Александр Тув - Ходок VIIl

«Серые?.. – успел удивиться Денис. – Что-то не похоже… Странно это все…»

Однако, удивляйся, не удивляйся, а надо защищать целостность собственной шкуры, ибо, если ничего не делать, то, хоть и медленно приближающийся, враг проделает в ней дырку, несовместимую, если не с жизнью, то с стопроцентным здоровьем, наверняка. Странность нападения удивила и заинтриговала Дениса, поэтому прибегать к радикальным мерам, типа извлечения «Черного когтя» и всаживания его в живот агрессору, он не стал, а поступил, как опытный тореро в тренировочном спарринге с молодым, неопытным бычком.

Денис элегантным движением ушел с траектории, по которой двигался неизвестный враг, действительно сильно напоминавший однорогого бычка. Эта ассоциация с бычком была вызвана тем обстоятельством, что неизвестный бежал не держа свое оружие таким образом, чтобы в любое мгновение применить его по любому азимуту, а вовсе наоборот – он выставил кинжал перед собой и бежал, как будто влекомый им.

«Такое впечатление, что кинжал им управляет, а не он кинжалом» – подумал Денис, одновременно ставя «бычку» подножку. От полученной подсечки, неизвестный полетел кубарем, при ударе о стену потерял свое оружие и видимо достаточно сильно приложился к вышеупомянутой стенке, потому что не вскочил сразу же на ноги, как можно было ожидать от сотрудника Серого Цеха, пусть и начинающего, а остался лежать, тихонько постанывая.

Денис не торопясь подобрал кинжал и снова удивился, была в клинке какая-то несообразность, которую он сразу не уловил, поэтому пришлось заняться детальным изучением. Отгадка пришла через несколько мгновений – отличная, голубоватая сталь лезвия, явно предназначенная для создания боевого оружия высшего класса, никак не сочеталась с вычурной, декоративной гардой и рукояткой, похоже сделанными из чистого серебра. Кроме того, образ декоративного оружия дополнял крупный голубой камень, украшавший навершие, и почему-то чувствовалось, что это не бижутерия. Ну, и последней странностью был размер рукоятки – оружие явно предназначалось лилипуту, или ребенку. Денису, у которого ладони были нормально, среднего и отнюдь не гигантского размера, использовать такой кинжал по назначению, было бы сложновато.

После изучения оружия настала пора поближе познакомиться с его хозяином, который продолжал лежать, уткнувшись лицом в стену. Поначалу Денис хотел привести его в чувства хорошим пинком по ребрам, но взглянув на хилую, можно сказать – тщедушную, фигуру, обряженную в свой безразмерный балахон, от принятого решения отказался.

«Ну нафиг, убьешь еще ненароком, а поговорить… – подумал Денис. – Нет. Мы пойдем другим путем!» – пришел он к однозначному выводу. Одновременно старший помощник вспомнил, что один человек, сказавший такую же фразу, достиг определенных успехов на своем поприще, так почему бы и ему – Денису, не достичь на своем.

– Встать, – низким, грозным голосом, с инфразвуковыми обертонами, которым он научился у любимого руководителя, приказал Денис. Некоторое время фигура не подавала признаков жизни, но потом все же зашевелилась и принялась медленно подниматься. Завершив это действо, неизвестный остался стоять, уткнувшись носом в стену. Старший помощник почувствовал, что начинает злиться.

– Повернись! – резко скомандовал он. Все так же медленно, несостоявшийся киллер развернулся на сто восемьдесят градусов, стянул капюшон, и Денис еле успел подхватить начавшую отпадать челюсть. Перед ним стояла девчонка Змея, одетая в какой-то безразмерный комбез, явно предназначенный для проведения деликатных спецопераций, направленных на скрытное проникновение и уничтожение хорошо охраняемых персон, позаимствованный, судя по всему, где-то в арсеналах Серого Цеха.

