Алла Матвеева - Дракон вам в помощь!

Ознакомительный фрагмент

Сах оценил напряжение, вязкой смолой разлившееся в воздухе, и попытался сгладить ситуацию.

— Спокойнее, тейиры, это всего лишь проверка.

Деррих, внутренне посмеиваясь, активировал чутье и принялся искать следы мнимых торговцев, не забывая для проформы осматривать посетителей. Судя по тому, с каким сосредоточенным видом суетятся вроде бы испуганные служаночки, сейчас что-то будет.

Люди при приближении чародея начинали заметно нервничать, но возражать не пытались. Только замирали напряженно, а после осмотра расправляли плечи, в глазах вместо затравленности появлялся интерес, который возрастал тем больше, чем дальше отходил Деррих.

Когда дракон подошел к очередному столу и приготовился замысловато поводить в воздухе руками над сивым плечистым типом со сросшимися бровями, он услышал сзади грохот разбивающихся мисок. Под взглядами посетителей уронившая посуду служанка пискнула и бросилась на кухню, и в тот же миг Деррих почувствовал стремительное движение за спиной. Следом раздался звук падающей мебели, крики постояльцев и возмущенный вопль Саха.

Обернувшись на шум, дракон увидел замечательную картину. Не пожелавший дожидаться разоблачения тип, как только все, включая Дерриха, повернулись к служанке, прыгнул к предусмотрительно распахнутому окну, но что-то ему помешало — может, какой посетитель на пути привстал со своего места, чтобы видно было лучше, может, просто звезды для беглеца сегодня в неприличную фигуру сошлись. Не пролетев и половины намеченного пути, тип рухнул на не ожидающего такой подлянки мага, который тоже отвлекся на шум, устроенный служанкой.

Сейчас отрастивший изрядные когти и обросший шерстью мужик пытался вырваться за пределы слабых, но вязких щитов, которыми забрасывал его оглушенный и полупридавленный маг, женщины визжали, мужчины непристойно ругались, не проявляя, впрочем, желания вмешаться, под потолком азартно вопил разбуженный шумом дракончик, а на Деррихе с паническим визгом: «Оборотень! Спасите!!!» повисли две служанки, надежно сцепив его руки.

Совершенно напрасно — дракон и не собирался вмешиваться и портить веселье, так как видел то, что Сах еще не успел заметить. Оборотень махал когтями очень осторожно, чтобы, не приведи родовые духи, не зацепить мага: за гибель своего чародеи мстят последовательно и не стесняясь в средствах, поэтому все мало-мальски разумные существа осторожничают. Оборотень последствия представлял, поэтому старался вырваться за щиты и сбежать. Наконец во время одного из кульбитов он угодил Саху коленом в живот, сбив ему дыхание и концентрацию, и сумел прорваться к вожделенному окну. Сидящие неподалеку мужики героически заслонять дорогу своими телами не пожелали, сыпанули в разные стороны, сшибая лавки и позволяя беглецу рыбкой нырнуть во двор.

В этот момент входная дверь распахнулась. В зал шагнул франтовато одетый менестрель. Осмотрел разгромленный трактир, возбужденно галдящих посетителей, голосящих служанок, весело улыбающегося светловолосого мага с шипящим фиолетовым драконником на макушке, поднимающегося с пола ошарашенного темноволосого чародея, мрачного трактирщика и с разочарованием протянул:

— Я опять опоздал к самому интересному!

— Ты знал.

Сах, запивающий происшествие слабеньким местным пивом, с возмущением в голосе и смешинками в глазах уставился на Дерриха поверх кружки.

Дракон, с философским видом и точно такими же смешинками, как у мага, пожал плечами и сделал вид, что оглядывает зал. Маг невольно проследил за его взглядом. Люди постепенно успокоились и вернулись к своим делам, менестрель, дотошно выспросивший все подробности эпической битвы, в другом конце помещения медленно перебирал струны лютни. И, судя по возвышенному выражению лица, подбирал выражения, в которых будет пересказывать новость в следующем трактире. Вот на него маг косился исключительно с неприязнью. В отличие от Фила, который сидел напротив лютниста и с большим интересом следил за бегающими по струнам пальцами. Но, к огорчению Саха и радости менестреля, цапнуть не пытался.

— Скорее догадывался. Тут ближайшее поселение разумных — деревня оборотней. Это, по-моему, все местные, кроме тебя, знают. И, может, еще твоих коллег-теоретиков.

— Я не местный, — буркнул несколько смущенный Сах. Он привык считать, что знает практически все, а тут вдруг какие-то оборотни прямо под боком, а он не в курсе.

— Раз девять лет из двадцати прожил в Гоарте, значит, можешь считаться местным. А трактирщику хочешь не хочешь приходится с соседями дружить. И прибыток от лишних посетителей, и защита от лиходеев разом. Да и не сниматься же с денежного места из-за такой ерунды, как расовые предрассудки? Так что когда ты про охоту на нежить сказал, предсказать, что будет дальше, стало просто. — Деррих прислушался к затейливой мелодии, которая постепенно начала складываться у менестреля, и решил, что из всей сегодняшней кутерьмы у того в итоге может получиться отличная баллада. Героическая. Но Саха такими соображениями лучше не дразнить. Обидится. Или с музыкантом что-нибудь эдакое сотворит.

К счастью для окружающих, сейчас мысли мага занимало странное происшествие, а не его возможные последствия.

— Но почему он отсюда рванул? Я же про нежить говорил, а оборотни живее всех живых, в двойном объеме, так сказать. Из них даже зомби не сделаешь.

— Да, но, к сожалению, в таких тонкостях не разбирается никто, кроме магов. Кстати, насколько я могу судить по результатам осмотра, воры здесь не останавливались. Неужели мы опять с дороги сбились?

— Скорее слишком долго плутали. Торговцы-то совершенно точно знали, куда идут, и наверняка успели добраться до следующего постоялого двора. А вообще надо что-то насчет скорости придумать, иначе мы за ними год бегать можем. Только ничего в голову не идет толкового. А ты как?

— Пока никак. Отдохнем, выспимся, может, на свежую голову чего придумаем.

Дракон и маг примолкли, задумавшись каждый о своем. Впрочем, долго пребывать в расслабленном состоянии у них не получилось — в зале снова нарастал шум. В этот раз его причиной стал хозяин постоялого двора, пытающийся выяснить у смущенного менестреля, чем тот собирается расплачиваться за съеденный ужин: нет, песни — это, конечно, замечательно, но хотелось бы чего-то еще. Более весомого.

— С каких пор новости стали недостаточной платой за еду? Да еще и из столицы? Свежайшие!

Несмотря на смущение, позиции франт сдавать не собирался. Деррих одобрительно хмыкнул. Правильно, съеденный ужин все равно отобрать уже не получится, разве что ждать, пока сам выйдет, и трактирщик это понимает. Так что сторгуются.