Ангел Смерти (СИ) - Шевченко Юлия

Не знаю, каким образом Святая Инквизиция прознала о низшем демоне, но суть от этого не меняется: на его уничтожение отправляют рагнара. По неудачному стечению обстоятельств в тот момент, когда Рафаил попытался избавиться от трусливого демона, в палату Паршина ввалились мы с тобой. Ворм, не будь дураком, сразу же смекнул, что убийство Ангела Смерти негативно отразится на равновесии Света и Тьмы, а Сатана, узнав, что именно действия проштрафившегося ворма этому поспособствовали, непременно наградит низшего демона и позволит с триумфом вернуться обратно в Преисподнюю.

– Вот же засранец! – скрипнув зубами от злости, с силой сжала кулаки. – Убью, козла паршивого! На кого пасть раззявил, харя неумытая!

– Василиса, хватит капать желчью на линолеум. – Ехидство Асуки, литрами изливаемое на мою многострадальную голову, немного привело в чувство. – Тебе сейчас о душе Паршина нужно думать, а не о каком-то паршивом ворме.

– Предлагаешь что-то конкретное или ради приличия напомнил?

– У Рафаила есть идея, – фамильяр довольно ухмыльнулся, явно предвкушая веселье. – Вась, поставь снова чайник, а я ватрушки пока из духовки вытащу.

Задаваться вопросом, когда именно хозяйственный демон успел приготовить не только поздний ужин, но и замечательные творожные булочки, было бессмысленно.

Отлепившись от спасительной опоры в виде стены, прочапала к плите. Пятиминутные поиски коробочки спичек не принёсли никакого результата, а хвостатик же тем временем уже посыпал сахарной пудрой горячую сдобу. Наплевав на мнение, которое сложится у рагнара после моего поступка, схватила со стола салфетку и, скрутив её трубочкой, поднесла к огненному рогу падшего демона. Миг и салфетку охватил огонь, благодаря которому и конфорка окрасились синими язычками пламени.

– Ты чего творишь, полоумная? – Асука испуганно шарахнулся от хозяйки в сторону.

– Выполняю твою просьбу, – пожала плечами, и уселась обратно за стол.

Фамильяр, обиженно засопев, принялся убирать со стола грязную посуду и споро расставлять кружки, розетки с вареньем и плетёную корзинку с ватрушками.

– Мальчики, – зажмурившись от удовольствия, неспешно смаковала горячий шоколад, – вы до сих пор намерены посвятить меня в подробности вашего гениального плана или я должна сама обо всём догадаться?

– А чего там посвящать-то? – проглотив половину ватрушки одним махом, демонёнок довольно зажмурился. – Ворму нужна ты, Васька, поэтому придётся вам, девушка, побыть «наживкой».

– А не пошёл бы ты..? – незлобиво огрызнулась, мысленно соглашаясь с резонностью выдвинутого предложения, но намереваясь пока активно сопротивляться.

– Только что оттуда, ещё даже впечатления не притупились, – моментально отбрили меня.

– Я предлагала внеплановый поход в баню, – еле сдерживая улыбку, с удовлетворением полюбовалась на вытянувшееся лицо Асуки. – А ты какие дальние дали уже вспомнить успел?

Падший демон отчётливо покраснел и пулей вылетел из кухни, бормоча себе под нос, мол, мышьяк не такое уж и плохое средство в борьбе с противными хозяйками, а труп и спрятать можно. На пищеблоке остались только я и Рафаил, что меня, откровенно говоря, напрягало. От попыток придумать нейтральную тему для разговора, которая была бы интересна как мне, так и серебряноглазому парню, меня отвлёк фамильяр рагнара. Взмахнув длинным хвостом, волк передислоцировал свою голову ко мне на колени, полностью завладев моим вниманием.

– Ню! – поправ все законы биологии, сообщило это чудо и потёрлось мордочкой о мою руку.

Честно, я вообще-то не очень сентиментальный человек. Например, при виде симпатичной мягкой игрушки или красивого букета цветов визжать и прыгать от радости, размазывая по лицу слезы и сопли счастья, не буду. Но сейчас, когда Кузьма умильно морщил чёрную пуговку носа, нюкал и вообще активно выражал свою симпатию одной отдельно взятой ведьме, меня пробило на ласку.

