Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

— Я победил тебя однажды, последователь лжи, — проревел Архаон, протягивая руку. — Я вырвал из тебя твои молнии, и разрушил твой последний рубеж обороны, и я сделаю это снова…

Зигмар свирепо улыбнулся как ни в чём не бывало. Кровь заливала его лицо и бороду, но он не чувствовал слабости. Не теперь. Он отбил руку Архаона в сторону и ударил Гхал Маразом по наплечнику Вечноизбранного, сбивая его.

— Ну? Чего же ты ждёшь? — спросил он. Он ткнул молотом словно копьём и попал Архаону в грудь. — Забери мою молнию, Вечноизбранный.

Архаон отшатнулся назад.

— Я…что?

Зигмар постучал себе по лбу.

— Мы теперь на равных, мальчик. Только ты и я. Он взмахнул молотом, и Архаон еле-еле успел его блокировать. Каждый новый удар перетекал в следующий, и Зигмар теснил своего противника, в то время как Архаон резал его, рассекая его броню и плоть под ней. За его спиной варп-артефакт издал ещё один ослепительный импульс, и трещины на его поверхности стали шире. Он услышал пронзительный крик Когтя смерти и увидел, что грифон пал, сцепившись со зверем Архаона в агонии. Последний заржал перед тем, как когти грфона вырвали его глотку, и затем оба зверя замерли. Печаль захлестнула его, и он отбил меч Архаона и обрушил молот на его кирасу, превратив один из черепов-амулетов в пыль.

Грифон знал, что он не был его хозяином, хотя Зигмар и был в шкуре Карла Франца. Тем не менее он служил ему, и служил хорошо. Он не знал Карла Франца, но хотел бы узнать. То, что зверь любил его так сильно, что продолжал сражаться за него, говорило в пользу Императора. Обрывочные воспоминания, не его, но того человека, чьё тело он занял, наполнили его разум, и он увидел Имперского храниеля зоопарка, передающего яйцо юноше. Он увидел первые неуверенные шаги детёныша, когда Карл Франц кормил его кусочками пищи с рук. И он увидел их первый бой, и почувствовал дикую радость, когда грифон защищал своего раненого хозяина.

«Прости меня»-подумал он. «Прости за всё».

— Ты падёшь здесь, — сказал Зигмар, пытаясь вдохнуть воздух. Его сила убывала. — Что бы ни случилось, ты падёшь, — он почувствовал, что земля задрожала под ногами, и увидел, что варп-артефакта больше не было, он был полностью поглощён кружащейся пустотой, которую породил. Переливающаяся поверхность сферы начала поглощать пещеру, и потрескивающие пустые белые прорехи оставались на месте вырванных камней. Его сердце дрогнуло.

— Не имеет значения, — сказал Архаон. — Больше ничего не имеет значения. Я победил. Этот мир сгорит и кое-что получше восстанет из пепла, — он нанёс шквал ударов, которые Зигмар с трудом заблокировал. Теперь он двигался медленнее, и вся правая сторона его доспехов пропиталась его собственной кровью. Архаон, казалось, вообще не устал, но Зигмару, несмотря на всю свою силу, повезло меньше. Его сердцебиение стучало в ушах, а лёгкие горели, но несмотря на всё это, несмотря на опасность, он бы не поменялся местами ни с кем.

«Я там, где мне и место»-подумал он. Несмотря на ярость битвы, он был спокоен. «Это смысл моей жизни, для этого я был рождён. Это мой час». Краем глаза он увидел фигуру с белым мехом, приближавшуюся к ним, и улыбнулся. «Здравствуй, старый волк. Однажды ты сказал мне, что я плохо кончу, и так оно и случилось».

Меч Архаона нашёл брешь в его защите и врезался в кирасу. Зигмар отлетел назад, потеряв равновесие. Он жёстко ударился об землю, и Гхал Мараз вылетел из рук. Он посмотрел на Архаона, когда тот поднял меч обеими руками.

— Подумать только, они действительно верили, что ты спасёшь их, — произнёс Архаон.

— Подумать только, когда-то я решил, что ты сделаешь это сам, — ответил Зигмар. Архаон замешкался. Зигмар печально улыбнулся. — Дайдерик Кастнер, сын дочери Империи. Ты бы мог стать мечом, который бы освободил мои земли от Хаоса навечно. Где-нибудь в лучшем мире ты наверное так бы и поступил. Но здесь и сейчас, ты всего лишь ещё один жалкий полководец.

— Ты ничего не знаешь обо мне, — сказал Архаон, всё ещё держа меч.

— Я знаю тебя. Я видел твоё рождение и видел, как ты умираешь снова и снова. Я видел, как твоя душа искажается от льстивых слов демонов, и я видел, как ты повернулся ко мне спиной. Я видел это и рыдал, из-за тебя и из-за всего того, что ты сделаешь.

Архаон опустил меч.

— Нет…

— Ты сам сделал себя пешкой пророчества, — произнёс Зигмар. — Ты встал на этот путь. Демоны помогли, но во тьму сошёл ты сам. Это ты сбежал от света, Дайдерик.

— Ты не Зигмар. Все боги мертвы, и он был ложью, — закричал Архаон.

— Так они мертвы или их не существовало? Пора определиться, — сказал Зигмар. Он видел рукоять Гхал Мараза. Он протянул руку к ней.

— Ты лжёшь, — проревел Архаон. Но прежде чем он смог опустить его, промелькнул белых мех, и между ними оказался Вендел Волкер. Топор и меч столкнулись со скрежетом, и первый взорвался в руках владельца. Волкер пошатнулся, и меч Архаона разрубил его от плеча до груди. Архаон вырвал меч, и Рейксгвардеец упал. Зигмар перекатился и потянулся к молоту, но Архаон пнул его в сторону.

— Нет! Больше никаких отвлечений. Больше никакой лжи, — взвыл Архаон. — Ты сдохнешь прямо сейчас, и твоя Империя сдохнет вместе с тобой, — он направился к Зигмару, но что-то остановило его. Зигмар опусти взгляд и увидел, что Волкер схватил Архаона за ноги.

— Я сказал тебе однажды, Вечноизбранный. Когда волк кусает, он уже не отпустит, — прохрипел Волкер. — И я говорил тебе, что ты умрёшь здесь, чтобы ни случилось, — Архаон в шоке посмотрел вниз, и Волкер улыбнулся ему. — Это мой город, человек, и ты не возьмёшь его! — лёд начал подниматься по поножам Архаона, и он завопил от гнева и боли, когда холод вцепился в него. Затем Убийца Королей опустился и Вендела Волкера, носителя божественной искры Ульрика, не стало.

Зигмар увидел, как упал Волкер, и услышал, глубоко в своём разуме, предсмертный вой бога, которому он поклонялся в юности. У него не было времени, чтобы оплакать павших, когда Архаон вытащил клинок из Рейксгвардейца, Вечноизбранный развернулся и поднял завывающий демонический меч. Но жертва Волкера и Ульрика дала ему необходимое время, чтобы восстановиться и призвать молнии, которые снова подчинялись ему.

Зигмар вытянул руки и почувствовал, как меч врезается в ладони. Молния сверкнула между плотью и голодным укусом осквернённой стали, и Сигма медленно сомкнул пальцы на лезвии. Затем он поднялся, заставляя Архаона отступать шаг за шагом. Вечноизбранный пытался ответить, но Император был слишком силён.