Галина Гончарова - Интриги королевского двора

Торий взвыл,  но тут же понял, что часть прибыли ему обойдется дешевле,  чем война в родном доме.

А еще в сундучке было несколько видов кружевных же воротников.

Торий расправил один. Прикинул его к себе.

Это - будет пользоваться успехом. Да еще каким!

Узкое кружево плести умели. Да.

Но широкое,  да еще украшенное бусинами,  которые каким-то чудом были вплетены в узор...

С руками оторвут!

Надо написать графине. И послать еще ниток для этого чуда.

А что в свертках?

После разворачивания свертка Торий лишился еще кусочка прибыли.

Потому что с зеркальцем супруга тоже расставаться отказалась.

В приложенном письме было сказано,  что зеркала достаточно хрупки. Но если с ними обращаться осторожно - они прослужат не одно десятилетие.

Торий только головой покачал.

Зеркало... из стекла?

Да какое! Никогда он себя так четко не видел... лучше,  чем в чистой воде или полированной стали. Намного лучше!

Нет,  одно зеркальце он точно оставит себе. В счет прибыли.

А что есть еще в сундучке?

В сундучке оказались несколько десятков чернильниц - из цветного стекла. Запас перьев.

И три простеньких шкатулки.

Торий открыл одну - и ахнул.

Несколько брошей из янтаря.

Морской мед золотился в солнечном свете, играя переливами и искрами.

Отдельно лежала только одна брошь. Тоже янтарь. Но - красный. Безумно редкий. Простенькая оправа только подчеркивала роскошь камня.

Торий скользнул пальцами по гладкой поверхности.

Достал брошь. Посмотрел на сложную застежку.

Перевел взгляд на жену.

- Нет, любимая. Это слишком дорого.

- Но Торий!

- можешь надеть брошь один раз. На ближайшую службу.

- Торий!!!

- Выбирай. Я и так не расплачусь за все твои капризы.

Женщина всхлипнула и вылетела за дверь.

Торий коснулся полированных камней.

Красиво. Очень красиво. Лилиан Иртон открывалась с новых сторон. Торий ни минуты не жалел о сотрудничестве с ней.

Лучше одна умная женщина, чем десять дураков...

Анелия Уэльстерская со злостью посмотрела на Адель.

Когда ж эта коровища отсюда уберется?!

Принцессу не оставляли одну с Риком ни на минутку! Ни на секунду!

Рядом обязательно кто-то да был. Либо Джерисон Иртон, либо другие придворные, либо вот эта... гадючка!

Злость Анелии была понятна. Они с Аделью относились примерно к одному типу женщин. Обе темноволосые, со смуглой кожей, яркими глазами и пышной грудью. Нельзя сказать, что Анелия проигрывала на фоне Адели, но она сильно подозревала, что принц в горячке мог просто их перепутать.

Да и роль сестры милосердия удавалась плохо. Когда ни тебе напоить из кубка, прижавшись грудью, ни тебе пот платочком надушенным постирать с высокого лба, ни тебе посидеть рядышком... нет, последнее как раз удавалось. На расстоянии двух метров.

Ближе ее просто не подпускали, мол, невместно принцессе, да и его высочество не совсем в пристойном виде, еще повернется, не дай Альдонай чего увидите... и выносить за ним надо, и обтирать его... Адель уже вдова, а вы же невинная девушка... нет-с, никак нельзя.

Анелия бесилась, шипела кошкой. Ругалась... но исключительно у себя в комнате.

На людях она была само очарование и нежность. И легкая трепетная грусть.

Но внутри... о, она вся кипела и бесилась.

Убила бы!

Только вот ничего это не решит. Всю свиту не перетравишь. А оставлять ее одну с принцем явно никто не намеревался. И делали хорошую мину при плохой игре. Все понятно, но поди, докажи!

При таком подходе у нее нет никаких шансов очаровать Рика.

Да и...

Врать себе самой Анелия не умела. Женщина всегда, на подсознательном уровне чувствует, как к ней относится мужчина. Нюхом, духом, шестым чувством - неважно! Но Рику она была безразлична. Что бы она ни делала - она была безразлична ему еще до ранения.

Как ни крути... может быть?

Анелия поежилась. Но...

Она поговорит с Альтресом Лортом.

Ей надо сходить к старой ведьме. И для этого даже есть причина. У нее почти закончилось то, первое зелье. Он поймет.

А ей нужно и кое-что еще...

 Ваше величество, с прискорбием должен сообщить, что с его высочеством на охоте произошел несчастный случай.

Все более-менее обошлось. Ричард жив и по уверениям врачей, его жизнь находится вне опасности.

Но выздоравливать ему еще предстоит. Так что мы вынуждены задержаться в Уэльстере на зиму.

Ричард поступил как герой.

Когда во время охоты лошадь принцессы понесла, он бросился за ней и оказал всю возможную помощь ее высочеству.

К сожалению, свита не успела за Ричардом. А охотники спугнули рысь, которая напала на принцессу.

Ричард защитил ее, но сам был ранен.

Раны уже заживают.

Гардвейг высоко оценил благородство его высочества и предоставил все возможное.

Принцесса также днюет и ночует у постели раненного героя...

Джес обмакнул перо в чернильницу, стряхнул каплю - и решительно вывел дальше.

Ваше величество, это во многом моя вина.

Я не должен был оставлять Рика одного. Не должен был гоняться за оленями.

Я приму любое наказание, которое вы мне назначите.

Не оправдываю себя и не прошу снисхождения. Если бы Рик умер, мне осталось бы только броситься на свой меч.

Остаюсь искренне преданный вам, Джерисон, граф Иртон.

А теперь посыпать песком, дождаться, пока высохнет, запечатать и отправить.

Глава посольства, герцог Фалион, наверняка напишет что-то свое. Уже написал. И Джес не собирался с ним ругаться. Что-что, а трепку он заслужил. Дома ему не хватает... оленей! Сам себя повел, как последняя свинья, нет бы подумать и ни на шаг от друга не отходить...

Вообще, он терпеть не мог Фалиона.

Старый заносчивый мерзавец, иначе и не скажешь. И почему Эдоард назначил его формальным главой посольства?

Хотя... тут был вопрос политики. Земли Фалиона находились как раз на границе с Уэльстером, так что герцог осознавал - по нему первому ударит любая ссора. И надо быть вдвойне, втройне осторожным.

Ну и... старинная семья, почтенный возраст... да и не дурак.

Мерзавец, но не дурак.

Джес невольно поморщился.

М-да, если бы все дело было за Фалионом, он бы Адель в посольство не пристроил. А так...

Попросил Рика, тот поговорил с дядей - и Эдоард махнул рукой. Мол, ладно.