У Чэн-энь - Путешествие на Запад. Том 2

Однако дух не поверил Чжу Ба-цзе и взмахнул своим медным молотом, готовясь нанести страшный удар. Но Чжу Ба-цзе успел загородиться граблями.

– Вот гнусное чудовище! – заорал он. – Ты ведь совсем недавно стал оборотнем.

– А откуда это тебе известно? – удивился дух.

– Да видно, как ты орудуешь молотом. Наверное, работал у серебряных дел мастера, – отвечал Чжу Ба-цзе, – а потом украл у него молот.

– Этот молот вовсе не предназначен для ковки серебра. Вот послушай, что я тебе скажу:

Девять лепестков сложились вместе:Палицу они образовалиСо стволом пустым, цветеньем вечнымНа земле отыщется едва ли,Разве только встретится на небе,Лотосоподобное растенье:Плод – коричнев, корка – изумрудна:Всех оно прекрасней, без сравненья!В старом яшмовом пруду небесномВыросло и дышит ароматом.Я ковал его, чтоб крепость медиСпорила с испытанным булатом.Что пред ним и сабли и секиры! –Топоры дробит одним размахом.Чуть оно твоих коснется грабель,Сразу грабли разлетятся прахом!

Увидев, как они расшумелись, Ша-сэн не стерпел и, выступив вперед, крикнул:

– Эй ты, чудовище! Перестань бахвалиться! Ведь старые люди недаром говорили: «Чем хвалиться попусту, лучше выйти и показать, на что ты способен». А теперь – ни с места! И попробуй-ка, сразись со мной.

Дух вовремя успел предохранить себя от удара, загородившись молотом.

– Да какой из тебя монах! – крикнул он.

– А ты откуда знаешь? – удивился Ша-сэн.

– Потому что с виду ты простой пекарь.

– Чем же я, по-твоему, похож на пекаря?

– А тем, что так ловко орудуешь скалкой.

– Ах ты тварь грязная! – Ша-сэн даже выругался. – Ды ты, наверное, и не знаешь, что:

Нет оружья у людей такого –Ты поэтому его не ценишь!Из чертогов вынесено лунных,Не могло оно отбросить тениИз священнейшего древа СолоСделано, украшено богато,Камни драгоценные снаружи,Золото внутри и ароматыБрал его когда-то император:На пирах оно тогда блистало.Взял его я, чтоб оно монахаСилою волшебной охраняло.Пусть в путях на Запад неизвестно,Но зато на небе знаменито!От его единого удараТы падешь в бою, с башкой разбитой!

Дальше дух не мог слушать, он даже в лице изменился от гнева, и тогда на дне реки произошел отчаянный бой.

Чжу Ба-цзе, Ша-сэн схватились с духом:

Был один – небесным полководцем,На землю сошедшим добровольно;Был другой – небесным полководцем,Изгнанным в пределы преисподней.С двух сторон они сжимали духа,Наседая с силою могучейПохвалялся дух, что в одиночкуОн сопротивляется монахам.На роду написано им былоЧистой добродетели достигнуть –Только каждой вещи в этом миреПротивостоит другая сила.Если воду побеждает суша,Высохнет вода – и дно откроет,Из воды ж являются деревья,И на них цветы благоухаютВ этом тайный смысл ученья Будды;Этим руководствуясь законом,И бессмертья делают пилюлиМать-земля рождает в темных кедрахЗолота прекрасные побеги;Золото опять рождает воду,А вода детей своих рождаетЖизни всей дает вода основу:И поит цветы, поит деревья,Дерево огонь в себе содержит.Всех пяти стихий соединеньяПроявляются многообразно,Изменяя лик они в бореньеПосмотрите, как прекрасен молот.Медными он блещет лепестками.Как чудесен посох полосатый, –Он огнями яркими сверкает!Изначально в мире были грабли,Светоносны как светила небаВсе распалось на девять – в боренье…В неизвестном разобраться трудноНо монахи жертвовали жизнью,Чтобы соблюсти свои обеты,Отказались от удобств житейских,Сакья-муни послужить желали,Не боясь опасностей смертельных;Здесь, в сраженье, выступали дружно.Не давая молоту простораСлева – посох отражал ударыСправа – молоту встречались грабли.

Уже четыре часа бились трое под водой, однако так и нельзя было сказать, кто из них победит. Наконец Чжу Ба-цзе понял, что им не одолеть духа, и подал знак Ша-сэну, Притворившись побежденными, они бросились назад, волоча за собой свое оружие.

– Ребятки! – крикнул тут дух своим подчиненным. – Вы оставайтесь здесь на страже, а я догоню этих стервецов: отличная у вас будет закуска.

И вы только взгляните: словно лист, несомый осенним ветром, или цветы, сбитые дождем, дух, поднявшись на поверхность воды, помчался за своими противниками.

Между тем Великий Мудрец Сунь У-кун стоял на восточном берегу и пристально следил за прибрежными вол – нами. Вдруг вода забурлила и из нее с шумом и криком, задыхаясь, выскочил Чжу Ба-цзе, а вслед за ним показался и Ша-сэн.

– Пришел, здесь! – кричали они.

– Стойте, куда вы? – раздался крик, и из воды тотчас же выскочил дух.

– Отведай-ка моего посоха! – заорал тут Сунь У-кун.

Однако дух успел уклониться от нападения и, взмахнув своим молотом, стал отражать удары. Один из противников вздымал волны, другой – проявлял свою волшебную силу на берегу. Однако не успели они схватиться и трех раз, как дух почувствовал усталость и, поняв, что сопротивляться дальше не в силах, исчез в водных глубинах. После этого наступила тишина, и волны не тревожили больше реку.

– Ну и досталось нам, братья, – вздохнул Сунь У-кун.

– Дорогой браг, – сказал тут Ша-сэн. – На берегу дух чувствовал себя не совсем уверенно, но вот в воде с ним не справиться. Мы с Чжу Ба-цзе нападали на него с двух сторон и все же едва держались. Что же нам теперь делать, как спасти учителя?

– Медлить нельзя, дух может причинить нашему учителю вред.

– Вот что, брат, – сказал тут Чжу Ба-цзе, – я постараюсь выманить его из воды, ты же не шуми, подымись в воздух и жди там. Если дух высунет голову, бей его прямо по макушке. Если ты не убьешь его, то хоть оглушишь. А уж тут я подоспею со своими граблями и полностью рассчитаюсь с ним.

– Вот это верно! – обрадовался Сунь У-кун. – Будем, как говорится, действовать дружно. Только так мы и сможем одолеть духа.

И вот двое из них снова отправились в воду, но говорить об этом мы пока не будем, а расскажем лучше о том, как дух, потерпев поражение, вернулся к себе во дворец. Здесь его окружили подчиненные духи.

– Куда вы угнали монахов, великий князь? – спросила окунь-самка, выступив вперед.

– У этих монахов оказался еще один помощник, – отвечал дух. – Я не знаю, сколько весит его посох, но мой молот не устоит против него. Я не выдержал и трех схваток, как вынужден был признать свое поражение.

– А не можете ли вы, великий князь, сказать, как выглядит их помощник? – спросила самка-окунь.