Татьяна Каменская - Эртэ

— Но как я узнаю её…настоящую? — доктор был в растерянности.

— Узнаешь! — улыбнулся старик усталой улыбкой. — Ты её уже знаешь…

— Но… — попытался возразить доктор. — Как-же я…

— Молчи! — шепнул старый шаман. — Молчи и смотри! Гора Ос, откроет, наконец свои тайны. Идём, уже пора!

Отчего он сразу не догадался, что это и есть та самая гора, где дикая природа и бездонное небо слились в единое целое. Гора ос и пчёл, диких и послушных природе! Они живут так, как повелела им природа, как сотворил их создатель. Они живут в своём первозданном мире, старятся и умирают, опять рождаются, опять умирают, и так из года в год, из века в век. Гора, где соседствуют хищники осы и трудяги пчелы. Каждое лето пчелы собирают свой дикий мёд, хмельной и терпкий. Они воспроизводят потомство и изгоняют матку из роя, и всё это во имя Любви. А осы живут по своим хищным законам, поедая мёд у пчел, словно принося им массу неприятностей, но в тоже время оберегая гору от других хищников. Но так их создали, и они просто живут, ничего не зная о жизни, о смерти, о любви, и о ненависти, потому-что сама Любовь заложена даже в них. Любовь создателя. Но ведь это мир природы! Мир гармонии…

— Смотри! — шепчет старик, слегка ударяя ладонью в свой потёртый бубен. — Смотри и запоминай! Это идут последние минуты перед новым отсчётом времени. Через мгновение прежняя эпоха уйдёт, сгинет без следа в прошлое, хотя, что я говорю? След её останется, какая — бы эта эпоха ни была. След, который будет жить в воспоминаниях прошлого Времени. А ты, уже обычный человек, будешь судить это прошлое по своим меркам, раскладывать его по полочкам, выворачивать наизнанку все его нелицеприятные моменты, трусить как грязное бельё, как наволочку, в которую полным- полно набилось мелкого и ненужного пера или отрепья…

Эх, ну до чего же мы умны задним числом, если не задним местом, мой друг! Мы спотыкаемся об одни и те же камни, но не убираем их, а наслаждаемся этой болью, наступаем на грабли, даже набиваем себе шишки на лбу, но опять наступаем на те же самые грабли с завидным упорством.

Как порой мы мучаемся в поисках истины, не замечая, что Истина-это мы сами, и вся наша жизнь, которая кажется нам однообразной, скучной и однобокой, никому ненужной и не важной. Оказывается, мы не приемлем рутину, мы боимся её, и в тоже время мы погружаемся в неё с удовольствием, не замечая, что именно тогда, наконец — то, мы обретаем спокойствие души, обрекая себя на тот путь, каким развивается всё человечество, обретая Истину жизни. Но нам скучно подумать об этом, и мы сознательно отбрасываем прежний опыт человечества, и стонем и стенаем от зависти к какому-то прошлому, и даже болеем от зависти неизвестно к чему. К прошлому, настоящему, и даже к какому-то будущему, не иначе! И страдая от нереализованных мечтаний, мы поднимаем своё тело, подключаем свои эмоции, и куда-то идём. И что-то совершаем. Мы думаем, что идём своим путём, а на самом деле повторяем свой- чужой, плохой, или хороший опыт. И в этом вся наша Жизнь, и в этом вся наша Истина, истина существования человека!

Вот и сейчас, мы стоим на линии, что разделило время на две половины. До того, и после того… Посмотри на эти сполохи! Это и есть отсчёт нового времени новой эпохи. Эпохи, в которой не должно быть места проявления человеческой агрессии и ненависти. Но едва ли до определённого момента человек уразумеет, что каждый палец на его руке самый важный, что каждая клеточка его тела ему дорога. Человек видит всю руку целиком, а боль идёт из очень маленькой раны. И рана может загноиться, и заражение пойти в кровь. Вы рискуете потерять руку, а значит потерять себя, раствориться во Времени, исчезнуть навсегда и бесследно. Так народы и исчезают…

Как жаль, что вы разучились слушать сказки Ветра, что дует временами с горы Ос. Как жаль, если и эта сказка для вас станет очередной ложью…И следует ли тогда слушать о чем говорит Ветер- обманщик? Ветер, ты тут, и ты смеёшься? Разве я не прав, что привел к тебе этого человека, пусть он послушает тебя…

О чём? Ну конечно не о том, что уже никто не верит в эти глупые детские сказки о добре и зле, и что человеку, как взрослому, так и ребёнку, следует подать на десерт что-то экстравагантное. Что человек уже пресытился прилизанной жизнью добропорядочного гражданина, и целенаправленно стал творить добро и зло. Что он потерял веру в человека, а значит в себя. Кичиться наворованным добром, справлять нужду на золотом унитазе — ума много не надо! А вот восстановить завод или швейную фабрику в глубинке, дать работу женщине или мужчине ещё не пенсионного возраста, это будет твоя добрая сказка, и люди поверят в лучшее, и никто тогда из них не пойдёт творить зло, идущее по цепочке от тебя. А ведь зло порой ведёт себя изощренно, хитро, с выкрутасами. Чего уж там мелочиться, если можно поднять топор, и что есть силы, вдарить по батюшке в самом святом месте — в церкви, и торопливо, авось закроют пивной ларёк, сдирать со стены окровавленными руками древние иконы, не замечая того, как безмолвно будут наблюдать за убийцей лики святых, толи осуждая, толи сожалея о заблудшей душе, добровольно ввергнувшей себя во тьму… за бутылку мутной браги…

— Фу-у! Ну, что это за сказка? Гадкая и противная, похожая на правду.

— А если это и есть правда, голая и горькая, похожая вкусом на ту палёную водку, что пьёт, давясь и рыгая, грязное замусоленное чудовище, по имени человек — БОМЖ!

Он был когда-то учёным — ядерщиком, у него была жена и ребёнок. У него был дом и работа. А потом этого ничего не стало. В строго обратной последовательности — ничего! Осталась картонная каробка из-под супермодного телевизора и куча тряпья с помойки. Молодец, если ты не поленился пропустить эти откровения Ветра с горы Ос. Значит, с тебя будет толк в этой жизни, а с этого БОМЖа нет! Он сгинет, умрёт под забором, или в водосточной канаве, замёрзнет однажды ночью в своей картонной коробке из-под телевизора. Тебе его жалко? Так протяни ему свою руку, сделай так, что-бы этот человек стал опять человеком, и тебе воздастся за твою доброту. За твою любовь! Ты в себе сомневаешься? А я подумал другое! Что ты, обычный трус!

— О, Ветер, ты жесток! И сказка твоя безобразна. Не смей ею пугать маленьких детей, да и взрослых тоже. Эпоха новая наступает, новый век на дворе, сердце от радости поёт, как весенний скворец, а ты всё стараешься очернить, всё стараешься переиначить. Убийцу и душегуба, вора и мошенника пытаешься оправдать, а простого трудягу, который едва сводит концы с концами, представляешь как потенциальную жертву всевозможных инфляций, а именно: денежных, экономических, политических, демографических, и даже жертвой…климатических катаклизм…