Эрик Ластбадер - Вуаль тысячи слез

Прощай, моя милая девочка! Верю, твои благородные сердца помогут принять верное решение. Доверься им так, как доверилась я, и ты не ошибешься.

Вспыхнув в последний раз, улыбающееся лицо Теттси исчезло.

По лицу Маретэн текли слезы, Сорннн крепко обнял ее и притянул к себе. Она почувствовала, что их сердца бьются в унисон. В голове словно молитва звучали слова бабушки. Через озаренное ярким солнцем плечо Сорннна Маретэн взглянула на полуготовую картину. На этот раз ее не интересовала ни техника мазков, ни игра красок — ей просто хотелось вспомнить атмосферу клуба. Какая-то сила тянула ее туда.

«Приняв решение по этому вопросу, не изменяй его, — предупреждала Теттси. — Доверься интуиции». Что же подсказывала ей интуиция? Маретэн очень любила живопись. Она давала ей свободу, которую познали немногие тускугггун. Но вместе с тем она чувствовала какое-то беспокойство, неясное ощущение того, что в жизни, кроме живописи, должно быть что-то еще. Потом появился Сорннн, и Маретэн познала любовь. Однако Сорннн принес в ее жизнь нечто большее, чем любовь, — он открыл для нее совершенно иной мир. Только теперь, выслушав признание Теттси, Маретэн поняла, что с того дня, когда она согласилась помогать Сорннну, она стала такой, какой хотела ее видеть бабушка. Маретэн ни о чем не жалела, и все же тайная сторона жизни Сорннна ее сильно пугала. Поэтому она и не решалась на откровенный разговор. Маретэн чувствовала, что знает о Сорннне далеко не все и что он хочет ей довериться. В ночном клубе, среди пульсирующей музыки и света, она сильно испугалась и уклонилась от разговора.

Бабушкино послание помогло ей во всем разобраться. Как ни странно, откровения Теттси не испугали и не ошеломили Маретэн. Наоборот, она почувствовала, что в первый раз за долгое время все встало на места и в ее жизни появилась цель.

Теттси была права — ей не пришлось долго раздумывать. В правильности того, на что она решилась, Маретэн не сомневалась. Интуиция подсказывала, что она не ошибается.

Маретэн обернулась к Сорннну и заглянула ему в глаза.

— Я приняла решение. Я, Маретэн Стогггул, буду продолжать дело Теттси.

— Обратного пути нет.

— Я не собираюсь отступать. Ни за что.

Маретэн чувствовала радостное возбуждение и страх, но нисколько не сомневалась в том, что поступает правильно. От глубоких переживаний дрожали руки, она снова подумала о Теттси, о том, что к старости она, как и бабушка, хотела бы гордиться тем, как прожила жизнь.

Только сейчас до нее дошло, для чего Сорннн взял ее в этот клуб. По сути, это было воплощение мечты Элевсина Ашеры в миниатюре — маленькая модель города, где кундалиане и в'орнны живут вместе в гармонии и мире.

Атмосфера клуба, лица и фигуры танцующих оживали под ее кистью. Сейчас Маретэн смотрела на них глазами Сорннна и понимала, что они представляют собой силу, с которой придется считаться всем.

23

ПЛЕННЫХ НЕ БРАТЬ

С огромной неохотой Курган вернулся к невыносимо скучным обязанностям регента. Он понял, что ему претит дипломатический политес и формальности протокола. Все те, с кем правитель сталкивался, раздражали его безмерно, как и мелкие обязанности, которыми он постоянно был завален.

Неудивительно, что при первой же возможности регент устраивал перерывы, наблюдая за прохожими с балкона или покуривая лаагу. Ему нравилось, как густой дым заполняет все кругом и успокаивает нервы. Забывшись, Курган представлял себя великаном, способным проглотить дворец целиком. Он широко открывал рот и глупо усмехался.

Часто ему хотелось кого-нибудь убить. Тогда регент спускался в камеры, выстроенные по приказу гэргона прямо под дворцом, и выбирал жертву. Насвистывая охотничью песенку, которой много лет назад его научил Старый В'орнн, Курган принимался мучить несчастного с самым беззаботным и счастливым видом.

Неминуемая смерть заключенного, всегда наступавшая слишком рано, злила его еще больше, и регент срывался на первом попавшемся хааар-кэуте.

Возможно, поэтому в тот день Курган, уставший от окружавшей его суеты, не пошел в камеры. Он остался просто курить на балконе и разглядывать прохожих.

Вспоминая Куриона и их разговор, регент заметил молодую кундалианку. Курган был почти уверен, что видел ее и раньше, с этого самого балкона, если его не подводила память. Это ее он взял силой у ручья несколько месяцев назад, когда еще был жив Аннон. Их последняя охота вместе…

Выбросив окурок, правитель подозвал хааар-кэута. Молодой кхагггун появился почти моментально, и Курган показал ему на девушку, еще не успевшую скрыться в толпе.

Пока хааар-кэут распоряжался относительно девушки, Курган вернулся в комнату и изучил последний отчет Рады. Порой он сомневался, правильно ли поступил, завербовав ее. Пока ценной информации от Рады не поступало. «С другой стороны, — подумал правитель, — от добра добра не ищут». Он услышал о недовольстве среди кхагггунов. Рада упоминала об этом уже во второй раз. Так разве он не приказал Олннну Рэдддлину провести разъяснительную работу, унять недовольства в нижнем эшелоне кхагггунов? Чем же занимается звезд-адмирал? И к тому же командующий так и не поймал Реккка Хачилара и кундалианскую ведьму Джийан…

Регент так сильно ударил кулаком по столу, что в комнату ворвались хааар-кэуты с мечами наголо. Раздраженно махнув рукой, Курган велел им убираться.

В Н'Луууру Рэдддлина!

Услышав голоса, правитель нетерпеливо обернулся, предполагая встретить хааар-кэутов с кундалианкой. Вместо них Курган увидел входящего на террасу Олннна Рэдддлина. Сейчас он ему устроит!

Регент подошел к ничего не подозревающему звезд-адмиралу и шумно вдохнул воздух.

— Что за запах? От вас воняет поражением, будто навозом.

Звезд-адмирал нашел в себе силы рассмеяться, но Курган видел, как сильно он уязвлен.

— Рад видеть вас в таком хорошем настроении, регент, — начал Олннн. — У меня хорошие новости.

— Вы принесли голову проклятого рэнннона?

— Нет, регент.

— Значит, этой счеттты Джийан.

— Нет, регент.

— Тогда где же хорошие новости? — заорал Курган.

— Мы арестовали предателя, который снабжал оружием кундалианское Сопротивление.

Регент раскрыл рот от удивления.

— Правда? И кто же этот предатель?

— Баскир Броннн Палллн.

— Как интересно. — Курган приложил ладонь ко рту. — Ни за что бы не подумал… Хотя почему бы и нет? Мой отец здорово его провел, когда назначил прим-агентом другого. Естественно, с этой должностью Палллн бы не справился. Удивительно, что у него хватило ума на предательство…