Владимир Лосев - Королева ночи

Берг причмокнул от удовольствия:

— Люблю смотреть, когда они за работой, мне бы тысячу таких воинов в свое время и даже маги не стали бы для моей армии помехой. Мы бы убили их раньше, чем они подняли руки для пассов.

Коротышка вниз прыгать не стал, а спустился не спеша и осторожно.

На земле он обнажил меч и занял место у расщелины вместе с одним из демонов, готовясь зарубить тех, кто из нее покажется.

Костя спустился и растерянно замер, не зная, что делать дальше, но тут второй из демонов поманил его рукой и показал место у камня, перекрывающего вход в расщелину. Здесь было узко и никто не смог бы пройти мимо.

Так и получилось, что он оказался на острие атаки раненой нечисти совсем один, потому что демон, поставив его на место, тут же отошел в сторону.

Прежде чем Костик успел возмутиться, из расщелины появилась первая тварь.

Юноша взмахнул мечом и попал куда-то в район живота, оружие оказалось действительно великолепным, легко взрезав крепкую кожу и располосовав ее, меч прошел дальше, подрезая позвоночник. Костя едва успел его остановить и вытащить обратно, чтобы не оказаться в лапах твари — не ожидал, что меч войдет в живот, как нож в масло.

Едва он отпрянул назад из раны, вывалились дурно-пахнущие кишки, от одного вида которых его замутило.

Костик брезгливо отшатнулся назад, это его и спасло от ответного удара.

Когтистая лапа пронеслась в каком-то сантиметре от его лица, второго удара, правда, не последовало, неизвестно откуда вынырнувший демон прикончил тварь, снеся ударом секиры голову.

Прежде чем Костя сумел пережить и понять то, что произошло, появилась вторая тварь и ударила его огромной дубиной, хорошо еще, что для нее было слишком тесно в двухметровом проходе, а юноша упав на колени, оказался за камнем. Огромный ствол молоденького деревца, ударившись с камень, треснул, осыпав его корой и высохшими листочками.

Тогда он как-то нелепо ткнул вперед, попав нечисти в бедро, но и от этого удара она закричала громко и тоскливо, пока ее крик не оборвался вместе с головой, которую ей отрубил демон.

Меч снова оказался на высоте, он легко прорезал мощную кость, практически лишив тварь ноги.

Теперь Костик начал понимать предлагаемый ему рисунок, он должен отвлекать тварь, и пока она пытается с ним справиться, демон неожиданно появляется из-за его спины и сносит неприятелю голову. Все очень просто: главное — не попасть под удар нечисти, желательно поранить ее и подождать пока просвистит секира.

Когда он это понял, все стало просто, к тому же мертвые тела закупорили проход, создавая что-то вроде небольшой баррикады, и пока твари пытались на нее залезть, он успевал ударить и не раз.

У Берга и демона за спиной тоже появилась работа — крик, который издала раненая тварь, заставил вернуться ту нечисть, что прошла вперед. Бой шел там нешуточный. Костик, пользуясь тем, что у него наступило затишье, оглянулся. Ему было очень интересно посмотреть, как коротышка сражается с тварями, которым достает едва до бедра.

На его удивление тот замечательно использовал особенности своего роста, он подрубал ноги… то ли сила у него была огромная, то клинок замечательный, но просто перерубал кость, и нечисть валилась к его ногам, как созревший плод, иногда, правда, угрожая прихлопнуть и раздавить.

Коротышка был ловок, легко отскакивал в сторону, иногда запрыгивал на раненую тварь и отрубал ей голову.

Такого юноша никогда не видел, это больше напоминало цирковой смертельно-опасный номер — бой блохи с собакой, причем верткое насекомое побеждало.

Уважение это вызывало, да еще какое…

Если бы ему раньше сказали, что метровый человечек сможет победить почти трехметрового исполина, то он бы этому не поверил, а сейчас видел это своими глазами. Демон рядом с Бергом тоже не зевал и громоздил трупы перед собой не хуже коротышки.

Рисунок боя они выстроили примерно такой же, что и Костя со своим демоном, но у них не было камня, за который можно спрятаться, да и проход, который они защищали, был довольно широк, но тем не менее ни одной твари они назад не пропустили.

Когда солнце опустилось, и наступил сумрак, с утеса спустилась королева, пересчитала мертвые тела и недовольно покачала головой.

— Вы сражались неплохо, но большая часть нечисти все равно ушла. Раненые обошли вашу засаду, ушли другой дорогой, похоже, что их позвали и направили.

— Кто? — спросил Костя, все больше убеждаясь, что в этой компании он самый глупый — по крайней мере, ему всегда требовалось объяснение, в то время как всем остальным хватало простой констатации факта.

Демоны вытерли свои секиры, и снова спрятали их в плащах, которые натянули на разгоряченное тело, предварительно расшвыряв баррикаду из мертвых тварей, чтобы ведьма могла пройти.

Берг свой клинок спрятал за спину и после этого ответил:

— У них есть хозяин, он и позвал. Плохо, что он узнал о нас, но это все равно случилось бы рано или поздно. Все только начинается. Мы сделали свое дело, теперь у него на полтора десятка тварей стало меньше, а вместе с убитыми гвардейцами и магами уменьшилось примерно на тридцать. Хороший результат, если учитывать, что у нас пока ни одного раненого. Ты совсем неплохо сражался, иномирец, и меч твой доказал, что он заговорен.

— Идем дальше, — ведьма надвинула на голову капюшон. — Демоны останутся, им пора подкрепиться, а здесь хватает неприбранной плоти. Ни у кого нет желания к ним присоединиться?

— Я предпочитаю жареное мясо, а времени на то, чтобы его жарить нет, — усмехнулся коротышка. — Поэтому удовольствуюсь тем, что у меня лежит в котомке.

— А ты, юноша, сырого мяса не желаешь? — ведьма в упор посмотрела на Костика. — Я наблюдала за тобой, когда ты сражался. Мне понравилась твоя смелость, ты — настоящий воин, а если в тебе прорежутся способности видящего, то станешь непобедимым.

— Спасибо за комплимент, — Костя поклонился. — Когда я смотрю на эти тела, у меня желудок подкатывает к горлу, поэтому, прошу, больше мне такую еду не предлагать. Сырое мясо не ем. А почему вы считаете, что я стану непобедимым?

— Он точно избалован прошлой жизнью, — хмыкнул Берг. — Запомни на будущее, ученик — мясо есть мясо и не важно, кому оно принадлежит. Голод смывает все запреты, поэтому лучше их перед собой не выдвигать.

— Он не желает, и это его право, — королева пошла вперед. — А ответ на твой вопрос прост — если воин знает, когда ему нанесут удар, то может изменить рисунок боя, закрыться или убежать. О такой способности мечтают все бойцы. Каждому бы хотелось еще до боя знать, сумеет ли он победить. Разве не так?