Гыррр Макарка - Под сенью клинка

…Стол, если его швырнуть на пол, не сломается. Зато будет много грохота. Можно ещё взять чернильницу и запустить в дверь. Вазы и скульптуры на камине разлетятся на мелкие осколки. Кресло, выброшенное в окно… сначала встревожит, а потом насмешит и придворных и стражу.

— Две дюжины стражников на плац. Оружие — тренировочное.

Он загоняет их до полусмерти. И себя тоже. Самое главное — чтобы мечи были тренировочные. Иначе он убьёт кого-нибудь сегодня.

Коридорный поймал медяшку и молча указал на лестницу, растопырив пятерню. Второй этаж, пятая комната. Хельм поднялся наверх, взялся за тяжёлое бронзовое кольцо и постучал.

— Не заперто! — послышалось из-за двери.

Тайный толкнул створку и вошёл.

На горе взбитых подушек возлежал казначей в тончайшей белоснежной батистовой эльфийской рубахе и таких же подштанниках, небрежно обнимая правой рукой сдобную белокурую девицу. Весьма пышная грудь красотки нахально вываливались из красной кружевной кофточки. Девица, сопя от усердия, медленно и старательно ерошила коротко стриженые кудри господина Ханта, заодно прилежно покусывая его за ухо. Левой рукой советник по финансам прижимал к себе бутыль таргенайского — куда нежнее, чем недолгую подружку.

На прикроватном столике Хельм насчитал восемь графинов, кувшинов и бутылей — таргенайское, арденийское, столичное вишнёвое и озёрское грушевое, рябиновая, малиновая и яблочная настойки и… "Миэлиариалитииэль… дальшеонипустьсамиэтудребеденьпоютипроизносят…" стоимостью в пять кулей золотых графин. Серебряные блюда между бутылями изобиловали закуской — больше дюжины сортов сыра, копчёности, печенье, сладости. Господин Хант знал толк в еде и выпивке.

— Ты? — шевельнул бровью Ильм. — Я думал это вино доставили…

— Поговорить бы надо, — как можно серьёзнее произнёс тайный советник, пытаясь не выпускать из поля бокового зрения пухленькую ножку, покоящуюся поперёк живота третьего советника.

— Брысь, — толкнул девицу казначей.

Та лениво потянулась и принялась перелезать через советника по финансам, стараясь как можно выше задрать нижнюю юбку. Это ей вполне удалось — Хельм не без интереса изучил татуировку на левой ягодице. Ящерка была вполне безобидна и не свидетельствовала о принадлежности красотки к преступному миру, как говорили бы о ней кошка, коза или роза. Девица ещё раз потянулась, неохотно и долго одёргивала юбку, не спеша подобрала с кресла брошенную на него одежду, и принялась с огромным усилием протискиваться между стеной и советником Дагором. До стены было шага четыре, но красотка так боялась её задеть, что посчитала нужным прижаться к тайному советнику как можно плотнее.

— Дура, — бесстрастно констатировал Ильм, когда дверь за девицей закрылась. — Работать не умеет. Так обалдела от твоих расчудесных глаз, что забыла, кто ей платит. Ни медяшки не получит. Зато ты сегодня сможешь развлечься с ней совершенно бесплатно. Только зачем — к тебе и так толпы бегают, не передрались бы. И как тебя на всех хватает? Какие-то магические эликсиры?.. Я слушаю.

— Я женюсь на Талине, — Хельм подтянул к столу стоявшее у стены кресло и устроился в нём. — Хотел поговорить с тобой о её переводе в столицу.

— Дереку доложил? — третий советник приложился к бутыли таргенайского и протянул её второму советнику.

— Да, — тайный немного помедлил, потёр горло и глотнул.

— И до сих пор жив? — искренне удивился господин Хант.

— Как видишь.

— Как же он тогда отреагировал? — с любопытством вопросил казначей, бросая в рот кусок сыра.

— Клинок к горлу приставил, — сообщил Хельм, убирая руку с шеи.

— Меч? — едва не поперхнулся советник по финансам.

— Да.

— Тот самый?

— Да.

— И ты жив? — подался вперёд господин Хант.

— Мы это только что выяснили.

— И… каковы ощущения? — третий советник затаил дыхание.

— Острые, — признался тайный. — Крайне.

— А скажи… — дрогнувшим голосом спросил казначей, жадно вглядываясь в Хельма, — ты… ты почувствовал в нём… личность?

— Ну давай я тебе клинок к горлу приставлю и посмотрю, почувствуешь ты в нём личность или нет! — не выдержал тайный. — Ничего не почувствовал. Кроме того, что ничего не успею.

— В отставку подал? — казначей перевёл дух и протянул Хельму кусок сыра. — Работа нужна?

— Нет, — хмыкнул второй советник и сделал ещё три глотка, — мою отставку не приняли. Сказали — справляюсь. Справляюсь, — он выпил бутыль до дна, взял другую, повертел и поставил на место. — И неплохо. О как. Это он про четыре с четвертью дюжины смертных приговоров? Лучше уж отставка: я — сыщик, а не палач… В бою — куда ни шло, а так…

— Судья. Не палач, — поправил его Ильм. — И ты знал, на что шёл… и потом — кто-то же должен… пей, тебе сейчас самое оно…

— Лучше уж палач, — не выдержал тайный. — На нём ответственности нет. Только приказы выполняет. А если я в чём-то ошибся?

— Вряд ли, — хмыкнул господин Хант. — Насколько донесли мои агенты — не ошибся. А тех семерых из Гнездилища я б собственноручно четвертовал, ещё б и два золотых за это приплатил не торгуясь.

Хельм потянулся за ближайшим графином и опять хлебнул из горлышка, напрочь игнорируя весьма красноречивый взгляд третьего советника на хрустальные бокалы.

— Не переживай, — вновь попытался утешить его Ильм, — когда обстановка нормализуется — такими вещами станет заниматься владыка… Отвлекись. Вон хоть здесь… хотя… бабы от тебя и так не отстают. Ещё хорошо галопом вдоль реки — так ты и так полдороги на перекладных скакал… Мне так лучше всего помог бы подсчёт прибыли — но если я предложу тебе денег или совместное дело, ты сочтёшь это за взятку… Остаётся одно… — он откупорил и разлил по бокалам "Миэлиариалитииэль"… — сейчас всё обсудим и заодно допьём то, что осталось… так что там с Талиной?

— Хочу, чтобы ты перевёл её в столицу после свадьбы, — тайный принялся изучать закуску на столике.

— Сам не прокормишь что ли? — удивился господин Хант.

— Почему? Прокормлю. Только лучше, чтоб она при деле была — отвлекает от… понятно в общем.

— Угу, — казначей задумчиво покрутил в руках бокал. — Это мне управляющего здесь менять прикажешь? Я только-только его нашёл, он в работу только-только вник… ммм… это… ммм… накладно. Да и Талина там у себя уже всё знает, а здесь ей заново придётся… убытки — не убытки, но части прибыли я точно лишусь… надо бы как-то компенсировать…

— Это можно, — улыбнулся Хельм, принимаясь разглядывать собеседника с тем же интересом, с которым тот разглядывал вино, — в Раздолье некий торговый дом, владелец которого недавно занял очень высокий пост, поставил городской страже некачественное оружие. Ещё не слышал? Я имею полное право предъявить ему претензии — не успел начать работу, а уже ворует. Но, с другой стороны, если посмотреть внимательно — вполне может быть, что виноват один управляющий, и это их внутренне дело…