Виктория Иванова - Радуга на земле

Ознакомительный фрагмент

— Элхар? — дедушка стоял за спиной, в недоумении обозревая разгромленный переулок.

— С тобой все в порядке? — тут же бросился к нему я, невольно обвив хвостом и требовательно заглядывая в глаза.

— Да что со мной случится? — всплеснул руками Мастер. — А вот что ты здесь делаешь? Я же запретил!

— Но они же тебя убить хотели! — немного обиженно протянул я. — Вот, у этого спроси!

Про воина я вспомнил только сейчас. После моего укуса он не проронил ни звука, да и опасностью от него больше не тянуло. Именно на него я и указал рукой. Нармет посмотрел в этом направлении и, переступив через мой хвост, подошел к воину вплотную. Тот никак на это не отреагировал, застыв в неподвижности. Та-а-к…

— Элхар, — задумчивым голосом спросил мастер, ощупывая замершего человека, — у тебя в последнее время ничего не болело? Ничего не беспокоило?…

— Да нет, нёбо только чесалось… — я застыл рядом, в недоумении рассматривая живую статую. Даже понюхал на всякий случай… Нет, живой…

— И? — дедушка отвернулся от воина, требовательно посмотрев на меня.

— Перестало, — пожал плечами я. — Вот этот воин по челюсти ударил — и перестало.

— Открой рот! — потребовал мастер. Я послушно раскрыл его во всю ширь.

Нармет развернул меня к серебристому лику Ашер.

— М-да… — тихо протянул он, отпуская челюсти. — Ну что же, малыш, позволь поздравить тебя.

— С чем? — недоуменно поинтересовался я.

— С взрослением. — И, снисходя к моему беззвучному вопросу, продолжил: — У тебя зубы прорезались.

Зубы? Да они у меня ещё в детстве прорезались! Осторожно потрогав языком те места, где когда-то были валики, я с удивлением нащупал пару прижатых к многострадальному нёбу длинных зубов… Хм, похоже благодаря удару я обзавелся ядовитыми клыками, укусив ими так разозлившего меня воина.

— Ты хотел его убить? — тихо, но очень серьезно спросил у меня Мастер.

— А? Что? — поглощённый своими раздумьями и тщательным исследованием рта на предмет ещё каких-нибудь неожиданных подарков, я сперва даже не понял вопроса. Но потом всё же ответил: — Нет, просто обездвижить…

— Тогда бери его и неси в дом! — властно распорядился дедушка.

Я вздрогнул, и, беспрекословно взвалив человека на плечо, заскользил к двери. Хм, и совсем он не тяжёлый, этот убийца… В доме я послушно сгрузил его в каморке за кухней. Эйша охала, ахала, корила Нармета, что он заставил меня таскать такую тяжесть. А когда услышала про нападение — заявила, что ноги этого «плохого человека» у неё на кухне не будет!

Мастер же молча осмотрел неудавшегося убийцу, а потом требовательно посмотрел на меня. Я так же молча вскинул брови, недоумевая — чего же от меня хотят?

— Давай, оживляй, — озвучил свое требование дедушка.

— Что? — я недоуменно моргнул. — Но как?

— Так же, как парализовал, — непреклонно ответил Мастер. Действительно, когда я грузил нападавшего на плечо и нёс — он даже не согнулся! Так бревном и ёрзал по плечу. Неудобно, жуть! Даже сейчас валяется, словно застывшая статуя, а не человек…

— Кусать, что ли? — ужаснулся я. Теперь, после схватки, на меня накатило. Руки дрожали, а мозг упрямо показывал картинку сползавшего по стене тела. Да и нос чётко рассказывал, что предполагаемый кандидат на укушение явно недавно с помойки. Несло от него… Я судорожно сглотнул, жалобно посмотрев на деда.

— Ну, если ты знаешь другой способ… — равнодушно протянул Нармет, отворачиваясь к стене. Я тяжко вздохнул и попытался укусить лежащее не лавке тело. Длинные гадючьи клыки не хотели выдвигаться, ну ни в какую.

— Не могу, зубы не выдвигаются, — обречённо пожаловался я.

— Что ж, тогда подождём, пока сам очнётся, — пожал плечами дедушка. — Ты ж его парализовал на время, я так понял.

— Ну… — я вспомнил свои мысли в тот момент. — Да.

— Так чего кусать было? — вскинул брови Мастер, ехидно глядя на меня.

Нет, это уже откровенное издевательство! Я тут переживаю, жёсткую куртку жую, а от неё пахнет, между прочим!

— Но всё равно, это не оправдывает твоего поведения, — неожиданно стал серьёзным Нармет. — Я тебе не разрешал выходить на улицу. Вот теперь сам будешь караулить этого человека. И следить за ним.

— Да, дедушка… — тяжко вздохнул я, покорно свивая хвост в кольцо.

Из записок Мастера Нармета.

Любопытно. Почему-то до сих пор считалось, что ядовитые, или так называемые «змеиные» зубы серпентеры получают с рождения. Оказывается, они у них режутся, как и у людских младенцев. Правда, этот процесс не столь болезненный. Или это индивидуальная особенность Элхара? Он же не рождённый. Скорее его можно назвать превращённым. И понять, что развивается нормально, а что проявляется раньше времени — довольно трудно.

Кроме того радужные змеелюды всё же наследуют свойство своих предков-айс вырабатывать оригинальные яды. Только вариантов больше. При укусе змеи исхода может быть всего два. Либо ты жив, либо — нет.

Серпентеры же этого вида могут ещё и парализовать свою жертву. Правда я пока что не понял, отчего зависит длительность пребывания жертвы в недвижном состоянии и на что именно воздействуют радужные — нервные волокна или мышечные. Материала для анализа мало, надо понаблюдать ещё. Заодно и взять пробы яда в так сказать «спокойном» состоянии, если это возможно.

Одно ясно точно — ядовитые железы они могут использовать вполне сознательно, регулируя состав яда. При этом на них самих это никоим образом не сказывается.

Правда, Элхар ещё не умеет в полной мере пользоваться этой своей особенностью организма. Для него отравление и излечение пока что спонтанны и зависят от настроения. Но, как мне кажется, мальчик решит эту проблему.

…

— Эй, Савиш! Для тебя дельце есть! — глашатай Мастера Ночных охотников отличался очень уж звонким голосом, так что искомому Савишу даже не было нужды находиться где-то поблизости. Достаточно было просто быть в Башне…

Эта Башня стояла на окраине города. Много циклов назад в ней жил кто-то из магов-погодников или астрологов. Но со временем строение оказалось заброшено. И его облюбовали для своего штаба Ночные Охотники. Или, в просторечии — наёмные убийцы. Нет, официально тут находилась пекарня, причём не очень прибыльная, но в действительности на самых верхних и с виду заброшенных этажах располагались покои Мастера Ночных охотников и несколько помещений, предназначенных для общения с клиентами. А в многочисленных пристройках обитали те из охотников, у кого не хватало денег на собственную нору.