Закон подлости гласит...

- Ищи, Том! Ищи! – шептала я, раскрывая шкафы и вываливая посуду, пока Том, кашляя от дыма, срывал обшивку со стен, а Марко шарил по полу в поисках тайника. Наверху раздался ужасный крик нечеловеческой боли, от которого я вздрогнула, а Том побледнел.

- Сдохни, вор! – орала бабка сверху. – Сдохни! Решил ограбить семью Эрланс? Получай! Думаешь, мы не можем за себя постоять?

И снова крик боли. Руки Марко дрожали, когда он пытался сорвать доски с пола. На кухне тоже был тайник, где лежала внушительная сумма денег.

«Сэкономила! На старость себе собирала!» - усмехнулся демон. – «Похоронные!»

Марко кашлял и  шарил в деньгах, вытаскивая их из тайника. Помимо денег там были какие-то украшения, но пиалы не было. Я била старый сервиз, приговаривая, что это – на счастье…

Все пространство заполонил едкий дым. Я разбила огромную супницу, из которой вылетела пиала… Я бросилась к ней, подняла ее, слушая страшные крики на втором этаже.

Том посмотрел на пиалу и бросился наверх, спасать Джеральда. Я не стала его удерживать, понимая, что Джеральду помощь нужна сейчас, как никогда.

- Марко… Послушай меня внимательно, заюшка… Я прошу тебя… Отнеси эту пиалу в соседний дом… Я умоляю тебя… У тебя получится… Отдай ее Альберту… Я прошу тебя… - шептала я, кашляя от дыма и приглаживая его волосы. Окно на кухне разбил камень. – Марко… От этого зависит все… У тебя все получиться… Спаси Альберта…

Марко схватил пиалу, прижав ее к груди. Мы с ним выбежали в коридор. Из стены появилась бабка с ножом в руках. С ножа стекала кровь. Я заслонила собой Марко, который боялся призрака до судорог.

- Марко, дальше по коридору есть окно. Оно забито досками… Давай… Я в тебя верю… Я попробую выиграть тебе время… - прошептала я, понимая, что бросить мальчишку наедине со спятившим призраком, я не смогу. – Давай, Марко… Давай… Скажи Альберту, что я люблю его…

Марко бросился по коридору, унося пиалу.

- Тварь… Позор семьи… - шептала бабка, двигаясь на меня. – Беспутная девка…

- Пощади меня! – ответила я, пятясь к входной двери и слушая, как кто-то выламывает доски. На втором этаже, за стеной огня, я слышала стоны. – Я готова просить прощения на коленях… Я раскаюсь…. Да, бабушка, я была не права… И я сожалею…

Бабка опустила нож, посмотрела на меня.

- Сожалеешь? Это хорошо… Но я тебя всегда учила, Анабель, что позор семьи смывается кровью… - произнесла бабка. – Я же тебя предупреждала… Сколько раз я тебе говорила… Все твое детство тебе твердила… Как твои непутевые родители умерли, так я тебе каждый день повторяла…

Я нашарила ручку двери, и в тот момент, когда нож устремился ко мне в грудь, я успела открыть дверь и вывалиться на улицу, упав на спину. Я почувствовала, как меня хватают, заламывают руки. Я пыталась откашляться от дыма, глядя, как мой дом начинает обрушиваться. Огонь плясал на крыше, вырывался из разбитых окон второго этажа. Я переживала за Тома, Джеральда и Марко. Но сердце болело за Альберта… Его молчаливый дом – крепость, которая судя по следам боя, не сдалась. Кто-то из дома Альберта выбежал на улицу. Несколько инквизиторов в черном попытались отбить меня у горожан, бросая в толпу заклинания. Но огромная толпа, поглотила меня, словно хтоническое чудовище. Мой дом рухнул окончательно, поднимая вверх сноп искр. Том… Джеральд…

Я не видела, чем закончился бой, молясь, чтобы Марко успел… Меня волокли по земле, пиная ногами. Иногда я успевала прикрывать лицо, от ударов. Кто-то больно дернул меня за волосы, ставя на ноги. Я попыталась вырваться, но вырываться было некуда. Вокруг меня были искривленные ненавистью лица. Белые плащи, белые маски, снова лица… Кто-то выкрутил мне руку, мне в лицо плюнула какая-то женщина, а на моих запястьях сомкнулись наручники.

- Смерть магам! – крикнул кто-то мне на ухо, пытаясь поставить на колени. – Проси прощения, тварь за то, что ты сделала! Проси прощение перед всем городом! Проси прощения за то, что ты – маг! Смерть магам!

Я почувствовала болезненный толчок в плечо, от которого покачнулась и упала под ноги какому-то инквизитору в белом.

Меня тащили сквозь весь город. Потом к нам присоединилась еще одна немногочисленная группа, волоча по земле окровавленного подростка. Он был без сознания. Крики вокруг сливались в единый протяжный вой. Перед глазами все плыло. Из носа что-то текло. Я вытерла нос рукавом, и увидела кровь, размазанную по манжете и руке.

«Группа крови на рукаве… Мой порядковый номер на рукаве…Пожелай мне удачи в раю…» - прошептал демон, сжимая ангела так крепко, словно боялся потерять. Ангел обнимала его, прижимаясь к нему и вздрагивая после каждого пинка, на которые толпа был щедра, как никогда. «Я останусь в этом дерьме…!» - прошептала я, разбитыми губами, так и не вспомнив, что там было дальше.

Мне хотелось упасть на землю, закрыть глаза и уши, убеждая себя, что это – не со мной, что это – сон…  Рядом со мной тащили темноволосую девушку, которая сопротивлялась так, что даже мне стало страшно. Она обожгла заклинанием ближайшего инквизитора, глядя на него, как затравленный зверь. Мне показалось, что это – та брюнетка, которая помогла подписать мне диплом. Тогда она смеялась, а сейчас сражается насмерть. За оказанное сопротивление девушку схватили за волосы, и ударили в лицо так, что она обмякла, падая, как подкошенная на брусчатку.