Антон Медведев - Орден Люцифера

Ознакомительный фрагмент

Потирая ушибленное плечо, Илья мрачно смо­трел на автомобиль. Он слышал об этом человеке: поговаривали, что он состоял в охране какого-то «авторитета». Частенько скандалил с соседями, по ночам из его квартиры нередко доносились пьяные крики и громкая музыка.

Джип медленно отъехал от подъезда, Илья про­водил его мрачным взглядом. На душе стало еще гаже — его снова оскорбили. И что он смог сделать в ответ? Да ничего. Этот бугай сам кого хочешь в асфальт закатает. Причем в прямом смысле.

Этим вечером он не работал — просто сидел и смотрел телевизор. Пожалуй, впервые в жизни он так остро ощутил нехватку власти. О, если бы у него была колдовская сила, как у Виктора! Схватить негодяя за горло невидимыми руками, приподнять. Ударить об стену, перевернуть. И чтоб хрипел, хрипел... А самому стоять в стороне, контролируя все одним лишь взглядом — и улыбаться. И обяза­тельно, чтобы кто-нибудь это увидел. Чтобы слух прошел, чтобы поняли: с ним, Ильей, лучше не свя­зываться-

Спал он плохо, несколько раз просыпался. Тем не менее, один сон запомнился очень хорошо: ему сни­лось, что он встретил того самого негодяя. Испугался было его грозного вида, и тут откуда-то сзади вышел Ларч. Зарычав, пес обнажил клыки и прыгнул. Илье оставалось лишь смотреть, как собака, сбив врага с ног, рвет его горло острыми клыками...

Утром, уже в десятом часу, он отправился за продуктами. Выйдя из подъезда, увидел милицей­ский «уазик». Тут же стояло несколько иномарок, рядом со скамейкой несколько человек, по виду ти­пичных «братков», что-то обсуждали.

— Да в том-то и дело, что Ленка ничего не ви­дела, — объяснял один, высокий детина в кепке. — Говорит, что проснулась, когда он захрипел и на­чал в постели биться. Испугалась, ночник включи­ла — а Ванька весь в крови.

— Так что, его ножом кто полоснул? — спро­сил второй.

— Да не видела она никого. Дверь закрыта, на балкон тоже. И не ножом это — я же видел, когда его увозили. Горло просто вырвано, позвонки видать...

Илья почувствовал себя нехорошо. Осторож­но прошел мимо машин и направился к магазину, чувствуя, как противно колотится сердце. Вань­ка — это Иван Селин, тот самый, что толкнул его вчера у подъезда. Ленка — его жена. Речь точно шла о них, в этом Илья был уверен.

В памяти снова всплыл сон: Селин лежит на земле, Ларч с утробным рычанием рвет его горло. Просто совпадение?

Когда Илья вернулся, у дома уже никого не было. Лишь несколько женщин у соседнего подъ­езда что-то оживленно обсуждали. Что именно, он разобрать не смог. Поднявшись к себе, запер дверь, отнес сумку с продуктами на кухню. Потом прошел в мастерскую и взглянул на картину с Ларчем.

Ему показалось, что пес улыбается. Улыбка была едва заметна — тем не менее, Илья готов был поклясться, что раньше ее не было. Картина изме­нилась — чуть-чуть, самую малость. Или он про­сто не замечал этой улыбки прежде?

Он смотрел на собаку и понимал, что не ошиба­ется. Раньше в глазах пса была только ненависть. Теперь появилось что-то вроде радости. Не потому ли, что Ларч обрел хозяина?

Нужно было срочно поговорить в Виктором, по­этому Илья потянулся за телефоном.

Виктор ответил сразу.

— Привет, Илья. Прости, одну секунду... — В трубке послышалось какое-то копошение, при­глушенный женский смех. — Да, я слушаю тебя...

— Я бы хотел поговорить с тобой. Мы можем встретиться?

— Сейчас нет. А вот часика в три дня — пожа­луйста. Подъезжай ко мне — посидим, поболтаем. Все, извини, эта девчонка сводит меня с ума... — Снова послышался смех, связь оборвалась.

Илья вздохнул, положил телефон на стол. Взглянул на собачий портрет — Ларч продолжал улыбаться. Настроения не было, поэтому Илья лег на диван и закрыл глаза.

Он даже успел немного вздремнуть. Снов не видел и был этому рад. Проснувшись, взглянул на часы — надо поторопиться...

К дому Виктора он подъехал как раз вовремя. Его встретила Инга, домработница, и сразу при­гласила в дом.

— Мастер уже ждет, — сухо сказала она.

Виктор был в своем кабинете на втором этаже. Он сидел в массивном кожаном кресле и чистил когти маленьким изящным кинжалом с черной по­лированной рукоятью. Увидев гостя, приветливо улыбнулся.

— Садись... — Он указал на второе кресло. — Ну, и как наши успехи?

— Так себе... — отозвался Илья и после не­большой паузы рассказал о том, что случилось этой ночью.