Злость у Дениса сразу же испарилась. Все было ясно – считанные часы назад, девочка, будучи при смерти, лежала под хитрым аппаратом, вырывавшим ее из лап костлявой. Лежала, наверняка, под наркозом, а сейчас у нее начался отходняк – такое бывает.

– Э-э-э… – начал он. Как зовут незваного гостя, точнее – гостью, старший помощник не помнил, но надо было как-то обращаться, поэтому, после краткого размышления, Денис решил просто тыкать, хотя это и не очень вежливо. С другой стороны – а за что уважать человека, который хотел пырнуть тебя ножом? Вроде как не за что, но опять же, надо учитывать, что человек этот – больной на голову, и явно не ведает, что творит. Однако, ведает, или не ведает, а надо было выходить из этой щекотливой ситуации.

– Ты чего на людей бросаешься? – Денис попытался улыбнуться как можно более ласково, но сам почувствовал, что получилось это у него не очень. Примерно, как у Билла, когда он предлагал вождю краснокожих: «Эй, мальчик, хочешь получить пакетик леденцов и прокатиться?». Что характерно, реакция у девчонки была соответствующая – примерно, как у «вождя». Она резко вздернула голову и уставилась на Дениса пылающим взглядом:

– Я не бросаюсь на людей! Я бросаюсь на убийц дяди Гистаса! И мне все равно, что у них есть ручные демоны! – отчеканила она, вызвав изумление у старшего помощника – девчонка выглядела абсолютно психически здоровой. В свете этого открытия, ситуация переставала быть томной – получалось, что эта маленькая дрянь сознательно пыталась его убить! И тут Денис понял, почему ему не удалось ласково улыбнуться девчонке – подсознательно он причислял ее к врагам, к тем людям, которые напали на «Арлекин» и вырезали столько матросов! Гнев начал овладевать старшим помощником.

– Так-так-так… – процедил он сквозь зубы, – значит ты – маленькая су… – Денис хотел сказать «маленькая сучка», но вовремя себя одернул – человек, который не побоялся в открытую выступить против грозных Северных Лордов – повелителей черных демонов, чтобы отомстить за смерть близкого, заслуживал, по крайней мере, уважения. Старший помощник проглотил недосказанное слово и продолжил: – А ты знаешь, что для того, чтобы ты могла жить, твой любимый дядюшка зарезал тридцать пять наших матросов, а трупы выбросил за борт? – Денис не стал уточнять, что Змей проделал все это не своими руками, но девочка не обратила на это внимания – она резко выкрикнула:

– Ты все врешь! Дядя Гистас не такой! Ты врешь! Врешь! Врешь!

– Вру? – нехорошо прищурился Денис и показал ей юнгу Юстуса.

– Так это же не дядя… – попыталась слабо сопротивляться Делия, хотя все уже поняла. Она резко побледнела и прижала к лицу руки, сжатые в кулачки.

– Вина всех этих людей заключалась лишь в том, – внешне спокойно, но едва сдерживая гнев, менторским тоном, продолжил Денис, – что они были на борту Арлекина в тот момент, когда твой любимый дядюшка Гистас явился за нашим артефактом, чтобы приготовить из него лекарство для тебя, – Денис не стал вдаваться в подробности, какой артефакт, какое лекарство – посчитал несущественным. – Но, это еще не все, – он пристально уставился на девочку, до которой медленно, но неотвратимо, доходила правда другой стороны. – Он не убил нас с Лордом Атосом… – тут Денис замешкался и поправился: – Не попытался убить нас с Лордом Атосом лишь потому, что нас в этот момент не было на борту. Но! – Денис криво ухмыльнулся. – Дядюшка Гистас оставил караулить около корабля свою лучшую пятерку, чтобы она закончила дело, когда мы вернемся. А для гарантии, еще одну, в гостинице, где у нас номер. – У Дениса от неприятных воспоминаний руки самопроизвольно сжались в кулаки и он решил завершать свой спич: – Вот такой вот человек был твой любимый дядюшка.