Майкл Салливан - Персепливкис

— Она правильно говорит! — согласился Данстан, словно пробудившись ото сна. — Вам нужно уходить. Если Ларет тебя увидит…

— Ларет? Посланник? Он все еще здесь?

— Он и не уходил, — сказал Осгар.

— Он обвинил лорда Болдуина в предательстве, — вмешался плотник Вилфред.

— Сивард погиб во время схватки, — печально сказала Армигиль. — Ларет запер бедного Болдуина в его собственной темнице, вот почему тебе и твоим друзьям нужно уходить!

— Слишком поздно, — заметил Ройс, глядя на дорогу, ведущую к особняку. — К нам направляется отряд солдат.

— Кто они такие? Императорские войска? — спросил Адриан.

— Похоже на то. Они в форме, — сказал Ройс.

— Что происходит? — спросила Ариста, подходя ближе.

Она радостно улыбнулась, увидев Данстана и Арбор.

— Эмма! — испуганно сказала Арбор и замолкла.

Этот ее испуг вызвал у Аристы удивление, но в следующую секунду она весело рассмеялась.

— О, дорогая… — хотела что-то сказать Армигиль, как вдруг заметила фургон, откуда выглядывали заспаные Элли и Мерседес, и заметно расстроилась.

— Вы и детей взяли с собой?

— Может, их еще не поздно где-нибудь спрятать? — спросила Арбор.

— Они нас уже заметили, — возразил Осгар.

Мовин подошел к Ройсу и всмотрелся в даль, где солдаты уже начали спускаться по склону холма.

— Сколько ты насчитал? — спросил он Ройса.

— Двенадцать, — ответил тот. — И с ними Ларет.

— Двенадцать? — удивленно повторил Мовин. — Серьезно?

Ройс пожал плечами:

— Может быть, тот тип, который туда убежал, рассказал, что с нами женщины и дети.

— Но их двенадцать?

— Точнее, одиннадцать.

Мовин закатил глаза и сложил руки на груди, с неодобрением глядя на приближавшихся солдат.

— Значит, Ларет заставляет вас всех работать в поле? — спросил Адриан, привязывая лошадь.

— Ты совсем лишился рассудка? — закричала Армигиль. — Что ты болтаешь? Они идут, чтобы тебя арестовать, если повезет, конечно! Они бросят тебя в темницу, изобьют и заставят голодать или даже станут пытать. У Ларета не все в порядке с головой.

Минс и остальные мальчики собрали лошадей и привязали к фургону, после чего вежливо поклонились жителям деревни.

Вскоре послышался топот тяжелых сапог. Солдаты маршировали двумя шеренгами, шесть человек впереди и пять позади. Все они были в кольчугах и шлемах. Первая цепь держала наперевес копья, вторая — арбалеты. Ларет ехал за ними на пятнистой кобыле светлой масти с черной мордой и белым кругом вокруг одного глаза. Посланник почти не изменился после их последней встречи. У него был все тот же жестокий взгляд, на лице застыло воинственное выражение. Однако одежда стала заметно богаче, на нем был толстый парчовый плащ с бархатным капюшоном и красивые длинные перчатки, украшенные шевронами. Темные бриджи и башмаки с медными пряжками, в которых отражалось заходившее солнце, завершали наряд.

— Ага! Сын кузнеца! — воскликнул Ларет, как только увидел Адриана. — Вернулся за наследством? Или тебе больше негде прятаться? А это еще что за разбойники? — Он усмехнулся и взмахнул рукой. — Не сомневаюсь, что они такие же преступники, как ты. — Ларет немного помолчал, заметив эльфов, но тут же снова перевел взгляд на Адриана: — Ты привел их сюда на ночлег? Думаешь, сможешь спрятаться среди старых друзей? — Он указал на Ройса. — О да, тебя я тоже помню. — Затем он посмотрел на Аристу: — Не думаю, что они так же легко впустят тебя в свои дома после того, как я их как следует наказал. — Он посмотрел на Данстана, виновато опустившего глаза. — Они получили урок за то, что скрывали беглецов. Теперь пришло твое время. Арестуйте всех. А на этих двоих наденьте цепи.

Он указал рукой на Адриана и Ройса. Солдаты успели сделать всего один шаг вперед, прежде чем Адриан обнажил свои мечи. Остальные последовали его примеру. Слева вперед выступил Деган, рядом с ним Магнус, который держал в руке свой молоток. Эльфы выступили вперед и закрыли собой Ройса, который явно был этим недоволен. Даже мальчишки вытащили свои кинжалы, кроме Кайна и Минса, у которых не было оружия, но и те сжали кулаки.

Солдаты колебались. Ларет недовольно забарабанил пальцами по луке седла.

— Я же сказал, арестовать их!

Один из солдат, стоявший ближе всего к Ройсу, попытался достать его копьем, но эльф-телохранитель ловко обрубил ему наконечник. Солдат отступил с древком в руках. Остальные солдаты застыли на месте.

Ларет покраснел от гнева.

— Вы нарушаете приказ и сопротивляетесь аресту! Вы не подчинились имперскому посланнику, назначенному магистратом и управляющему этими владениями. Я требую, чтобы вы прекратили сопротивление! Сдавайтесь, или властью, данной мне императрицей, вы будете казнены на месте!

Никто не пошевелился.

— Я не припоминаю, чтобы давала вам хоть какую-то власть, не говоря уже о разрешении убивать членов моей свиты, — сказала Модина, подходя ближе.

Ларет поднял руку, чтобы защитить глаза от лучей садившегося солнца, и, прищурившись, посмотрел в ее сторону.

— А это еще кто?

— Вы меня не узнаете? — спросила Модина спокойным мелодичным голосом. — Однако вы только что упомянули мое имя. Позвольте представиться, быть может, это пробудит вашу память. Я убийца Руфуса, высшая жрица церкви Нифрона, ее королевское величество и императрица Модина Новронская.

Она отбросила в сторону одеяло. Крестьяне дружно ахнули. Арбор отшатнулась и схватила Данстана за руку, и Адриан мог бы поклясться, что Армигиль прошептала: «Будь я проклята».

Императрица предстала перед всеми в своем великолепном платье, в роскошной длинной накидке из черного бархата с вышитым имперским крестом, которую она надела перед тем, как представиться.

— Нет, это невозможно! — пробормотал Ларет. — Это фокус, не так ли? Вам не удастся меня одурачить. Посмотрите на нее, она самозванка, лжеимператрица. Немедленно сложите оружие и подойдите ко мне, в этом случае я казню лишь сына кузнеца и его дружка. А если вы бросите мне вызов, то умрете все!

В этот момент все солдаты с арбалетами начали хлюпать носами. Потом один за другим принялись чихать, а еще через мгновение с громкими хлопками начала лопаться прочная тетива арбалетов, и металлические стрелы попадали в грязь.

Адриан посмотрел на Аристу, на губах которой играла озорная улыбка.

— Пока вы еще больше не усугубили своего положения, — продолжала Модина, обращаясь к Ларету, который заметно встревожился, — позвольте представить вам мою свиту. Это принцесса, а теперь и королева, Ариста из Меленгара, покорительница Ратибора и великолепная колдунья.