Раймонд Фейст - Врата Войны

- Боюсь, мастер Кулган понапрасну возился со мной столько времени, - печально проговорил Паг. - Похоже, мастер ошибся во мне.

- Нет-нет, Паг, не говори так! - возразил отец Тулли. - Я присматриваюсь к тебе с тех пор, как ты поступил в ученье к Кулгану. Поверь мне, ты вовсе не бездарен, малыш. Напротив, я чувствую, что в тебе дремлет недюжинная сила, но надо подождать ее пробуждения, не торопясь, не опережая событий и не сетуя на судьбу. Я уверен, из тебя будет толк!

Однако уверенность отца Тулли не передалась Пагу. Он не сомневался в уме и прозорливости священника, но чувствовал, что тот может заблуждаться на его счет, как и добрый мастер Кулган.

- О, как бы я хотел, чтобы слова ваши, отец, оказались пророческими. И еще мне хочется понять, что со мной происходит!

- В этом я, кажется, смогу тебе помочь! - раздался насмешливый голос со стороны дверной ниши.

Отец Тулли и Паг невольно вздрогнули. Ни тот, ни другой не слыхали скрипа входной двери, однако теперь она была распахнута настежь, и мастер Кулган, с улыбкой переводя взгляд со священника на Пага, стоял в дверном проеме. В его лучистых ярко-голубых глазах плясали насмешливые искорки. Запахнув полы своего зеленого балахона, он неторопливо прошел на середину комнаты. Дверь так и осталась распахнутой настежь.

- Подойди ко мне, Паг, - велел чародей.

Мальчик повиновался, и Кулган положил обе ладони ему на плечи. Несколько мгновений он пристально смотрел в его темные глаза, а затем с усмешкой произнес:

- Если прилежный ученик по целым дням сидит в своей комнате и размышляет, почему ему не удается постичь ремесло, то он никогда не добьется успеха в своем деле. Телу и уму надлежит давать отдых, малыш! Весь сегодняшний день в твоем распоряжении. Ведь он - шестой на этой неделе, а значит, во дворе собралось немало сорванцов, жаждущих помочь тебе в поисках разнообразнейших приключений. - Он ласково улыбнулся, и Паг облегченно вздохнул. Он был рад, что Кулган не сердился на него. - Ты свободен от учения до самого утра. Ступай! - И он легонько ткнул Пага в лоб костяшками пальцев.

Паг поклонился сперва Кулгану, потом отцу Тулли и выбежал из каморки. Через мгновение он уже во всю прыть мчался вниз по винтовой лестнице.

Кулган подошел к постели и, опустившись на нее своим грузным телом, покачал головой.

- Ох уж эти мне мальчишки, - пробормотал он. - Едва лишь став учениками, они уже воображают себя взрослыми мужчинами, но продолжают мыслить и поступать, как несмышленые ребята. - Вынув из просторного кармана трубку, он неторопливо набил ее табаком.

- А ведь чародей и в тридцать лет считается новичком в своем ремесле, тогда как прочие становятся в эти годы по крайней мере опытными подмастерьями, а то и мастерами, приготовляющими сыновей к дню солнцестояния. - Он поднес лучину к тлевшим в глиняной печке угольям и раскурил трубку.

Тулли кивнул:

- Я понимаю, о чем ты, Кулган. В его возрасте я стал послушником и после пребывал в этом звании долгих тринадцать лет. - Священник наклонился к Кулгану и озабоченно спросил:

- Что с ним творится?

- Знаешь, святой отец, - вздохнув, ответил Кулган, - парнишка во многом прав. Я действительно не нахожу убедительных объяснений тому, что с ним происходит. Осуществить на практике то, чему я все это время учил его, Пагу не удалось еще ни разу.

И вместе с тем он проявляет недюжинные способности во всем, что касается теории. Малыш Паг великолепно разбирается в самых мудреных письменах, умело разбирает рисунки, схемы, он без труда постиг назначение всей магической утвари, какой я располагаю. Словом, исходя из всего этого, он должен стать чародеем самого высокого класса, но его неспособность привести в действие глубинные силы своего духа...

- Как ты думаешь, тебе удастся найти разгадку всего этого?

- Надеюсь. Во всяком случае отступаться от него я не намерен. Страшно даже помыслить о том, что будет, если я откажу мальчишке от места. Это будет для него гораздо горшим разочарованием, чем если бы он не попал в число учеников, когда ему исполнилось тринадцать. - Чародей нахмурился и покачал головой. - Все это в высшей степени странно, Тулли! Надеюсь, ты согласишься, что мальчишка безусловно талантлив. Стоило мне увидеть его у магического кристалла в моей хижине той грозовой ночью, как я сразу понял, что впервые за многие годы нашел одаренного ученика. Но я не считал себя вправе помешать ему идти иным путем и дождался конца церемонии Выбора. Никто из мастеров не призвал к себе Пага, и я воспринял это как веление судьбы. Богам было угодно, Тулли, чтобы наши с ним судьбы пересеклись. Но в голове этого мальчишки властвует какая-то неведомая мне, грозная и могучая сила, препятствующая его занятиям магией. Я не могу понять, Тулли, что это за сила и какова ее природа, знаю только, что она противится моим усилиям так неистово, отвергает их с таким пренебрежением, словно... словно мое искусство слишком грубо и примитивно для тех возможностей, которыми обладает мой ученик. Я не могу объяснить это доходчивее, друг Тулли, но надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

- А как насчет того, о чем недавно, когда ты вошел в комнату, говорил сам Паг?

- Он, помнится, заверял тебя, что я в нем ошибся? - усмехнулся Кулган.

Тулли кивнул. Чародей досадливо махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

- Тулли, о природе и свойствах магии тебе известно столько же, сколько и мне, а возможно, и гораздо больше. Недаром же ты являешься служителем бога, который зовется Хранителем Порядка.

Твоей секте удалось открыть многие из тайн Вселенной. Неужто ты хоть на минуту усомнился в таланте Пага?

- В талатливости мальчишки сомнений у меня нет, - задумчиво проговорил отец Тулли. - Другой вопрос, есть ли у него способности? - И он с плутоватой улыбкой взглянул на своего собеседника.

- Хорошо сказано, как всегда! - одобрительно усмехнулся Кулган. - Но ответь мне, отец, что же будет с Пагом? Может, нам надлежит сделать из него священника или монаха?

Тулли резко выпрямился и, поджав губы, процедил:

- Тебе прекрасно известно, Кулган, что священниками становятся исключительно по призванию!

- Не кипятись, святой отец. - Кулган хихикнул в бороду. - Я ведь просто пошутил! - Он собрал бороду в кулак и с наигранной кротостью взглянул в выцветшие глаза священника. Тулли прыснул со смеху. - Но ведь на самом деле вопрос-то серьезный! Что нам делать с юным Пагом, а? У него нет ни призвания стать священником, ни умения пользоваться заклинаниями чародея. Что же ему, бедолаге, остается?

Поколебавшись, отец Тулли осторожно спросил:

- А тебе не приходило в голову, что затруднения Пага как-то связаны с Утраченной магией?