Эльф против русской или наши не сдаются (СИ) - Джанг Виктория

— Ладно, пора идти на занятия, — произнесла я со вздохом.

Сегодня лекции пролетели как-то незаметно. Мысли крутились разные, хотелось объять не объятое: немного-немало — всю местную библиотеку. Осталось всего три месяца, и нам придется покинуть стены академии. Что ждет нас там? Муж был взбудоражен, я списывала это на ожидание вестей от гнома. Да и не происходило ничего не обычного, чтобы паниковать. До тех пор, пока не началась тренировка. Последнее время ректор стал приходить на вечерние занятия физической подготовкой, чтобы посидеть с Яриком. Вот и сегодня не стал делать исключения. Как только малышом занялся магистр де Драгог, магистр Хольдер предложил после разминки и бега поединок. Начал он с бабушки, она кинула ему песок в глаза и ударила в пах. На этом закончилась экзекуция для нее, но не для нас.

Дальше шла моя очередь. Вояка измывался на до мной как мог, обычно он бьет вполсилы, и никогда до крови. А тут мужчина перестал сдерживаться, за каждую ошибку помимо тумака отвешивал язвительный комментарий. В какой-то момент он разбил мне нос, губы, бровь. По лицу текла кровь. Джей взревел и рванул к нам. Магистра Хольдера отбросила на несколько метров прицельным ударом. Муж решил добить обидчика, иначе его действия назвать нельзя. Я не знаю в какой момент супруг сначала частично, затем в пылу схватки полностью, трансформировался в огромного медведя. Мы дико испугались. Было очень страшно. Казалось, вижу кошмар наяву. Бабушка унесла Ярослава в башню, пока с ректором пытались докричаться до Джея, — он не слышал.

Зверь внутри него стремился уничтожить угрозу семьи. Магистр Хольдер бил по супругу магией, но она на него не действовала. В последний момент он достал кинжал, и вонзил его мужу в живот. Я кричала. Джей завалился набок. Он тяжело дышал, закрыв глаза. Ректор пытался уговорить его обернуться, в ответ была тишина. Родерик рванул в корпус к целителям. Хольдер сел рядом со мной: «Прости… Я просто защищался».

Слезы текли по глазам, хотелось кричать, выть от бессилия. Время утекало сквозь пальцы, лекарей все не было. Я прижимала к себе голову Джея и просила местного Бога о помощи. Кляла про себя хваленую эльфийскую кровь и магию, кобелистого остроухого папочку, из-за которого вляпались в историю с попаданством. В какой-то момент руки начали светиться, магистр Хольдер сказал направить их на Джея. Но… Было страшно, очень страшно. Вдруг от злости и отчаяния проявилась боевая магия, а я ударю ей мужа. Тогда вояка просто прижал мои ладони к животу супруга. Сначала ничего не происходило, уже было отчаялась, но вдруг края раны стали затягиваться. Дыхание Джея из тяжелого переходило в более размеренное, после того, как от ранения не осталось и следа, муж, не приходя в сознание, обернулся человеком. Я чувствовала, что силы заканчиваются. Оседая на землю, провалилась в обморок.

В себя пришла в нашей спальне, рядом лежал Джей. По комнате обеспокоено ходила бабушка, Ярик плакал и звал меня. Пошевелилась: «Сына, мама здесь, иди сюда». Все отмерли, малыш рванул ко мне, полез обниматься, бабушка позвала ректора.

— Что с Джеем?

Бабушка хотела было забрать внука на руки, но Ярослав не пошел, вцепился в меня и горько всхлипывал.

— Тшшш, мама рядом, с мамой все хорошо. Давай узнаем, что с папой, ладно?

— Папа (протянул сына).

— Виктория, с Джеем всем хорошо, он восстанавливается после первого оборота. Утром станет как новенький. Для его организма это большой стресс, поэтому, если зверь не проявился до 14 лет, считается, что и не появится. Детские кости более гибкие, чем наши. Им надо меньше времени на трансформацию.

— Ясно… Но я хоть действительно его вылечила? Вдруг не доделала все до конца?

— Тише-тише, девочка, ты все сделала правильно и спасла своего мужа. Если бы не ты, мы с целителем не успели бы. Там наши старшие курсы с практики приехали, все с ранениями. Лекарь не мог сразу бежать к нам. У него был пациент. Он перепроверил Джея и подтвердил, что все в норме. Кстати, маг заинтересовался самоучкой «потратившим весь резерв на «плевое» ранение». Теперь он будет тебя учить, и не только тебя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Плевое? Да муж в себя не приходил! Истекал кровью!

