Сара Зеттел - Наследие чародея

Спустившись на два пролета по каменной лестнице с деревянными перилами, они миновали похожую на пещеру кухню, откуда доносились запахи еды и напитков, а также грохот, звон, крики и проклятья, которые вкупе создавали шум не менее значительный чем в Большом зале. Наверняка здесь тоже радовались исцелению императора, однако радость эта выражалась и в том, что поварам с поварятами пришлось спешно готовить пир.

За кухнями располагались длинные спальные помещения для прислуги. Это были весьма скудно обставленные комнаты с рядами аккуратно заправленных кроватей. В изголовье каждой стоял сундучок, а в противоположных концах комнат были установлены большие изразцовые печи. В спальнях было настолько же пусто, насколько было людно в кухнях.

Пройдя через общие комнаты, Беюль отворила дверь в отдельную комнатушку с четырьмя складными кроватями и малюсенькой печкой. Чтобы в каморку проникал свежий воздух, два решетчатых окна были приоткрыты. Из-за этого в комнате было довольно прохладно, но это все же было полезнее для здоровья, нежели духота. Ричика лежала в кровати у самой печки. Бриджит бросилась к ней. Лицо измученной болезнью девушки было бледным, даже землистым. Постель была мокра от пота и смята — видно, Ричика металась и ворочалась в бреду. Но теперь она застыла в мертвенной неподвижности, и только пальцы сжимались и дрожали во власти лихорадочных видений воспаленного мозга.

— О, господи… — Бриджит потрогала лоб девушки: он был горячим и влажным. — Нужно сбить температуру. Почему никто…

— Мы приложили ей к ногам горчичный пластырь и растирали спиртом. — Пухленькая лекарша подошла следом за Беюль. — Я ее всю обложила льдом и послала принести еще, да только ничего не помогает.

Она вытерла руки о поношенное серое платье, которое, очевидно, служило ей и передником.

— Хорошая была девушка, — покачала головой лекарша со стоической печалью человека, который видел так много смертей, что смирился с обыденностью этого зрелища.

Но Бриджит не собиралась сдаваться так быстро.

— Должен же быть какой-то способ! — вскричала она, с надеждой глянув на Сакру.

— Есть, — кивнул тот, присел на краешек кровати и коснулся запястья девушки. Она застонала и отдернула руку. — Если только еще не слишком поздно. Мне нужно что-то из ее вещей. Что-нибудь, что она носила.

Лекарша нахмурилась и хотела было что-то возразить, но Беюль взяла инициативу в свои руки. Она открыла сундучок, что стоял в изголовье кровати, вынула оттуда коричневый бархатный кушак и протянула Сакре.

— Усадите ее.

Бриджит взяла Ричику под мышки и осторожно приподняла на кровати. Она почти ничего не весила — все ее тело сожгла лихорадка.

Сакра поднес пояс к потрескавшимся губам Ричики.

— Пожалуйста, подышите сюда, сударыня, — пробормотал он. Неизвестно, услышала та его или нет, но из ее рта вместе с дыханием вырвался тяжелый хрип. — Хорошо, умница. Теперь еще раз.

Бриджит закусила губу и надавила на спину Ричики, чтобы вызвать еще один хриплый вздох.

Сакра нараспев начал читать заклинание — короткие, отрывистые, ритмичные слова. Они повторялись снова и снова, вихрем кружась по комнате. Песнь то убыстрялась, то становилась медленней, то затихала, то снова набирала силу, а Сакра тем временем начал завязывать на поясе узелки. Пальцы его двигались быстро и уверенно. Бриджит почувствовала, как слова заклинания просачиваются сквозь кожу в кровь, ускоряя биение сердца.

Не переставая петь, Сакра поднялся на ноги. Беюль, похоже, знала, что сейчас произойдет: она схватила какую-то тряпицу и распахнула дверцу печи. Сакра швырнул пояс в огонь.

Из печи вырвалось облако искр, пепла и дыма, а из груди Ричики долгий вздох. Ее тело судорожно дернулось в руках Бриджит и обмякло.

— Нет! — Бриджит в отчаянье прижала Ричику к груди, но тут же ахнула от удивления: кожа девушки стала прохладной, дыхание — ровным и спокойным, без ужасающих хрипов.

Сакра вытер пот со лба:

— Она проспит около суток. А когда проснется — будет здорова.

— Слава богу! — Бриджит уложила Ричику на подушку и поправила одеяло. — Спасибо вам.

Сакра пожал плечами:

— Рад, что и я смог помочь вам. Для разнообразия.

Все происшедшее, похоже, не впечатлило только хмурую лекаршу. Похоже, ей одинаково не нравились и вызванные колдовством болезни, и вызванные колдовством исцеления. Она решительно шагнула вперед, потрогала лоб Ричики, пощупала пульс и сказала:

— Ну что ж, если ей нужно спать, то вам, господа, лучше уйти.

— Разумеется, вы правы, — покорилась Бриджит, как, бывало, соглашалась с миссис Хансен. Боже, как давно это было!

Следуя за Беюль обратно через общие спальни, Бриджит и Сакра улыбнулись друг другу. Похоже, процесс исцеления Ричики не только не утомил чародея, но даже наоборот, придал новых сил. Бриджит невольно залюбовалась его блестящими теплыми глазами и обаятельной улыбкой.

Должно быть, ее взгляд задержался на нем слишком долго, поскольку Сакра беспокойно нахмурил брови.

— Беюль, иди-ка вперед и предупреди их императорские величества, что мы возвращаемся.

Приказ был довольно странный, но Беюль ничего не сказала и с поклоном повиновалась.

Когда та отошла так далеко, что уже не могла их услышать, Бриджит спросила:

— Что случилось?

На Сакру вдруг напала странная нерешительность.

— Думаю, Калами кое о чем умолчал, — после долгой паузы вымолвил он. — Кое-что о природе чародеев. А ведь вы тоже из этого племени.

Бриджит вздохнула:

— Если это что-то важное, и к тому же правда, то наверняка умолчал.

Сакра усмехнулся, но тут же снова посерьезнел:

— Вы должны это четко уяснить, Бриджит. Мы устроены так, что нас притягивает сила. Она влечет нас, зовет. Те, кто учился чародейству с детства, знают об этом и умеют отличать подлинные чувства от магического притяжения.

Бриджит уже поняла, к чему он клонит.

— О, нет! — Она отвернулась. — Боже всемогущий, до каких же пор я буду выставлять себя посмешищем!

— Пожалуйста, госпожа Бриджит, — послышался сзади голос Сакры. — Я не хотел оскорбить вас.

Она подняла руку, чтобы его остановить, но не обернулась:

— Нет-нет. Вы правильно сделали, что сказали. — К горлу подступила тошнота. Как она могла забыть, что это просто волшебство? После того, что сделал с ней Калами, как она могла так легко впасть в заблуждение?

— Я сказал это, потому что не хочу, чтобы вы отвечали на мою симпатию только из-за магических сил. — Сакра встал перед Бриджит. — Какие бы чувства вы ко мне ни питали, я хочу, чтобы они были искренними и исходили из самого сердца.

Он был совершенно серьезен и спокоен, но за его словами крылось что-то большее. Робкая надежда. Бриджит вдруг почувствовала, что все слова и даже мысли оставили ее в эту минуту.