Коротыш Сердитый - Колонисты

— Хорошо, раз мы такие испорченные и вообще предатели, то почему вы нам помогаете тогда? — не выдержал Макс. — Могли бы просто растереть в порошок!

Все, даже я, посмотрели на него с жалостью, похоже, он не понял, о чем шла речь.

— Это было бы проще всего. Но простой путь не всегда самый верный. Если ты поможешь особи осознать, что она заблуждалась или просто чуть сбилась с пути, потому что ее кто-то подтолкнул или нога немного шагнула в сторону, то разумный всегда поможет разумному какой бы расы он ни был. Потому что это один из важнейших вселенских законов — поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой. — Произнес гоблин-пилот, отвлекшись от управления. — Если мы отвернемся от этого, то тогда мы сами станем на одну ступень с теми, кто причиняет боль и несправедливость, что приведет к нашему падению, как вида. Законы действуют на всех одинаково независимо от цвета кожи и набора внутренних органов.

— Вот почему мы не начали истребительную войну с айнами. — Произнес Шорох. — Они тоже были заблудшими и остаются таковыми, разделение их такое же как и у вас, просто чтобы изменить целый народ нужно время, что мы и делаем, но постепенно, а вы свалились как снег на голову и действовать приходится быстро.

— Разве вы сами не понимаете, что внутри вас живут два вида, причем один многочисленный, а второй, который может все исправить, но ничего для этого не делает, потому что упирается в сопротивление первого, считая того достойным для руководства второго. — Я указал пальцем на Машу. — Разобщенность — вот ваша проблема, решать которую только вам, впрочем, как и айнам, от которых вы недалеко ушли.

— Никто за вас этого делать не будет. — Прогудел Кремень. — Мы можем только подтолкнуть в правильном направлении.

— Ну да. — Кивнул Чих. — Легонько так, чтобы носом об землю пух!

Все засмеялись.

— Закончили философствовать. — Произнес пилот. — Подлетаем. Давай, связывайся со своими, чтобы запустили нас в ангар.

Макс нажал кнопку на передатчике.

— Гриша, мы на подлете. Открывайте шлюз.

— Вовремя вы! — пропыхтел тот. — Грейсон начал атаку на ремзону, его даже турели не остановили — положил человек сто десантников, а они так и продолжают переть! Все наши защитные комплексы на последнем издыхании, боеприпасы заканчиваются, да и турели остались без защиты!

— Не трепись, помощь уже на подходе! — Макс стрельнул глазами в нашу сторону.

— Они точно за нас? — спросил техник.

— Точно, не волнуйся. — Ответил я, пророкотав.

— Это кто?

— Шлюз открыт, завожу корабль. — Гоблин плавно, как будто всегда умел это делать, довернул штурвал и транспорт как-то боком продавил пленку силового поля, не дающего атмосфере покинуть ангар, разворачиваясь на месте. Аппарель открылась и мы спрыгнули вниз — сила тяжести была маловата, но после невесомости и ее достаточно, хотя с непривычки я сделал слишком большие шаги и запрыгал как американский астронавт в том памятном фильме.

Скопившиеся в центре ангара техники и люди в диспетчерской открыли рты от удивления, когда увидели, что вместо ожидаемых десантников в экзоскелетах из транспортника посыпались зеленые великаны в матовых доспехах с уродливыми пушками в руках, холодным оружием в чехлах и ножнах и даже один был с луком и стрелами. Они не стали удивленно озираться и восхищаться архитектурой станции, а стремительно и молниеносно рассредоточились по помещению, беря людей в кольцо. Все это молча, только вертикальные зрачки глаз сверкали из прорезей в шлемах, да оружие было направлено на техников. Все замерли, каждый боялся сделать лишнее движение, чтобы ненароком не спровоцировать гигантов на атаку. Гриша поднес рацию к губам — он наблюдал все это с высоты диспетчерской через стекло.

— Ты кого привел, оболтус? — возмутился он.

— Помощь. — Ответил Макс, выходя из транспорта, когда тот сел и помахал рукой. — Видишь меня?