— Вика, успокойся. Целитель только имел в виду, что с твоим резервом ты можешь вылечить хоть 20 таких ран при меньшей затрате магии и сил. Только и всего.

— Хорошо, а кого еще будет учить магистр?

— Твою бабушку, у нее тоже на фоне стресса открылись целительские способности. Странно это, ведь ее предки явно не отсюда.

— Ничего странного, моего дедушку считали целителем, знахарем (и это правда, с пеленок знаем эту историю), если хотите — вздохнула бабушка, — К нему ходили все жители деревни и ближайшего города.

Перед смертью дедушка Илья хотел передать дар мне, не маме, она тогда сильно скандалила. И я отказалась. Думала, что не зря (тихий вздох). Я ведь вообще не умела раньше говорить нет, жила для других. Сначала для сестер, потому что мать хотела путешествовать, найти себе мужа

Потом жила для супруга и детей. Когда его и сыновей не стало, вот тогда о даре пожалела. Спасти ведь могла… Для меня мир померк. Только внуки и помереть не дали. Жила теперь для них. Вика часто говорила, чтобы бы прекратила им деньги совать, выросли все уже, да только как? Для меня они всегда маленькими будут.

Вика — моя старшая внучка, она всегда мне помогала. Приедет, всегда уберется, я хоть о пыли и полах не думаю. Копейку сама могла подкинуть, где одежду привезет, где полотенца, где продукты. Никогда с пустыми руками ко мне не приходила, — дочь моя научила.

Даже сюда с собой забрала, чтобы мне одиноко не было. Я всю жизнь врачом работала, людям помогать хотела, от дара-то отказалась. А поди ж ты, он здесь меня нашел.

Я подошла к бабушке с сыном на руках. Меня все еще шатало от слабости, но так хотелось ее обнять. Ее глаза увлажнились, она прижала нас к себе.

— Хм, тогда все с вами понятно. Сейчас принесу артефакт и узнаем, что в вас проявилось еще. Надо будет аккуратно выяснить про родню Джея (задумчиво).

— Подождите, а магистр Хольдер? Как он? И почему он сегодня был так жесток?

— Он сам тебе сейчас все расскажет.

— Виктория, прежде всего хочу попросить у вас прощения. С Джеем пока говорить не рискну, убьет еще (с кривой улыбкой). Не смотрите так, я дал клятву Наталье Сергеевне, что не наврежу вашей семье.

Началось все где-то с месяц назад. Тогда во время тренировок заметил, что глаза Джея светятся в разгар боя, но как бы его не провоцировал, оборот не происходил. За все 30 дней он ни разу не поддался на мои ухищрения.

Понимаете, для него было опасно и дальше игнорировать зверя. Если бы не сегодняшняя драка, он обернулся спустя пару дней сам, но человеческого в нем ничего бы не было. И вряд ли мы все остались целы. Поэтому я спровоцировать его через вас. Да, мне стоило посвятить в свои планы хотя бы ректора. Но что сделано, то сделано. Еще раз прошу меня простить.

— Вы хотите сказать, что выбора у вас не было? Допустим, действовали вы из лучших побуждений, когда «пробудили» зверя. Но почему вы не подготовились к дальнейшим событиям? Вы же понимали, что он кинется в попытке разорвать обидчика его семьи. Не могли это не понимать. Джей… он мог умереть из-за вас!

— Понимал, но думал, что он будет слабее, и я смогу с ним справиться. Я ведь дракон, значит сильнее… Так мне казалось.

— Любой самец будет биться до конца за свою самку и потомство. Простите, Виктория, за сравнения. Ты, мой друг, был самонадеян. В наказание будешь сам объяснять все Джею и тренировать его новые способности тоже будешь сам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но, ректор! Вы же шутите! Он меня теперь врагом своим считает! Даже если человеческая ипостась все поймет и примет, то животное будет мстить на уровне инстинктов.

— Сам виноват. Теперь разгребай. Так, дамы, я принес артефакт, сейчас с вами все и узнаем.

— Начнем с Натальи Сергеевны.

Ректор сначала выпроводил магистра Хольдера за дверь, ворча, что соглядатаи ему тут не нужны, и только потом достал из деревянной резной шкатулки на вид совершенно обычный камень. -