Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

…Если бы в тот момент посмотрела на себя со стороны, я бы крайне удивилась, как, все-таки, отличаются мои чувства к Сергею по сравнению с Лионом. С вампиром я никогда не ругалась, ни разу в жизни. С Волком все не так. И, наверно, я бы сама себе никогда не призналась, что мне нравится ругаться с этим самоуверенным, самовлюбленным оборотнем, который совершенно не считается с моим мнением. Это приносит какое-то разнообразие в мою жизнь. Но в то же время, порой было хорошо и без такого "разнообразия". Порой хотелось понять его и быть понятой, как это бывало с Лионом…

Глава восьмая

Пять шагов вперед. Пять шагов назад. Увернутся от дивана и снова повторить упражнение. Главная задача — ничего не пинать, стены не ломать, пыхтеть исключительно себе под нос и не обращать внимания, что за мной наблюдают.

Что случилось? Да до меня, наконец, дошло, почему уехал Сергей. Никаких экспедиций не было, просто у оборотней слишком развита интуиция, вот он и смылся от всех проблем. А, может, у него прорезался какой-нибудь наследственный дар предвидения, как у Оси? Иначе слишком вовремя он уехал, а потом чересчур предусмотрительно не появлялся. Правда, если он таки предвидит будущее, ему лучше не попадаться мне на глаза ближайшие несколько лет, чтобы мое желание удушить его утихло.

Я резко остановилась и в упор посмотрела на того, кто внимательнейшим образом наблюдал за моими метаниями. Полюбовавшись на него с полминуты, несколько возмущенно поинтересовалась:

— Вот скажи, Леш. Неужели так трудно было спросить меня? И почему он все рассказал тебе, а мне не удосужился пояснить даже какие-нибудь мелочи? Боится он меня, что ли?

Посмотрев в ответ на меня крайне задумчиво, сыночек деловито заявил:

— Я, может, и гений, но все равно не понимаю, о чем ты.

Я опешила. Как можно не понять, о чем я, если я тут уже с час распинаюсь, обзывая Сергея и его умственные способности самыми ядовитыми сорняками? Ах, да… Я же все это делала исключительно про себя, вслух только пыхтела и выдавала такие глубокомысленные восклицания, как: "Да как он мог!", "Ну он у меня попляшет!", "Фыр!".

Сделав глубокий вдох и выдох, я постаралась как можно более кратно прояснить ситуацию:

— Я говорила о Сером. О том, что он объявил меня Ведущей, не спросив меня, но рассказав об этом тебе. Где логика? Или, может, он вообще у тебя спрашивал разрешение, как у "мужчины семейства"?!

Протянув понятливое "а-а", Леша кивнул и беззаботно заявил:

— Ничего он не спрашивал. Даже более того, ничего не рассказывал.

— Как это? — искренне удивилась я, плюхнувшись на кровать, около которой так удачно остановилась. — Разве не ты сказал Радогору, что я Ведущая?

Леша явственно смутился, что заставило меня заподозрить, что…

Перебив мои мысли, сыночек поспешил быстро вставить:

— Эврика, не сердись! Я хотел, как лучше! Тем более… это правда!!!

Последнее предложение Леше пришлось произносить быстро, громко и уворачиваясь, потому что мне в голову пришла замечательная идея по отрыванию детских ушей для как-нибудь темных зелий (мало ли, вдруг какая-нибудь ведьма решит вспомнить средневековье), а тело как-то само собой попыталось воплотить ее в жизнь. Услышав последние слова сына, я замерла и попыталась уточнить:

— То есть, как это — "правда"? Леш, не путай меня, расскажи толком!

— А ты обещаешь выслушать до конца? — деловито поинтересовалась голова, осторожно высунувшаяся из-за дивана, где спрятался мальчик.

— Обещаю, обещаю, не боись. В крайнем случае, твои уши точно послужат современной науке.

С сомнением глянув на меня, Леша все-таки вылез на свет и принялся объяснять.

— Все очень просто. Я не могу объяснить словами, как и не могу сказать, что для меня делает Серого особенным среди других волков, но я это чувствую. И ты она и есть. Ведущая, то есть.

Понятно. Понятно, что ничего не понятно, как говорится. Я вздохнула. Немного подумав, все-таки решила уточнить:

— А ты это почувствовал до того, как сказал об этом Радогору, или после?

Помолчав, Леша с уверенностью заявил:

— До того.

— А если вспомнить первый день после инициации? Тогда ты это уже чувствовал?

— Не помню, — честно заявил сыночек, пожав плечами и забираясь ко мне на диван.

— Ясно. А ты случайно не знаешь, как это происходит? Я имею в виду, как становятся Ведущей. Тебе наставник не объяснял?

— Нет. Сказал, что мне еще рано это знать.

— Даже так… — рассеяно протянула я, погладив Лешу по голове и растрепав ему волосы. Нет, ну нравится мне это делать!

А между тем шанс оправдаться у Сергея угас. Раз Радогор отказался отвечать, значит, получение "титула" Ведущей происходит не само собой, а это приводит к тому, что Серый все-таки был обязан спросить меня, прежде чем что-нибудь сделать. Ну что же, он сам себе выкопал могилу.

Видно, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Леша неожиданно и крайне осторожно попросил:

— Мам, пожалуйста, ты его не убивай, он еще Стае пригодится. Да и Ника грустить будет, если что…

Я задумчиво глянула на сыночка и, проказливо улыбнувшись, клятвенно пообещала:

— Так и быть, подумаю над этим. Но кое-что точно оторву… — Нарочито мечтательный вздох дополнил картину, заставив Лешу покоситься на меня еще опасливей, чем раньше. Полюбовавшись на эту милую мордашку, я не удержалась и рассмеялась. — Ладно, шучу я. Будет живой твой любимый Вожак, будет. В конце концов, сама потом несколько буду жалеть, если он лишится… кхм… головы. Лучше расскажи, как там Наника? Тоже ходит к Радогору?

— Угу, заходит иногда. Учиться ей уже не надо, она все-таки полноценный оборотень, но ей просто приятно общаться с дедушкой, он много чего интересного может рассказать. А еще Ника меня учит всякому. А вчера вместе с ней приходил Олег из школы. Просил передать тебе привет…

Слова про привет прозвучали очень невинно — все-таки забыл передать. Я хмыкнула и продолжила свое темное дело по превращению прически в незнамо что, с любопытством поинтересовавшись:

— Что еще говорил? Как там в школе?

— Без нас, говорят, скучно, — довольно ухмыльнулся Леша. — Зато наши легенды все еще живут. Даже есть некоторые, кто действительно верит, что тебя иностранный консультант переманил к себе в страну.

— Ах, если бы так и было! — патетически всплеснула руками я и рассмеялась.

— Ага, а то ты совсем заскучала, — ехидно согласился сыночек, выразительно глянув на мою несчастную стрекозу, которая гордо висела в рамочке на стене.

Я тоже посмотрела туда и скисла. Что делать с работой, а, вернее, с ее отсутствием, у меня до сих пор не было ни малейшего понятия, несмотря на советы Оси (она советовала вернуться в "боевики", мол, тогда скучать не придется) и дяди Алекса (куда он предлагал пойти, и так понятно).