— Поднимайся сюда. — Пригласил Гриша. — Расскажешь все. А эти нас не перестреляют?

— Надеюсь, что нет. Если не будете их атаковать.

— Не будем. — Уверил его техник.

Он смотрел сверху, как его коллега по работе идет к лифту в сопровождении двоих — одного высокого, а второго настолько широкого, что хватило бы двоих первых, чтобы сложить этого. Вместо роста тот ушел вширь. Орки и Макс влезли в лифт, который загудел под их тяжестью, двери распахнулись и внутрь вошли все трое, причем первому, да и второму пришлось пригнутся — диспетчерскую делали для людей, а не для солдат в экзоскелетах. Для захвата таких помещений диверсанты есть. Гриша радушно развел руками.

— Здравствуйте, гости дорогие! — произнес он с улыбкой. — Хлеба и соли предложить не могу, сами на голодном пайке сидим. Что вас привело в нашу скорбную обитель?

— Шутник. — Сказал высокий, а широкий подошел ближе и произнес: — Рассказывай, — велел он. — Где противник, сколько их, как вооружены, кто командует, с каких направлений планируется атака?

— Вот это мне нравиться. — Григорий улыбнулся еще шире. — А то мы все тут пеньки с ушами, в тактике и стратегии совсем не понимаем, — но, заметив серьезные лица гостей, резко прекратил шутливый тон. — Я не буду спрашивать, почему вы здесь, но раз решили помочь, то премного благодарен. Все началось дней девять назад, когда Мейсон не вышел на связь по графику. Грейсон запаниковал и пришел к капитану с требованием немедленно покинуть орбиту планеты и переместиться к вашей, а мы как раз подготавливали оборудование для космомонтажа врат, но еще не успели загрузить в транспорты, да и мобильную строительную базу еще надо было расконсервировать, так что работы было много. А старпом вел себя не просто невежливо — орал, брызгал слюной, топал ногами, ну чисто псих. Капитан его так урезонил, мол, молодой человек, не надо тут кривляться, тем более, что вы пока не командуете этим кораблем и раз я отдаю приказы, то будем придерживаться первоначального плана. Грейсон психанул и ударом в челюсть послал капитана в нокаут, а потом в рубку ворвались его десантники. Да только экипаж со стариком уже лет почти тридцать работал, так что никакому выскочке тут не обломилось — операторы десант живо перебили, все вооруженные ходили, видимо, капитан что-то такое почувствовал, только этот урод сбежать успел. Они объявили тревогу по кораблю, заявили о предательстве старпома, кто успел, те забаррикадировались, да только он уже держал под контролем медотсек и анабиозные камеры и тут же принялся размораживать всех подряд. Понятное дело первыми десантников, потом уже гражданских — в основном техников и электронщиков, чтобы они ему обеспечили доступ в рубку, взломав системы. Да только там экипаж капитана сидел и в серверной тоже. Десантникам наплел о саботаже капитана и всей команды, которая поставила миссию под угрозу, а когда часть не поверила, перевел под контроль всех чипированых и те замесили вольную десантуру. Может быть не всех, не знаю, но заруба в криокамерах была знатная, пока нам наблюдение не отрубили. — Гриша перевел дух. — Несколько дней Грейсон сидел тихо, потом активизировался, попытался пробиться в серверную, но там охранные боты, с ними десанту не так-то легко справиться, хотя они и захватили арсенал первым делом. Те десантники, которые не согласились с доводами Грейсона, в основном безоружные были и если добыли пушки, то в бою. — Орки переглянулись. — Сейчас корабль разделен на сектора. — Гриша подошел к плану судна, выведенному на экран. — Мы контролируем доки и взлетные палубы. — Он подсветил зону синим. — Сейчас Грейсон пытается отбить зону А-два, там стоят перехватчики. Наши пока держатся, но это ненадолго. Основная его сила скопилась тут — как будто мы не разгадаем его тактический маневр, камеры еще сохранились. Видимо, они ждут, что мы оттянем силы и ударят сюда — охранные турели пока не трогали, но уже научились с ними бороться, так что прорыв это дело нескольких секунд. Наверное, ждут команды.