– Ой, какая прелесть! Дай, маленький, за ушком почешу! – Каюсь, меня не по-детски развезло на телячьи нежности. – Ой, ты, наверное, булочку хочешь... Ему можно? – Вспомнив о том, что рядом сидит непосредственный хозяин Кузьмы, всё же решил поинтересоваться его мнением.

– Можно, – согласно кивнули мне. – Смотри, он кусается.

– Ты ж мой зубастик! – меня совсем «унесло», и я чуть ли не в носик целовала пушистого зверька, размером со взрослую немецкую овчарку.

– Ню, – разделял мои чувства Кузьма, активно работая челюстями. – Ню!

– С ним, значит, она милуется, а меня как зажигалку использует, – снова скуксился Асука, вернувшийся к нашей гоп-компании.

– Был бы таким же пушистым и няшным, я и тебя бы пожамкала, – отбрила, полностью поглощённая процессом подкармливания и без того не маленького Кузьмы.

Волк довольно жмурился и активно работал челюстями, не отвлекаясь на наши с демонёнком препирательства. Животное, видимо, вознамерилось за один вечер уничтожить месячный запас ведьмовского продовольствия, заныканный по тёмным углам на чёрный день.

– Вот же... послал Сатана хозяйку! – Притворно всплеснул руками рогатый фамильяр, отбирая у меня очередную плюшку, уже практически перекочевавшую в пасть наглого Кузи. – На, тебе сообщение пришло, – и всучил истерично пищащий сотовый.

Открыв нарисованный пикселями конвертик, прочитала всего одно слово: «Почта».

Ну, это и к гадалке ходить не надо: Габриель подсуетился. Вот только почему он не позвонил, а сбросил СМС? Неужели прознал про неудачу с Паршиным? Но ведь у меня в запасе ещё двое суток... А может, Святая Инквизиция осталась недовольна неустановленной личностью Охотника и пропажей вполне весомой и кусающейся туши гуля? Сколько вопросов и ни одного ответа...

Извинившись перед демонами, спустилась на первый этаж. Вытащив запечатанный белый конверт из железного почтового ящика, с содроганием поняла, что это ещё одно задание, ниспосланное начальником. Никому не кажется, что эти проклятые конверты чересчур зачастили ко мне?!

– Асука, почему Смерть прислал ещё одно задание? – Разъярённой фурией ворвавшись в квартиру, сразу же подскочила к вздрогнувшему от неожиданности хвостатику. – Ведь я ещё душу Паршина не забрала, а уже...

– Вась, может тебе стоит этот вопрос уточнить у непосредственного работодателя, а не подлетать ко мне и бить по спине, выражая крайнюю степень своего удивления?! – Разъярённой гадюкой прошипел фамильяр и, от греха подальше, придвинулся поближе к Рафаилу, который с нескрываемым интересом присматривался к непрозрачному конверту.

– Ну, и спрошу! – надулась на всех сразу, чтобы уж никому обидно не было.

Выскочив на застеклённый балкон, открыла окно, позволяя игривому ветерку, наполненному свежестью и прохладой весенней ночи, ворваться на лоджию. Озорной ветерок растрепал мои волосы и нежными прикосновениями пробежался по щекам, успокаивая. Яркие, но такие малочисленные огни оконных проёмов, коими сверкала расположенная через футбольное поле соседская многоэтажка, задорно сверкали в колючей темноте, создавая эфемерное ощущение иррациональности всего происходящего.

Психи – психами, но Асука прав: никто кроме самого Габриеля не удовлетворит моё любопытство. Но кто бы знал, как же не хочется звонить начальнику!

– Привет, соплюшка! – бархатный голос непосредственного работодателя, раздавшийся через пару гудков, отрубил путь назад. – Почему звонишь посреди ночи?

– Как «ночи»?! – Взгляд вспугнутым зайцем метнулся к электронным часам, висящим на стене в гостиной. Без двадцать три... Кошмар! – Ой, прости, пожалуйста, что пришлось так поздно побеспокоить, но этот вопрос не терпит отлагательств, – по крайней мере, для моей нервной системы уж точно.

– Ладно, только давай быстро и постарайся уложиться в пять слов, – судя по всему, я умудрилась оторвать Габриеля от приятного времяпрепровождения.

– Почему пришло ещё одно задание? – уложилась тютелька в тютельку с дозволенным лимитом.

– Ты сейчас исполняешь обязанности Ангела Смерти, значит, и конверты будут приходить регулярно, возможно, даже несколько раз в день, – «обрадовал» работодатель, смачно и немного наигранно зевая в динамик.