Сергей Шевелев - Время Икс

Одна из них изображала мужчину лет сорока пяти одетого в довоенную офи-церскую форму НКВД. На другой, — в объектив весело смотрела красивая светло-волосая девушка в легком платье с воротником-"матроской". Длинные волосы, за-плетенные в роскошную косу, мягко спадали на ее грудь.

Сердце Полуянова учащенно забилось. Где, где он видел эти лица? Почему они кажутся такими до боли знакомыми!? И тут в голове что-то словно взорвалось, и многолетняя пелена спала с его глаз. Полуянов вспомнил все, все то, что случи-лось с ним тогда, четверть века назад, в августовском лесу. Он вспомнил загадоч-ную черную полусферу, оказавшуюся аппаратом для преодоления пространства и времени, который перенес его на "Терру-четыре" — параллельный мир, практически во всем идентичный родной Земле начала сороковых годов XX века. Он вспомнил довоенный Могилев той реальности, допросы в подвалах управления НКВД, лицо мертвого курсанта у гусеницы подбитого танка, и тот отчаянный бой у хронолета, в котором с честью погиб батальон комбата Дашевского… Он вспомнил и врагов, и друзей, которых он сразу приобрел в этом мире. И вот сейчас на него со старых по-тертых фотографий смотрели двое: Бердышев и Лена Берестова…

— Скажите, пожалуйста, — обратился Полуянов к директору музея, — Вот эти люди на фотографиях, кто они?

Директор, близоруко прищурившись, посмотрел на стенд.

— Вот этот товарищ — майор госбезопасности Бердышев, командовавший во время войны партизанской бригадой "За нашу Победу!". А вот эта девушка рядом с ним, — Елена Берестова, которая была в бригаде разведчицей. Кстати, ее отец — комбриг Владимир Берестов, незадолго до войны был несправедливо обвинен в измене Родине и расстрелян. Жену комбрига уволили с работы, а дочь исключили из комсомола. Но именно это и сыграло на руку подпольщикам. Немцы не беспо-коили семью Берестовых, считая их "пострадавшими от Советской власти". Благо-даря этому женщины даже получили работу: мать — в комендатуре, а Лена — место буфетчицы в офицерском казино…

Рассказчик кашлянул и неожиданно прервал свое повествование, заметив не-довольные взгляды некоторых сопровождавших Президента чиновников. По-видимому, те считали, что такой незначительный эпизод в событиях более чем восьмидесятилетней давности не может и не должен отвлекать внимание президен-та великой державы.

Теперь директор совершенно растерялся. Скромный кандидат исторических наук и раньше не знал как себя толком вести со столь высоким гостем, а сейчас…

Полуянов это понял и пришел к нему на помощь.

— Вы, пожалуйста, не волнуйтесь! Вас как по имени-отчеству?

— Игорь Алексеевич, — пробормотал тот. — Игорь Алексеевич Мельников…

— Ну и прекрасно! А вы меня называйте Андреем Валерьевичем… Продолжай-те, прошу вас! Это очень интересно! Об этих событиях я хотел бы узнать чуть по-подробнее…

Значит все люди, с которыми судьба свела его тогда, двадцать пять лет назад, действительно существовали! Причем, существовали не только там, в том парал-лельном мире, а еще и тут, на Земле.

Андрей Валерьевич молча стоял и слушал рассказ о подвигах партизанской бригады, о ее командире — Дмитрии Сергеевиче Бердышеве, который с честью до-вел своих бойцов от берегов Днепра до берегов голубого Дуная, и героически погиб при взятии Вены. А Лена? Она, как и ее мать, тоже не дожила до победы… В конце сорок третьего года партизаны готовили дерзкую диверсию по взрыву офицерского казино, устроенного гитлеровцами в бывшем Доме культуры. Мощный заряд взрывчатки должен был сработать от дистанционного взрывателя, находившегося у Лены. Однако нашелся предатель, который выдал планы подпольщиков. Когда сотрудники гестапо ворвались в зал, Зоя Андреевна Берестова попыталась их задержать, чтобы дать дочери время скрыться, и была застрелена эсэсовским офицером. Понимая, что шансов на спасение у нее нет, Лена привела в действие взрыватель заложенного в подвале фугаса. Вместе с ней погибло более сотни находившихся в здании гитлеровцев, в том числе два не-мецких генерала…

К горлу Полуянова подкатился комок. Значит и Бердышев, и Лена все-таки по-гибли! Они уцелели тогда, во время неравного боя в Боговичском лесу, но безжало-стная Смерть их все же настигла спустя несколько лет…

Он на секунду прикрыл глаза, и перед ним встали последние минуты его на-хождения там, в том мире… Огромные голубые глаза Лены вновь оказались напро-тив его глаз, а к губам вновь прильнули горячие девичьи губы. "Я тебя никогда не забуду, никогда…" — прошелестел над ухом ее нежный голос и затих, растворился где-то вдали…

Полуянов открыл глаза.

— Андрей Валерьевич, вам плохо? — осторожно теребила его за рукав пресс-секретарь. Все сразу заволновались. Сотрудники охраны взялись за телефоны спец-связи.

— Ничего, ничего!.. Все в порядке!.. — Президент шумно вздохнул и поправил на шее узел галстука.

Но ведь все, что рассказал экскурсовод, было тут, в нашем прошлом… А там, на "Терре"? Там ведь все могло сложиться и по-другому? Ведь та и эта истории могут отличаться в отдельных деталях…

— Скажите, — спросил он, — вот вы говорили, что Бердышев был сотрудником республиканской госбезопасности. Каким образом он стал командиром партизан-ской бригады? А может — это было запланировано заранее? Помнится, я в молодо-сти читал о том, что подобные формирования, на всякий случай, создавались еще перед войной для ведения диверсионной работы во вражеском тылу, и руководя-щую роль в них играли сотрудники НКВД и госбезопасности.

Игорь Алексеевич покачал головой.

— Здесь все было немного не так… Андрей Валерьевич. На основании архивных данных, Бердышев находился в Могилеве в служебной командировке, а в середине июля 1941 года, в самом начале немецкого наступления на город, был ранен и оказался в немецком тылу.

— А это, случайно, не после боя в Боговичском лесу? — рассеянно спросил По-луянов.

Мельников удивленно посмотрел на него.

— Простите, я немного не понял… В каком, вы сказали, лесу?

— В Боговичском… Ну, это километрах в тридцати западнее города.

— Извините, Андрей Валерьевич, — тихо, но уверенно сказал директор музея, — но тут вы, возможно, несколько ошиблись. Там, где вы говорите, действительно находится большой лесной массив, но, честно говоря, я никогда не слышал, чтобы он назывался именно так. А моя семья живет в этих краях уже больше сотни лет…

— Возможно… Скажите, а не была ли командировка сюда Бердышева связана с неким происшествием в окрестностях города, вызвавшем обеспокоенность органов госбезопасности?

— Действительно, — задумчиво сказал Игорь Алексеевич. — Вот тут вы правы… Бердышев попал сюда не случайно…