Ася Алиханян - Повелительница драконов- 2

-Абсолютно уверен он ушёл и видимо не один - прошептал дракон, заметив окончание пути третьей линии, она растаяла у другой, совершенно незнакомой пещере.

-Ты, уверен?- спросил ещё раз с надеждой хелл.

-Уверен, они там внутри и их много, я бы даже сказал, что там половина племени - произнёс дракон спокойно, пришло время волноваться его всаднику, а ему сохранять холодную голову. Он спустился пониже, присмотрелся, получше подключив все свои чувства и зрение. Харск, заметил не только самих кларов, но и ещё одну одинокую полукровку. Анет, не смотря на свой страх перед спящими кларами и в предвкушении предстоящего ужаса во время Чёрного рождения не собиралась никуда уходить. Оно было уже очень близко, даже она его чувствовала и нервничала. Знала, что должна уйти, но не могла, не могла покинуть Эймиса и других. Они были ей самыми близкими, за несколько недель, они стали ей как семья. И потому она их не боялась, как не боялась Эймиса, она считала их своими и доверяла им и сейчас заботилась о них. Всегда серьёзная и умная Эола, немного замкнутые и искалеченные, бывшие немного отрешенные от этого мира, всадники и всадницы. Она, ощущала их боль и их утрату очень хорошо, но ни чем не могла им помочь и облегчить их страдания. Нельзя вылечить разорванную пополам душу, чья половина была крепко связана с их драконом. Теперь на этом месте лишь пустота и невыносимая боль. Они её не обижали, как это делали старейшины никогда не указывали ей её место и приняли как свою. Но в тоже время ничего и не говорили, держались подальше, считали, что если полукровка захочет, то сама с ними заговорит или что-нибудь спросит. И девушка знала они такие потому, что их чуть не сломали в Каменном городе. Они ощущали себя очень не комфортно так и не привыкнув жить дальше, одни, после потери своих драконов. Клары пытались, и она видела, сколько усилий они прилагают к этому, как не показывают всего, что накопилось на душе. Но, к сожалению, как бы они не старались, не могли с этим справиться и тихо и незаметно умирали. Их мир совершенно потерял все краски, они потеряли смысл и вкус к жизни, стали только существовать. Смотреть на мир совершенно другими пустыми и грустными глазами. Она за ними внимательно наблюдала, пыталась понять их состояние. Но всё равно была бессильна, что- либо сделать и теперь ей осталось лишь ухаживал за ними, всеми, спящими. И чем дальше шло время, тем сильнее она к ним привязывалась. И теперь живя так несколько недель она всё равно, что-то ощущала в душе, что-то сжималась от волнения и страха. Она, занималась своими делами, мало обращая на себя внимание, ходила по лесу собирала ягоды, занималась мелочами, любыми, лишь бы не быть окончательно запертой с ними. Не впадать в панику, она боялась, дико боялась, того, что приближалось. Она так сильно любила Эймиса, что не хотела его терять как личность, но и бросать его тоже не собиралась в таком состоянии. Она, любила его, больше всего на свете и не представляла, как дальше будет жить без него. Одна, совершенно, одна ведь после смерти своей подруги и своего ребёнка лишь любовь Эймиса не давала ей умереть и давала силы жить дальше. Ведь только он был её смыслом жизни, он всё, что у неё осталось в этом мире. Сколько трудностей и сколько боли пришлось пережить в те времена. А теперь, теперь она была рядом с ним, но он с ней не говорил, не утешал, он всего лишь спал. Теперь она жила с ним рядом, ложилась рядом, ночью ощущая его ели, ощущаемое тепло тела и улавливала ели заметное дыхание. Прикладывала, руку к его груди, чтобы под пальцами почувствовать его медленное сердцебиение. Ей приходилось постоянно сдерживать себя и не плакала, не впадать в апатию. Но она всё равно не покидала и даже не думала об этом, да ей было страшно, но не за себя она боялась за него, за них и часто плакала от того, что бессильна, чем-либо им помочь. Её боль, её разочарование, всё очень было очевидно, что выходило за пределы пещеры, в которой они жили. Харск, вздохнул от головы до кончика хвоста прошлась волна мурашек. Он впитывал в себя их общую силу различив каждого по отдельности и углубившись в себя, не сразу услышал взволнованный голос своего всадника.

-Ты, уверен?

-Да уверен они все там, все бывшие всадники и всадницы, а вместе с ними полукровка - произнёс Харск поднявшись повыше в небо и Хедрик довольно улыбнулся.

-Значит, она всё же его не бросила, умная, преданная и храбрая - прошептал он, тихо развеяв свою силу.

-Да, очень храбрая - подтвердил дракон, поднимаясь в небо. Немногие готовы рискнуть и оказаться рядом с теми, кто во время Чёрного рождения будет превращаться в тень - прошептала дракон и Хедрик резко отстранился от стены сев и прикрывшись крыльями.

-Да не многие, но ведь есть исключения правда - прошептал хелл - нам и самим нужно место, пещера, укрытие, что-нибудь во время Чёрного рождения я должен быть рядом с тобой. Не хочу, чтобы Амара, что-то заподозрила, ты справишься, сможешь нам его найти?- спросил Хедрик и Харск усмехнулся.

-Ты же меня, знаешь я справлюсь с любой задачей.

-Вот и отлично - прошептал хелл и вновь облокотился спиной к стене остужая свою спину. Она в последнее время у него горела, чаще, чем вся кожа, ведь к спине ещё и крылья прилагались. Старейшины наложили на него особое заклятие, по доброй воле он не мог покинуть Амару, но чем дальше шло время, тем оно всё больше ослабевало. Иногда его обличие спадало с него, и он превращался из страшного существа в хелла, тогда он исчезал и появлялся, когда обличие вновь было на нём. Ведь запрещалось было ещё и показывать своё истинное лицо. Он не мог рисковать, хотя и оставить её окончательно, тоже не мог иначе навсегда станет её рабом. Хитрые старейшины всё хорошо обдумали, привязав его к ненавистному врагу и сделав такие ограничения. В это время он не сможет в трудную минуту помочь своему народу и вернуться к нему. Но вот Чёрное рождение, было совершенно другим делом. Ведь во время него все ограничения спадали, и мог, что-то изменить. Ведь о нём не должна знать Амара, ведь это будет ей только на руку, и она сможет его использовать себе во благо и это было опасным для всех. Хорошо, что она всегда занималась только собой и не обращала внимание, на других. Слишком много знаний вредно он должен хранить тайну своего народа она ведьма, враг и поэтому должен её остерегаться. Всё время, пока он был с ней следил за всеми своими действиями, словами, мыслями и желаниями. Не давая ей не единого шанса уловить след своей магии или прощупать его. Она была древней и сильной , но хелл хорошо умел скрывать свою силу и маскировать её. Долгое время тренировался держать все свои чувства под контролем. Ведь сильный гнев, злость и волнение, которые провоцировали выброс энергии, могли обратить на себя её внимание. А учитывая ,что своей магией он давно не пользовался,она постепенно накапливалась в нём. Делая из него вулкан, который внутри кипел и в любую минуту мог взорваться. Он знал ему нужно убежище, чтобы, если произойдёт выброс силы он должен быть уверен, что это не повредит ему, да и это немного осушит его магический резерв. Хедрик тяжело вздохнул ему было нелегко, никому из своих помочь он не мог, но и себя выдать тоже. Время ему нужно немного времени, потом он будет уже свободным Харск хмыкнул.