Елена Тыртышникова - Господин

Амур сразу же попросился в Союз - юной цивилизации требовалась помощь и защита, но на Королеве отказали телепатам, а ведь те даже смирились с навязанным справочниками именем - самоназвание новой планеты было другим. Но чересчур свежа оказалась память о войне и менталах-оружии, чтобы сразу принять их, признать за своих. А потом Амур никуда не просился. И ничего не просил.

Рос Союз и росло влияние обиженных телепатов. Из Центра мира уже ничем не управляли - он превратился сначала в трибуну, с которой можно было хотя бы заявить о своих проблемах, протестовать против интервенции или экономической блокады, а потом он превратился в говорильню. Или вовсе - кричальню. Если раньше к сказанному в Центре прислушивались, то теперь не обращали внимания.

Мятежники тоже решили крикнуть… так же, как один самец другому в борьбе за самку - мол, я сильнее, так что подумай, прежде чем лезть в драку, уступи. Пусть кричит.

– У МАТа несколько схем эвакуации, рассчитаны они на врагов-менталов, - пустился в объяснения бывший майор славной организации. - Поэтому мы их отыщем не сразу.

– Неважно. Главное - отыщем, - отмахнулся Ремид. - Что-нибудь интересное осталось?

Коридор к Центру мира был невелик, но его требовалось преодолеть пешком - такова традиция. Собрания Союза Цивилизаций давно состояли из одних лишь пустых традиций да ничего незначащих ритуалов.

Всё здесь сверкало: потолок - золотистым светом, пол им же, но отражённым; стены искрились разноцветной мозаикой со сценами из жизни Королевы, становления планетарной и космической республик, не обошли стороной войну и рождение Союза. Свод "поддерживали" колонны - статуи великих полководцев и политических деятелей, их бывало заменяли на новые. Власть менялась - менялись и приоритеты, а с ними история, прошлое.

– Ээ-э, видите ли, если по существу, - Серриг замялся. - По существу - ничего. Но банки данных восстановимы.

– Время есть.

– Ну да… - боец раздосадовано скривился.

– Моя память говорит… - напрягся Слай, до этого он сосредоточенно молчал, оставив всю активность на мудрого Ремида и вездесущую Релисту. - Моя память мне говорит, что я знаю этот тон. Что такое, Халт?

– Хорошая у тебя память, - хмыкнул телепат. - Я не знаю. Кое-что всё-таки осталось. Оставили. Сообщение о грядущей вселенской катастрофе. Гибели, я бы сказал.

– Мм-м, угроза?

– Хм, такая? - тотчас вмешалась Натин. - Не в стиле МАТа.

– Стиль меняется, - резонно возразил майор. - Посмотри на меня. А что говорить о всесильном гордеце, великане, поверженном карликом?.. Но ты, Нат, как раз права. Это не похоже на угрозу - тон не истерический, скорее деловой. К посланию приложено немалое количество информации, причём не для всех, а для тех… кто если не готов принять, то хотя бы сможет смириться с методами "Радуги". По беглому анализу - информация серьёзная.

– Посмотрим, - кивнул Слай. - Позже, явное дело. Сейчас у нас иная цель. Разберёмся здесь - изучим подарок МАТа.

Они - представители мятежников, известные другим как Большой совет: Ремид и Релиста от кроткой и юной Фиалки (настоящего Большого совета), господин Президент самопровозглашённого независимого Лохаткийского альянса с помощниками и племянником-эмпатом, глава Галактической коалиции свободных менталов с Диэрси, благодарный поселенец от Глуши и кто-то из мафиозных баронов Азтона. Когда Азтон официально присоединился к мятежу, никто не заметил - видимо, бригада Дложалло оказалась ребятами не промах, сумела настроить пиратов на правильный лад.

Среди повстанцев были и другие. К ним попали и подданные Федерации Клана, и той же Республики Йо-то, но сейчас они находились на своих местах, там, где в них больше всего нуждались - при своих правительствах. Нуждались в равной степени как родные старые государства, так и новоявленная Фиалка и её окружение.

Возглавляли делегацию Слай, лицо сопротивления, и Натин, его знамя. Не хватало меча - Берри Лиара. Но он наотрез отказался участвовать в балагане, заявив, что, возможно, о нём и слышали как о великом и мудром полководце, ему же таковой не встречался. Более того, когда за ним всё же пришли, он пьяно орал в интраком, забаррикадировавшись в капитанской каюте "Феникса". Притворялся ли Берри или впрямь надрался, определить никто не решился, особенно после того, как Слая развернуло на сто восемьдесят градусов и приложило о стену, лишь он собрался позвать командира. Берри оставили в покое.

Денилу отправили под надзор Георгии - она вместе с детьми и сыном вернулась на родной звездолёт. Семьи соскучились друг о друге. Нянюшка, определённо, поторопилась с возвращением - фиалкийцам и тем, кого за них принимают, безопасность пока не обещали, а потому на "Фениксе" дежурили маги, готовые в любой миг перенести детей и экипаж корабля на Фиалку.

– Вперёд! - скомандовал Слай.

На мгновение посланцы новой силы задержались перед огромными резными дверьми, затем те распахнулись и впустили Большой совет в Центр мира. На экстренное собрание Союза Цивилизаций и присоединившихся государств.

Зал всевселенских съездов был на порядок меньше лохаткийской Правительственной ложи, что понятно - когда строился Дворец совещаний, никто не рассчитывал, что в него заглянут инопланетные гости. Тогда всё касалось только Королевы.

На протяжении многих лет Дворец, а с ним и Центр мира, перестраивали и ремонтировали, но общий вид и размеры оставляли неизменными. На первых порах даже Союзу Цивилизаций хватало этого, а потом, с ростом организаций и количеством приглашённых делегатов от других стран, перешли на частичное присутствие, ограничиваясь удалённым доступом. Именно переход на подобную форму сбора, подсказанный как здравым смыслом, так и деятельностью телепатов, был первым шагом на пути превращения законодательного собрания в пустую говорильню и набор традиций.

Сам Центр представлял собой сферу, планетарий - когда-то стены украшала звёздная карта Королевы, теперь роспись скрывалась за многочисленными ложами для делегатов. Если раньше зал поражал величественностью, но дозволял ощутить себя частью великой Вселенной, безграничного и романтичного космоса, то теперь выглядел золочённой, безвкусной отделанной клетью - настолько неудачным оказалось сочетание декоративных подпорок и перил.

На самом верху, в середине потолка зияло окно - в ту войну сюда угодил снаряд. Дыру не заделали, лишь укрепили и застеклили - в напоминание о том, для чего все здесь собирались, для чего всё это затевалось. На проём всегда и все, особенно новички, обращали внимания - благодаря хитрой системе зеркал (ничего, кроме физики и огромной статьи в бюджете республики) в окно вертикально, днём и ночью, падал солнечный свет. Солнечный столб пронизывал помещение сверху вниз. Там, на полу, его окружали столы, за ними - делегаты от стран-основательниц Союза Цивилизаций или приравненных к ним, вроде Федерации Клана.