Майкл Стэкпол - Глаза из серебра

Когда корма воздушного корабля опустилась и ударилась о землю, «Зарницкий» развалился надвое, ощетинившись вдоль места разлома расщепленными палубами. На секунду носовая оконечность взмыла вверх, как бы в попытке избежать разрушения, но тут же начала падать. Кормовая часть корабля двигалась по земле, оставляя за собой прорытую борозду, распадаясь и раскидывая по сторонам обломки и тела людей. Вслед за кормовой частью носовое крыло правого борта ударилось оземь, ускорив снижение корабля. Оставшаяся часть носа описала дугу и, рухнув на землю, исчезла в облаке пыли, превратившись за долю секунды в кучу горящей древесины.

В сердце Наталии боролись радость и печаль, она с трудом удерживалась на ногах. Да, она была счастлива, что прекратились налеты, но она понимала: каждый на борту «Зарницкого» искренне верил, что его миссия – наказать Шакри Авана за покушение на ее жизнь.

«Все они – преданные солдаты. Они оказались тут из-за меня. Триста, четыреста человек – их смерть на моей совести».

Малачи наклонился над ней:

– Ты не в ответе за их смерть. Эти люди выполняли приказы, аморальные сами по себе. Они стреляли в невиновных. Они и тот, кто им отдавал приказы, ответственны за смерть многих.

Она подняла голову:

– Но у них остались вдовы и дети.

– А в городе они не оставили вдов и детей? – Малачи прикрыл глаза. – Не думай, что я не способен к сочувствию, Наталия, но большую ответственность берет на себя тот, кто решает – завязать войну или воздержаться от нее. Эти люди погибли не из-за тебя, а из-за своего собственного выбора. Посеешь ветер – пожнешь бурю. Нам теперь осталось только одно: позаботиться о тех, кто стал жертвой их действий и тут, и в

Крайние. И приложить все силы, чтобы предотвратить дальнейшие смерти.

Позади себя на крыше Наталия услышала удар, потом – металлическое звяканье. Обернувшись, она увидела высокого парня в серебряном комбинезоне, на лице которого была надета простая маска. Он отстегнул последние лямки, и с его спины на крышу упал металлический прибор в виде коробки с присоединенными к нему крыльями. Он взял свою маску за углы на челюсти и сбросил шлем. И сразу же встал по стойке «смирно».

– Полковник Кидд, докладывает брат Робин Друри. Наталия увидела, что Малачи медленно оборачивается, на его лице появилось удивленное выражение:

– Брат Робин Друри… Робин… далековато от дома вы забрались.

– Да, сэр, – улыбнулся длинный. – Как и вы, сэр. Малачи кивнул:

– Да. Как вы оказались тут, брат Робин?

Темные глаза этирайна от смеха превратились в щелки:

– Ваше письмо дошло до принца Тревелина. И мы сразу прилетели. Сожгли уйму угля. Повезло еще, что «Зарницкий» сразу рухнул, у нас и было-то запасов на один залп.

Как-то сразу Малачи стал другим – далеким и сдержанным:

– У «Сайт-Майкла» хватит топлива на обратный путь в Дилику?

– Только-только. Капитан Хассет сбросил всех этирайнов и два ялика с припасами, чтобы облегчить корабль. Он сейчас улетает.

Наталия посмотрела на небо, но илбирийского корабля там не было.

– Он говорит, Малачи; «Сант-Майкл» улетел. Она надеялась, напомнив Малачи о своем присутствии, что ее представят, но Малачи, казалось, погрузился в свои мысли. Рассеянность, на которую он ссылался в недавнем разговоре, возросла со времени их прибытия в Гелор, он терял способность спать или сосредоточиться.

«Этот город отнимает что-то у него, и это страшно».

Малачи сосредоточенно нахмурился:

– Вы долго сюда добирались?

– Пять с половиной дней при боковом ветре.

– Значит, корабль сможет вернуться только через одиннадцать дней, и то сделает только один выстрел.

– Да, сэр.

Наталия дотронулась до правого плеча Малачи. Он резко дернулся, и она почувствовала, в каком он напряжении.

– Малачи, здесь твои союзники. «Зарницкого» больше нет. Может, Григорий был на нем, следил за разрушениями.

– Ни в коем случае. Он там, со своими Вандари. Робин согласился с ним:

– Мы видели костры лагеря, до них верхом скакать два дня.

– В Бир-аль-Вахаше.

– Да, сэр, примерно в пятидесяти милях к северу.

– Два дня скачки. – Малачи встряхнул головой, еще раз вздрогнул и тяжело вздохнул. – Прости, я отвлекся. Брат Робин, позвольте представить вам ее имперское высочество тасоту Наталию Оганскую. Тасота Наталия, это брат Робин Друри, командир этирайнов « Сант-Майкла».

Робин почтительно поцеловал Протянутую ему руку.

– Приветствуем вас здесь, брат Робин.

– Весьма польщен. – Выпрямившись, высокий парень качал головой. – Очень бы хотелось узнать, как вы оба оказались здесь, но, как говорит принц Тревелин, если в чем замешан полковник Кидд, то возможны самые невероятные объяснения.

Малачи взял Наталию под руку:

– Принц Тревелин любит преувеличить. Робин засмеялся:

– И эти ваши слова он тоже предугадал. И еще он велел передать вам: он рад, что не погиб тогда в Лескаре. Он уверен, что если вы организуете оборону Гелора, город сможет продержаться до возвращения «Сант-Майкла».

Малачи выпустил ее руку, и Наталия поняла: он снова погрузился в свои размышления.

– Одиннадцать дней. Город должен продержаться. – Сказала Наталия.

Малачи снова хмурился:

– С помощью пятидесяти этирайнов и привезенных ими припасов? Трудно будет, очень дорогая цена.

Этирайн удивился:

– А войска Гелора?

– Они уже понесли потери при обороне Бир-аль-Джамаджима.

– Шакри Аван оборонял колодец?

– И потерял своих людей, как предсказывали вы с Урией.

– И это предсказание вы так невысоко оценили. – Робин встряхнул головой. – Но теперь нам придется выдержать осаду. Шакри Аван наверняка проявит благоразумие в защите города?

– Вы его сначала должны увидеть, брат Робин.

Из двери, ведущей в покои замка, послышался громкий голос, который прокатился по всей крыше. Наталия обернулась: из двери на крышу вступал Шакри Аван. Он нес два обнаженных шамшира, и лицо его выражало восторг. Одежда его гармонировала с голубым кафелем арки, ведущей в Джебель-Квирану.

J~ Единый истинный Бог предопределил сегодняшний день, чтобы провозгласить Свою милость ко мне, – вопил он по-крайински.

Не снижая громкости тона, он отвернулся от Наталии и указал обоими кривыми мечами на горящие обломки воздушного корабля:

– Да, прекрасное было зрелище. С этого ясного неба Атаракс послал целый веер молний и уничтожил нашего противника! А теперь Он дал нам серебряных ангелов для противостояния врагам! Нужно ли еще доказательство, что мы – Дост?

– Он что говорит?

Малачи повернулся к Робину:

– Понимать его выступление надо так, что он совершенно сумасшедший, и при защите его государства от завоевателей ждать от него помощи не приходится.