня к смертным. Я дал ей убежище. Девчонка — Андрэса убила смертная девчонка, — слова были пропитаны ядом. Он посмотрел в конец стола, где находился мой пустующий стул. — И зов признал её виновной.