Виктор слушал его очень внимательно. Выслу­шав, пожал плечами:

— И что тебя встревожило? — спросил он, по­игрывая кинжалом. — Ты должен привыкать к та­ким вещам.

— Но ведь этот человек умер! — с нажимом произнес Илья. — И я подозреваю, что это сде­лал Ларч.

— Разумеется, это сделал Ларч. Ты его хозяин, и в обязанности пса входит защищать тебя. Ларч сделал то, что должен был сделать.

— Но это ненормально... Что, если он нападет еще на кого-то? Мало ли кто мне снится.

— Если не хочешь, чтобы он убивал без при­каза, следи за ним, — снова пожал плечами Вик­тор. — Научи его слушаться себя.

— Как я могу его научить, когда я сплю? — мрачно отозвался Илья. — Ведь это происходит не днем, а во сне.

Виктор смотрел на него с едва заметной улыбкой.

— Однажды ты поймешь, что между сном и этой реальностью нет никакой разницы. Все это — части целого. Чтобы контролировать сон, тебе пока просто не хватает силы. Но сила — дело нажив­ное. Пожалуй, — тут он задумчиво потер подбо­родок, — настало время для ритуала посвящения. Ты должен доказать, что достоин того, чтобы идти по этому пути.

— Ты мне не говорил ни о каком посвяще­нии, — нахмурился Илья.

— Говорю теперь, — спокойно отозвался Вик­тор. — Всему свое время. Сейчас ты лишь коснул­ся силы тьмы. Теперь тебе предстоит с ней срод­ниться.

— И что это за ритуал?

— Ты принесешь Сатане жертву и поклянешь­ся ему в верности.

— Ты это серьезно? — не поверил Илья.

— Абсолютно. Не бойся, это будет не человек. От тебя потребуется лишь твердость руки. В про­шлый раз ты произвел на членов Ордена хорошее впечатление, постарайся его не испортить. От того, как ты себя поведешь, зависит и отношение к тебе в дальнейшем.

Илья молчал. То, что он услышал, ему не по­нравилось.

— Не трусь, — подбодрил его Виктор. — Все не так страшно. Сначала ритуал, потом пирушка. Будет весело.

— Я надеюсь, — вымученно улыбнулся Илья.

— Вот и отлично. Как насчет бокала вина и партии в бильярд?..

Домой Илья вернулся около девяти вечера. Го­лова слегка кружилась от выпитого, но чувство­вал он себя неплохо. Теперь Илья понимал, что его неудача с Ольгой вызвана именно нехваткой силы. Чтобы покорить такую девушку, нужно не­что большее, нежели столик в ресторане и дол­лары в кармане. Нужна сила, и эта сила у него скоро будет...

Точная дата ритуала была неизвестна. Виктор сказал, что не все члены Ордена сейчас в городе: двое находятся в Швейцарии и вернутся только к воскресенью. Кроме того, проведение ритуала тре­бовало некоторой подготовки.

— Я позвоню тебе за пару дней до церемонии, — пообещал он. Илье оставалось только ждать.

Всю следующую неделю он работал. Работа спорилась, Илья думал о том, что при таких тем­пах он за пару месяцев сможет написать десятка два картин — вполне хватит для персональной вы­ставки. Эта идея его так вдохновила, что он решил пока больше картины не продавать, тем более что денег хватало. В том, что ему удастся устроить вы­ставку, Илья уже не сомневался.

Ближе к воскресенью он закончил самую удач­ную свою работу — «Замок Пойманных Душ». Это место он тоже видел во сне, и увиденное потрясло его болью и отчаянием. На полотне не могли уме­ститься все бесчисленные чертоги замка, но далее то, что получилось, внушало трепет. Темные по­трескавшиеся стены, старые покосившиеся двери. Покрытые паутиной люстры с давно сгоревшими свечами. Древние кровати, на которых никто не спит. Тяжелые высокие шкафы со старинными фо­лиантами. И повсюду здесь были Тени. Тени лю­дей. Тени тех, кто когда-то вошел в этот замок и не смог его покинуть. Мужчины, женщины, дети — их тела давно истлели, но души так и не смогли об­рести покоя. Заточенные в стенах древнего замка, будучи не в силах вырваться из него, они желали уже не жизни — забвения...

Когда Илья оказался в этом замке, он был просто потрясен — к нему тянулись сотни рук, в сознании звучала какофония голосов, моливших о пощаде. Спаси, уведи, выведи. Проведи к свету... Илья пом­нил, как увидел прямо перед собой худенькую де­вочку в легком белом платье. Девочка не просила, как другие, а просто смотрела на него. Ее глаза были полны тоски. Илья не заметил, как его рука нашла руку девочки — он пошел по коридору, ведя ее за собой. Тяжелая дубовая дверь сама распахнулась перед ним: казалось, еще немного, и девочка будет

спасена. И тут что-то произошло: Илья ощутил, что его спутнице становится все труднее идти, что ее что-то держит. Потянул ее изо всех сил, пытаясь вырвать из объятий ледяной пустоты. И не смог...