Валерий Иващенко - Честь, шпага и немного волшебства

Так что простодушная хоббитянка так и не поняла, отчего это она почувствовала себя настолько выжатой, да еще и с одеревеневшим языком, после болтовни с такими милыми и внимательными собеседницами. Видимо, сочетания слов "толково проведенный допрос" она ни разу не слыхала и вообще - никогда не попадала в поле зрения ни одной из спецслужб. А о том, что таковые имеются при дворе любого короля и даже каждого понимающего толк в делах высокопоставленного дворянина, кричать громко как-то не принято. Чревато, знаете ли…

Что-то начало доходить до Стеллы, лишь когда она проворно орудовала кухонным ножом, шинкуя капусту в салат. Мимоходом отметив, что выболтала о хозяине все - даже то, что мастер мягко, но настойчиво советовал держать при себе, хоббитянка от отчаяния схватилась за голову. Не забыв, разумеется, предварительно вытереть руки о передник.

Локси, высунув от усердия язык, как раз насыпал что-то ядовито-желтое в раскаленный тигель, когда в дверь "лабулатории" по-мышиному поскреблась Стелла. Давно усвоив, что в доме есть места, куда лучше не соваться без разрешения хозяина, бедная служанка, затаив дыхание и безуспешно пытаясь унять бешено стучащее сердечко, ждала у входа, с трепетом предвкушая предстоящий тяжелый разговор.

На ее удивление, мастер воспринял сбивчиво выдавленные известия на редкость спокойно. Лишь подумал немного, чуть склонив голову и по своей привычке немного повернув ее вправо.

– Ладно, Стелла. Плохо, конечно, но - ничего страшного.

Размазывая слезы по румяным щекам, Стелла кое-как пролепетала.

– Вы не будете гнать меня с места, мастер Локси?

Волшебник хмыкнул, глядя на растрепанное, плачущее горючими слезами существо.

– Ну куда ж я без тебя - пропаду совсем. Впредь умнее будешь, - он вздохнул и ласково потрепал понурившуюся хоббитянку по взъерошенной белобрысой головушке.

– Что там у нас с продуктами? До весны впятером дотянем?

Похныкав еще чуть, Стелла все-таки постепенно успокоилась и мысли ее потекли по привычному руслу.

– Никак, мастер. Надо запас обновить, да и одежку этим тварям остроухим справить…

Она подняла вверх заплаканное лицо и, с надеждой глядя в глаза, спросила.

– Хозяин, а может, гнать их как говорится, в три шеи? - она несмело улыбнулась, сообразив, какой ненароком выдала каламбур, хотя вряд ли догадывалась о существовании такого слова.

Волшебник прошелся по своей "лабулатории", потрогал зачем-то большую пустую колбу с узким горлышком, в которой отражалась маленькая сплюснутая хоббитянка, и только потом негромко ответил.

– Знаешь, Стелла, я тоже не в особом восторге от таких гостей. Если бы мы встретились на поле боя, я не колебался бы ни мига - от них только поджаренные ушки и остались бы. Или мелко нашинкованные обрезки… А так - они попали в беду и пришли в мой дом. Не в обычаях моего рода поступать негоже…

– Ох, мастер Локси. Закрутят они вам голову - помянете мои слова. Одна остроухая, вон, уже чуть из дому не гонит… - тут она вовремя прикусила язычок, и только утирала покрасневшие глаза краем передника.

– Договаривай, - волшебник, прохаживающийся по своим владениям меж таинственно и жутковато выглядящих незнакомых предметов, остановился на полпути и, эдак нехорошо прищурившись, смотрел на маленькую служанку.

Та, вознеся заплаканные глаза вверх и мысленно осенив себя защитным знаком Хенноры, набрала в грудь побольше воздуха и так отделала своего хозяина и благодетеля, что в замке у какого-нибудь барона ее за такие слова живенько вздернули бы на виселице, предварительно со вкусом прогнав через дыбу, раскаленные клещи и прочие семью семь удовольствий.

Зажмурив глаза и отчего-то вжав голову в плечи, Стелла затаила дыхание и ждала то ли удара грома прямо по маковке, то ли еще какого наказания за свой длинный язык и несносный характер. Однако время шло, а она все еще была жива и, судя по ощущениям, даже здорова. Осторожно открыв один глаз и осмотревшись, хоббитянка обнаружила мастера Локси сидящим на высоком вращающемся стуле - предмете ее давней тихой зависти - и беззвучно хохочущим. Она открыла второй глаз и с недоумением уставилась на волшебника, в смущении переминаясь с ноги на ногу.

– Вот за что я тебя люблю, маленькая моя нахалка - так это за смелость и честность, - отсмеявшись, сообщил Локси. Понятное дело, что иногда это было весьма болезненно - слушать правду о себе. Но и польза тоже немалая, а то этак и зазнаться недолго. Опять же - такой слуга это уже почти друг, да и предаст навряд ли…

– Но заклинание молчания ты все-таки заработала…

Упрямо поджав губы, Стелла страдальчески дождалась, пока хозяин наложит наказание - а уж какая это была мука для болтливой хоббитянки, когда вместо слов рот закрывается сам и не дает вымолвить ни словечка - это можно описать разве только в трагедии! Осуждающе качая головой, она с достоинством удалилась, всем своим видом и смертельно оскорбленным достоинством вопя, что она думает о магии вообще и о волшебнике в частности.

– Два вопроса, мастер Локси, - как бы невзначай Аллена вклинилась в шутливую пикировку за ужином, в которой маг объединился с Невенор и теперь вдвоем они выбивали пыль из весело и беззаботно хихикающей Мальвы.

Дождавшись кивка хозяина дома и его посерьезневшего выражения лица, она спросила.

– Если мы откажемся поступить на службу?.. - и чуть обрезала фразу, подразумевая ответные действия волшебника. Хотя, между нами говоря, все три эльфийки были еще теми головорезками, но тягаться с боевым магом им было никак не по плечу.

– Где в этом доме дверь, вы знаете. Я никого не держу, раз вы гости, но в другой раз дороги сюда вы просто не отыщете, - заметил Локси будничным тоном, накладывая себе еще десерта - эти тарелюшечки такие маленькие…

Лучница прислушалась к завыванию разыгравшейся к вечеру метели, к мягкому теплу, исходящему из раскаленных внутренностей камина, и что-то про себя решила. Какую-то галочку поставила в клеточку таблицы, находящейся в недрах ее прекрасной и с виду такой безобидной златоволосой головки. Уж что-что, а крутить комбинации и считать варианты ее учил выдающийся мастер, а она в свою очередь щедро делилась знаниями и опытом с членами разведотряда…

– И второе. Звезда Полуночи - это ваша работа?

На этот раз Локси даже переменился в лице и отложил вилку. Легендарная эльфийская боевая ведьма с зубодробительным именем и таким красивым прозвищем пару лет тому чуть не разнесла вдребезги весь юг королевства людей. Говорили, что она попросту "съехала с катушек" - иногда это бывает даже с перворожденными. А может, решила самолично отомстить хумансам за какие-то, забытые уже ими за давностью лет обиды - кто ее теперь знает.