Джулия Джонс - Ученик пекаря

— Я здорова, лорд Баралис, чего, к сожалению, нельзя сказать о моем муже. Ваше вторжение к нему возмутительно, и больше я не потерплю подобных выходок.

— Ваше величество можете быть спокойны — это больше не повторится. — Как он галантен, как уверен в себе! Королева, не намереваясь облегчать Баралису его задачу, повернулась к нему спиной и отошла к окну. — Вашему величеству должно быть известно, что срок нашего маленького пари истек. — Баралис сделал паузу. — Но быть может, девушка нашлась?

Королева усилием воли сдержала гнев. Подумать только — «нашлась»!

— Полноте, лорд Баралис, вы прекрасно знаете, что ее не нашли, — спокойно, но с тенью угрозы ответила она. — Не нужно играть со мной, сударь, не то это обернется вам же во вред.

Баралис хотел что-то сказать, но королева знаком остановила его. Паж, приблизясь, налил ей бокал вина, и на сей раз она не стала подливать воду. Пусть Баралис думает, что она пьет неразбавленное вино, — напиток по ее приказу разбавили заранее. Баралису вина она не предложила. Жестом велела пажу уйти и оба собеседника молчали, пока дверь за ним не затворилась.

— Если девушку не нашли, я, целиком полагаясь на слово вашего величества, осмелюсь напомнить, что выиграл пари.

— К чему эти околичности, лорд Баралис? Перейдем лучше к делу.

— Прямота вашего величества обезоруживает.

— Того же я потребую и от вас.

Баралис старался держать свои руки за спиной или прятать под плащом, но королева все же заметила, как скрючены его пальцы, и это зрелище, как ни странно, придало ей сил.

— Тем лучше, ваше величество, я буду откровенен. Принц Кайлок вступил в брачный возраст, и дочь лорда Мейбора, Меллиандра, не является более для него достойной невестой. Согласны ли вы в этом со мною, ваше величество?

— Продолжайте.

— Мне кажется, я понимаю, отчего вы желали этого брака. Вам хотелось укрепить положение своего сына путем союза с могущественным лордом.

— А что, если и так? — бросила королева, чувствуя, что Баралис добивается первенства в разговоре.

— Это весьма мудрая политика, которую я поддерживаю целиком и полностью. Я восхищаюсь усилиями вашего величества, направленными на укрепление государства, но ваше величество могли бы метить чуть повыше.

— Что вы имеете в виду? — чрезвычайно холодно осведомилась королева.

— Только то, ваше величество, что есть лучшие пути укрепить положение трона и его наследника, чем брак принца Кайлока с дочерью собственного придворного.

— На ком же, по-вашему, следует женить принца, Баралис? — Королева в гневе отбросила показную учтивость.

— На Катерине Бренской, единственной дочери герцога Бренского. — Королева лишилась дара речи, и Баралис, пользуясь этим, продолжил: — Мне нет нужды говорить вам, как могуч Брен: численность его армий баснословна. Это государство именуется герцогством, но оно богаче и населено гуще, чем Четыре Королевства. Союз с ним оказал бы великое благодеяние нашей стране, а вы, моя королева, прославились бы в веках, заключив столь славный брак.

Королеву, внешне сохранявшую спокойствие, охватило смятение. Союз с Бреном! Такая возможность никогда не приходила ей в голову: она думала, что Баралис прочит за Кайлока дочь другого лорда. Брен так далек, так чужд и так мало известен. Она слышала слова Баралиса и отметила его попытку польстить ей: кто же не хочет прославиться в веках? О, Баралис мудр как змий: он нарисовал перед ней ослепительную картину, очарованию которой трудно противиться.

— Вы уже обращались к герцогу Бренскому с предложением? — с деланным безразличием спросила она.

— Я взял на себя эту смелость, не давая, впрочем, никаких обещаний.

Королева была уверена, что Баралис лжет, — он явно вынашивал этот план много месяцев, если не лет.

— И герцог, не получивший никаких обещаний, согласен на этот брак?

— Мало сказать «согласен», ваше величество. Он жаждет его. Он тоже хочет укрепить свой трон — ведь у него нет сына. — Баралис сделал многозначительную паузу. — Если этот брак состоится, ваш сын станет наследником двух величайших держав севера. — Королева никогда не видела Баралиса в таком волнении. — Подумайте об этом, ваше величество! Брен и Четыре Королевства — какой блистательный союз!

— Герцог, возможно, и согласен, но я не могу дать согласие на брак моего сына, не видя невесты. — Это было первое возражение, пришедшее в голову королеве. — Мой сын может жениться лишь на достойнейшей из достойных, между тем я не имею никакого представления о Катерине Бренской.

К удивлению королевы, Баралис просиял улыбкой. Он извлек из-под плаща какой-то предмет и подал его ей.

— Представляю вам Катерину Бренскую, ваше величество.

Королева взяла из его рук миниатюрный, не больше своей ладони, потрет — изображение юной девушки. Ангельское личико с восхитительными розовыми губками, невинными голубыми глазами, с золотыми локонами, напоминающими нимб.

— Откуда мне знать, похож портрет или нет?

— У меня имеются верительные письма от герцога и его архиепископа.

— Давно ли он написан?

— Не более полугода назад. Катерине еще не минуло восемнадцати.

— Согласна ли она на этот брак?

— Я взял на себя смелость послать герцогу портрет принца Кайлока, и герцог заверил, что его дочь самым благосклонным образом отозвалась о будущем женихе.

— Как я вижу, вы взяли на себя немало смелости, лорд Баралис.

— Позвольте смиреннейше напомнить вашему величеству что я все еще именуюсь королевским советником.

Они оценивающе посмотрели друг другу в глаза.

— Лорд Баралис, — с величайшим достоинством молвила королева, — вы сделали ваше предложение весьма убедительно. Однако в столь важном деле я не могу принимать скоропалительных решений. Я должна очень внимательно обдумать то, от чего зависит будущее моего сына. Я понимаю, что у меня есть определенные обязательства перед вами, однако я могу обещать вам только рассмотреть ваше предложение, не более. Даю вам слово, что отнесусь к нему со всем вниманием. — Королева сознавала, что несколько нарушает условия их договора, но вряд ли Баралис будет чересчур придирчив в этот переломный момент.

— Покорнейше благодарю ваше величество, — ответил он с легким поклоном. — О большем я и не прошу.

— Прекрасно, лорд Баралис. Вы можете удалиться. — Она оставила портрет у себя и думала, что он попросит его обратно, но Баралис не попросил. Он раскланялся и вышел.

Королева вздохнула с облегчением и велела подать себе неразбавленного вина. Потом села и стала рассматривать портрет Катерины Бренской. Никогда еще королева не видела столь красивой девушки. Она понимала, почему Баралис оставил портрет ей: разве может кто-нибудь устоять против такой красавицы? Королева рассмеялась, но невесел был ее смех. Надо отдать Баралису должное — он мастер управлять людьми.