Татьяна Каменская - Эртэ

— Эртэ? — ахнув, вскрикивает доктор, и недоумевающе смотрит на старика. — Этого не может быть! Эртэ не может, не может нести зло!

— Хотел бы я ошибаться мой друг! Мать забыла повесить над кроваткой девочки ветки боярышника, что отгоняет злых духов, и вот результат.

Ты видел время, повернутое вспять, ты видел девочку, из-за которой кипят страсти не один век на земле. Ты должен узнать, кто она, где она сейчас, и почему находится в том месте. Тебе решать, кто будет потом на земле защитником! Тебе даётся две минуты, смотри не перелистай книгу времени, а мы… мы с Далвом уже впереди всей планеты! И не забудь мой мальчик, время не терпит промедления! Вперёд Далв! Мы ждём тебя, Последний потомок Владов-в-в-в…

Лёгкий возок, запряженный тройкой быстрых лошадей, умчался вдаль, и лишь поземка заметает след от саней, да ветка от боярышника, что растёт неподалёку, тихо колышется на ветру.

— Не забудь Снегурку-у-у-у! — тихий голосок Далва перекликается с нежным звоном колокольчиков, повязанных на шее лошадей.

А может это вновь звенит Время? Но Смелый как-будто даже не шевелится, значит, время уже остановилось. Картинка замерла? Вспышка света, и как ответ, конь бьёт копытом по голубому снегу, и доктор вдруг вспоминает, что этот снег щедро полит голубой кровью да-Конов и маггутов.

— Маг жив! Он ещё немало натворит дел… — вспыхивает в голове доктора запоздалая мысль. — А Эртэ? Нет, этого не может быть. Это ошибка! Эртэ не может причинить зло ребёнку. Но тогда кто эта женщина в его видениях? Надо прокрутить память назад. Вот бой с Магом. У него нет слабостей? Так ли это? Уязвимые места есть у каждого. Даже у него. Но Маг представляет угрозу. У него изощрённый ум, и создаётся впечатление, что он окружён некой таинственной силой. Об этой силе намекал ему сам Маг

Нить этого разговора утеряна, и нужно сосредоточиться, что-бы вспомнить. Хотя едва ли это возможно! Вокруг тёмный, сумрачный лес, что шумит громко и тревожно. Странный лес! Как будто копья выросли из черной земли, исчез снег, и под ногами ровный пожелтевший ковёр из сосновых иголок. Кажется, тропинка поднимается вверх. Какие вокруг страшные сосны. Уродливые и искорёженные. Они навевают мрачные мысли. Жуткий лес! И эта тишина коварна, в ней слышится чей-то стон. Надо отсюда выбираться. Время, явно перешагнуло отмеренный ему отрезок, или заблудилось в лабиринтах его памяти.

Смелый, что-то почуял в кромешной темноте. Остановился, всхрапнул, и затряс гривой, словно не соглашаясь с мнением всадника сидящего на нём. Но вот он вновь двинулся вперёд, медленно-медленно, словно прощупывая дорогу. Хотя какая может быть дорога в этой глуши? И занесло же их в эти дебри. Что они здесь могут найти? Какую истину?

Внезапно Смелый остановился, и задумавшегося доктора качнуло так, что он едва не слетел с коня. Когда его глаза, привыкшие к темноте, разглядели впереди на тропинке что-то тёмное и непонятное, Смелый всхрапнул, затряс головой и опять двинулся в путь.

Но сделав несколько шагов, он остановился у высоких, кованых толстым железом ворот, что преграждали дальнейший путь по тропинке. Огромное кривое кольцо заменяло ручку, и требовалось лишь дотянуться до него, что-бы громко стукнуть кольцом в кованые ворота, и разбудить обитателей этого мрачного жилища. Только ждут ли их здесь? Глухой утробный звук удара разнёсся по лесу, и опять наступила тишина.

Доктор в раздумье почесал затылок. Темнота и ночь в глухом лесу, не слишком приятное времяпрепровождение. Но что-то уж долго хозяева открывают засов. Не придётся ли пожалеть о том, что осторожность не возымела над всеми чувствами, а он не устоял перед соблазном отдохнуть. Но ночью в лесу опасно. Дикий зверь на то и зверь, что бродит ночами, ищет еду. Как бы не оказаться в роли позднего ужина. Что-то никто не спешит открывать ворота. Доктор, спешился и потянулся к кривому кольцу на воротах, но те вдруг скрипнули и стали сами тихонько открываться. Настороженно вглядываясь в хижину, что оказалась за воротами этой небольшой усадьбы, доктор вошёл во двор.

Что-то уж слишком мрачное строение предстало перед ним. Хижина, где никто не живет? А если кто-то притаился за углом, и ждёт лишь удобную минуту, что-бы нанести свой удар. Но если всего бояться, то в лес не ходить…

— Смелый, жди меня здесь, и будь готов каждую секунду… — он едва касается губами теплых и мягких ушей Смелого.

Словно соглашаясь, конь слегка встряхивает головой, и доктор, ласково приглаживает его холку. Его Смелый, добрый конь, и очень умный. Он многое понимает без слов. Сколько лет они прошли вместе. Их путь был тернист и совсем нелёгок. И только в последнее время они расстались. Как видно зря! Не все приключения свершились, не все дороги пройдены…Спасибо девице, что согласилась обменять себя на Смелого. Как-же звать ту девицу? Её имя чем-то напоминает имя Эртэ. Почти! А может это была Эртэ? Как странно — Эртэ воплощение зла!! М-м-м-м-м! Не может этого быть!

— Ну почему-же, не может! Кто знает душу этой женщины? Кто заступится за неё и опровергнет слова поклёпа, гнусные и отвратительные! Ты? Ты, которому она задурила мозги, а на самом деле завладела твоей волей. Как-бы она не завладела твоей душой, несчастный…

Неприятный скрипучий голос, хрипел в темноте, прерывался мучительным кашлем, но продолжал свою гневную речь. И если вначале доктор просто остолбенел от неожиданности, то приглядевшись, теперь он заметил в кромешной черноте хижины маленькую сгорбленную фигурку человека.

— К-кто вы? — едва промолвил доктор, вдруг приобретая дурную привычку заикаться.

— А ты так и не научился владеть своими эмоциями и чувствами, Последний потомок Владов? Плохо же я лечил моего больного от заикания…

— Вы- Ойхо? Великий шаман долины Золотого божества? — удивился доктор.

— Узнал! Наконец-то! — усмехнулся скрипучий голос. — Добро пожаловать Влад в твой родной край. Приветствую и коня твоего, по кличке Смелый! Вы хорошие гости!

Черная тень мелькнула перед глазами доктора, и вскоре посреди хижины вдруг вспыхнул небольшой огонек. Огонь весело разгорался, жадно охватывая пламенем тонкие ветки и поленья дров, а доктор с интересом и такой же жадностью вглядывался в сидящего перед ним старичка в странной меховой одежде, сшитой из шкур зверя.

— Ойхо, я знал тебя молодым, красивым и сильным парнем. — пробормотал доктор.

— А я тебя помню с пелёнок. Ты был чудесным ребёнком, затем мальчиком, а потом юношей. Жаль, ты перестал приходить в мою шаманскую хижину, ты вырос, и у тебя появились другие интересы… — грустно вздохнул старик. — Ты вырос…

— Прости Ойхо, но дороги наши разошлись. Ты стал проповедовать одно, а я бороться за другое. — пробормотал доктор, присаживаясь к старику и протягивая руку к огню.