Раймонд Фейст - Гнев короля демонов

- Ратар и Митар, - кивнул Томас. - Два слепых бога Создания.

- Название не хуже, чем любое другое, - согласился Накор.

- Потом порядок вещей изменился, - продолжал Кэлис. - Возникло самосознание, и существа, которые прежде не осознавали собственных действий, получили цель. Именно мы называем богов, руководствуясь тем, что имеет смысл для нас, но на самом деле они - гораздо больше, чем наши определения. Устройство подобно драгоценному камню с многими гранями, и мы видим только одну, ту, которая отражает существование нашего мира.

- Но он же связан с другими мирами? - спросил Пуг.

- Безусловно, - мягко сказал Кэлис. - Со всеми мирами. Это одна из основных причин, почему все, что мы делаем здесь, сказывается на остальных мирах. Это извечная борьба между тем, что мы называем добром, и тем, что мы называем злом. Она существует в каждом уголке мироздания. - Он обвел взглядом всех, кто был в этой огромной пещере, и сказал: - Я мог бы говорить на эту тему часами, так что позвольте мне перейти к сути того, что, как мне представляется, я обнаружил.

Кэлис собрался с мыслями и продолжал:

- Валхеру были не просто первой расой, заселившей Мидкемию. Они были мостиком между бессмертным и смертным. Если хотите, это был первый эксперимент богов.

- Эксперимент? - переспросил Пуг. - Какой еще эксперимент?

- Не знаю, - сказал Кэлис. - Я вообще не уверен в том, что мои слова соответствуют истине; я просто чувствую, что это так.

- Это так, - подтвердил Накор.

Все взгляды обратились на маленького изаланца. Накор усмехнулся.

- В этом есть смысл.

- В чем именно? - уточнил Пуг.

- Кто-нибудь, кроме меня, задавался вопросом, почему мы думаем? - спросил Накор.

Все удивленно переглянулись, не понимая, какое это имеет отношение к делу. Пуг рассмеялся:

- В последнее время нет.

- Мы думаем, потому что боги дали нам способность мыслить, - сказал Доминик.

Накор погрозил ему пальцем:

- Ты знаешь, что это - догма, и знаешь, что боги - в такой же степени творение человечества, в какой человечество - творение богов.

- Тогда к чему ты клонишь?

- Да ни к чему, я просто удивляюсь вслух, - сказал Накор. - Вы с Томасом рассказывали мне о том, как искали Маркоса и видели создание вселенной. Это навело меня на размышления.

- И?.. - спросил Томас.

- Ну, - начал Накор, - мне просто кажется, что вы должны начать все сначала.

Пуг посмотрел на него и разразился смехом. Не прошло и минуты, как хохотали все.

- Вот, - сказал Накор, - юмор - это атрибут разума.

- Ладно, Накор, - сказала Миранда. - Так что вы хотели сказать?

- С чего-то же все это началось.

- Да. - кивнул Доминик. - Был первоначальный толчок, создатель, что-то еще.

- Предположим, - сказал Накор, - что это было самосоздание.

- В один прекрасный день вселенная решила взять и проснуться? - ехидно спросила Миранда.

Накор на мгновение задумался:

- Кое-что мы должны всегда иметь в виду: все, о чем мы говорим, ограничено нашими собственным восприятием, нашей собственной способностью понять, короче говоря, нашей природой.

- Это верно, - согласился Пуг.

- Поэтому можно сказать, что вселенная в один прекрасный день проснулась, но в то же время это будет самое примитивное и самое неполное объяснение, - сказал Накор.

Доминик сказал:

- Диспуты такого рода постоянно возникают в церкви. Упражнения в логике и теологии, как правило, заканчиваются сварой.

- Но у нас есть кое-что, чего не хватает вашим братьям, аббат, - сказал Накор. - Свидетели создания.

- Если они видели именно это, - возразил Доминик.

- Ах, - сказал Накор, едва сдерживая ликование. - Ни в чем нельзя быть до конца уверенным, не так ли?

- "Что есть действительность?" - обычный вопрос в тех спорах, о которых я говорил, - сказал аббат.

- Действительность - это то, на что вы наталкиваетесь в темноте, - сухо сказала Миранда.

Накор посмеялся, а потом сказал:

- Вы говорили о большом шаре, который взорвался, образовав вселенную, правильно? Пуг кивнул.

- Значит, можно предположить, что все было внутри этого шара?

- Мы предполагаем, что так, - сказал Пуг.

- Хорошо, а что было вне шара?

- Мы были, - сказал Пуг быстро, - и Сад, и Вечный Город.

- Но вы появились из этого большого шара, - сказал Накор. Он встал и начал расхаживать, убыстряя шаги по мере того как добирался до сути. - Я хочу сказать, что вы родились в далеком будущем от момента создания, но сотворены из материи, которая была внутри шара, если вы меня понимаете.

- А как же Вечный Город? - спросила Миранда.

- Возможно, он будет создан в далеком будущем; а вы как думаете?

- Кем? - спросил Пуг.

Накор пожал плечами.

- Не знаю, и в данный момент меня это не волнует. Быть может, ты сам, когда тебе стукнет тысяча лет, создашь его и отправишь назад, к началу времен, чтобы вам с Маркосом было откуда наблюдать рождение вселенной.

- Новорожденная вселенная и тысячелетние маги, - проворчал Доминик, начиная терять терпение.

Накор тронул его за руку.

- А почему бы и нет? Мы знаем, что путешествие сквозь время возможно. Кто знает, что такое время?

Все поглядели друг на друга, и каждый начал предлагать свой ответ, но скоро все замолчали.

- Время есть время, - сказал Доминик. - Оно отмечает ход событий.

- Нет, - сказал Накор. - Это люди отмечают ход событий. Времени на это плевать; оно просто есть. Но что оно есть? - Он радостно улыбнулся и сам же ответил: - Время - это то, что не дает всему произойти одновременно.

Брови Пуга поползли вверх.

- Так в шаре все случалось одновременно?

- А потом вселенная изменилась! - с восторгом завопил Накор.

- Почему? - спросила Миранда.

Накор пожал плечами.

- Кто знает? Просто так было. Пуг, ты мне говорил, что, когда вы в последний раз нашли Маркоса, он начал сливаться с Саригом. Был ли он еще Маркосом или уже Саригом?

- На какое-то время и тем, и другим, но все еще главным образом Маркосом.

- Жаль, что я не могу спросить его: "Когда вы сливались, было у тебя ощущение, что ты перестаешь быть Маркосом?" - На мгновение Накор загрустил, но потом к нему вернулась улыбка. - Я думаю, можно смело утверждать, что чем больше ты становишься одним целым с богом, тем меньше остаешься собой.

- Кажется, я понимаю, - сказал Доминик.

- Что? - спросила Миранда.

- К чему этот чокнутый клонит. - Старый аббат постучал себя пальцем по голове. - Разум. Квинтэссенция божества, "все", которое он называет "материей". Если перед рождением вселенной происходило все одновременно, тогда все было всем. Никакого разделения.

- Да! - крикнул Накор, восхищенный догадливостью аббата.

- И вот, по причинам, которых мы никогда не узнаем, началось разделение целого. Это "рождение" вселенной стало для нее средством... - Глаза аббата расширились. - Это была вселенная, пытающаяся осознать себя!