Хлоя Корф - Расчёт вечности

Дверь распахнулась – оказывается, девушка даже не закрыла её после ухода Егора – и вошёл ОН. Хозяйка взглянула на Себастьяна и замерла – он выглядел здоровым и свежим с обычным своим загаром на лице, и казался ещё прекрасней, чем всегда. Она непроизвольно отступила.

- Тес, почему у тебя дверь открыта? – Себастьян внимательно посмотрел на девушку. – Что случилось? На тебе лица нет? Ты в порядке?

Он намеревался дотронуться до неё, но она не позволила, сделав ещё шаг назад. Себастьян, не торопясь, запер дверь, затем повернулся к хозяйке – она нервно теребила нижнюю губу, пристально глядя на гостя. Перед глазами непроизвольно всплыли портреты женщины, которые Тес наблюдала в квартире начальника. Но нет! Она никакого права не имела ревновать. Себастьян прав, он был слишком для неё – слишком совершенен.

Фотограф помрачнел от вида девушки, его глаза потемнели, а во взгляде появилась серьёзность и сосредоточенность. Себастьян сделал уверенный шаг в её сторону, что той пришлось в буквальном смысле этого слова – отпрыгнуть. Это изумило гостя.

- Тес, да что с тобой? – потребовал он объяснений голосом, не терпящим возражений.

«Я люблю тебя!» - хотелось кричать во всё горло. Но Тес осознавала, что этим погубит всё – и прежде всего себя. Она нервно сглотнула, продолжая вызывать в Себастьяне недоумение. Тот замер.

- Тебе лучше, я рада, - наконец, вымолвила девушка и не узнала своего тихого, хриплого голоса. – О чём ты хотел поговорить?

- Только после того, как ты объяснишь мне, что с тобой произошло? – он с беспокойством смотрел на собеседницу, и ей это было как удар ножом в сердце. Сознание беспрестанно повторяло: «Никогда! Ты можешь не увидеть его никогда!» - К тебе заходил Егор? – продолжал Себастьян.

Наверно, она кивнула, поразившись его осведомлённости.

- И? – резковато спросил фотограф.

- Откуда ты знаешь? - срывающимся голосом промямлила Тес.

- Что ему понадобилось от тебя? Почему бы ему не оставить тебя наконец в покое? - раздражился Себастьян.

Она больше не могла смотреть на него. У неё было одно желание – кинуться ему на грудь и не отпускать уже больше никогда. Вместо этого девушка повернулась и прошла в комнату. Она намеревалась сесть на диван (он же являлся её постелью, в расправленном виде), когда фотограф резко схватил Тес за руку и, не особо церемонясь, притянул к себе. Почувствовав его объятья, ассистента затрясло.

- А теперь потрудись, пожалуйста, объяснить, что у вас с ним произошло? - процедил Себастьян, сдерживая гнев. Собеседница смотрела на него с нежностью, любуясь каждой чёрточкой совершенного лица, и стараясь запомнить малейшую деталь.

Тес вздрогнула от прикосновения его губ к её и незамедлительно отвернулась. Зато это привело её в чувства. Она часто задышала, сама того не замечая.

- Тес, ты поняла, что всё ещё любишь его? – в нетерпении спросил Себастьян.

- Ты же сам уверял меня, что я никогда не любила его, - напомнила девушка, почему-то, разозлившись.

- Но может, я ошибался? – вопрос был задан с нервной усмешкой.

- А возможно, что и нет, - последнее слово Тес произнесла почти шёпотом, глядя на Себастьяна, и пытаясь утихомирить своё бешеное сердце, которое, казалось, сейчас взорвётся.

- Тогда в чём дело?

- Ни в чём, - она стала вырываться из объятий. Фотограф слегка встряхнул её за плечи.

- Нет, Тес, ты поведаешь мне весь ваш диалог, - твёрдо объявил гость, и прижал её так крепко, что ассистент прогнулась назад. – Я хочу знать, чем ещё тебя расстроил этот мальчишка.

Себастьян был весь в напряжении. Странно, но Тес не ощущала боли в спине от ран, к которым тот прикасался.

- Он меня ничем не расстроил, - заявила девушка, не оставляя попыток отстранить фотографа. – Мне нет до него никакого дела.

- Что-то не верится, Тес. Твой пульс на пределе, ты вся горишь, а утверждаешь, что он тебе безразличен?

- Но может, причина этому – ты, - вырвалось у неё, и она тут же пожалела, что произнесла это вслух. Тес отвела взгляд от застывшего Себастьяна. Гость сомкнул пальцы на её подбородке, заставив тем самым посмотреть на себя.

- Что? – странным голосом спросил прибывший.

- Тебе это прекрасно известно, Себастьян, - вспыхнула Тес до кончиков волос.

- Что мне должно быть известно, Тес? – настаивал собеседник.

- Пожалуйста, не строй из себя непонимающего, - она обхватила его руку, которой он держал её.

- Ну так скажи это, Тес. Что тебя останавливает? – голос фотографа был совсем не дружелюбным.

И он ещё спрашивает?!

- Ты… И я… Мы же всё выяснили… Ты сам сказал, что нам не суждено… Что такая, как я, и такой, как ты, – мы не можем быть вместе, - запуталась девушка. Ей почему-то было трудно говорить с Себастьяном о подобном, в особенности под таким взглядом.

- В этом ты абсолютно права.

- Тогда зачем же ты мучаешь меня?! По какой причине пристал ко мне? Найди себе такое же достойное совершенство, коим являешься сам! – разозлилась собеседница.

- О чём ты, Тес? – он не позволил ей высвободиться, жадно пожирая её глазами.

- Ты же постоянно твердишь, что такая, как я, не достойна такого идеального человека, как ты! – выпалила Тес. – И знаешь, возможно, ты и прав. Так почему же не хочешь оставить меня в покое?

Лицо Себастьяна вытянулась, выражая непонятные эмоции. Девушке показалось, что он впервые не знал, что ответить.

- С чего ты сделала подобные выводы? – очнулся фотограф, ослабив объятья. – Я никогда не говорил, что идеален, и уж, конечно, не считаю себя лучше тебя, Тес. Более того – сейчас я пребываю в абсолютном убеждении, что не достоин тебя.

- Что? – пришло время удивляться ей.

- Я полюбил, совершенно не умея этого, человека, который является, по-моему, определением любви. Ты желала мне добра, когда я обращался с тобой как последний мерзавец. Ты протягивала мне руку помощи, а я поворачивался к тебе спиной, но и в этот момент ты не отступалась, пытаясь помочь всеми возможными и невозможными способами. Не говоря уже о твоих поцелуях, Тес, и прикосновениях, - его взгляд скользнул к её губам. Она нервно сглотнула. – Никто и никогда не вызывал во мне того, что творят со мной твои ласки. В них столько эмоций, что я каждый раз сомневаюсь, а достоин ли я этого? Но, Тес, я настолько эгоистичен, что никогда по собственной воле не откажусь от них. Я желаю, чтобы ты принадлежала исключительно мне; чтобы то, как ты сейчас смотришь на меня, познал лишь я; и меня пробирает дрожь от того, когда я предполагаю, чем ты можешь одарить меня ночами. Мне даже думать об этом невыносимо. И нет, Тес, мне не под силу отказаться от всего этого и оставить тебя. А сама мысль, что я могу потерять такое неземное существо, как ты, лишает мою жизнь всякого смысла. Я люблю тебя, Тес.